Если ты полюбишь… - Джоанна Рид

Их разбудил резкий телефонный звонок. Энн приподнялась на локте. За окном было еще темно.

— Который час?

Гейбриел протянул руку к ночному столику и взял лежавшие на нем часы.

— Не вижу. Но, во всяком случае, вставать еще рано.

Телефон продолжал надрываться. Хантер нехотя спустил ноги на пол.

— Я подойду.

Сладко потянувшись, он подошел к столу и взял трубку.

— Хелло! А-а, Мэри! Хотите говорить с Энн? Она еще спит. Да, очень поздно заснула. Да, из-за грозы. Конечно, приходите! К десяти часам. Вместе попьем кофе. Пока!

И Гейбриел положил трубку. Вернувшись к кровати, он нежно провел ладонью по растрепанным волосам Энн.

— Твоя подружка, видимо, догадывается, что здесь происходит, и умирает от любопытства. Ничего, пусть немного потерпит.

— Гейб, это жестоко!

— Нисколько. Тем более что неплохо бы до ее прихода прибраться. А для начала примем душ. Идем.

— Куда?

— Принимать душ.

— Как, вместе?

— Вместе. Ты возражаешь?

— Нет.

— Тогда идем.

Какое блаженство чувствовать, как теплая, ласковая вода широкой струей бежит по спине, скатывается по бедрам к ступням! Гейбриел, стоя рядом, ладонями намыливал ее тело. Его прикосновения становились все более страстными. Энн, закинув руки за его шею, прильнула к его обнаженному упругому телу.

Они застыли, обнявшись. Их губы слились в горячем поцелуе. И желание с новой силой охватило обоих. Они не противились ему. Гейбриел осторожно опустился спиной на блещущее белизной эмалированное дно ванны. Энн со счастливой улыбкой села на него. И вновь почувствовала, как вошла в нее твердая обжигающая мужская плоть. Их бедра двигались в такт. А из душа продолжала струиться теплая вода…

— Энн, дорогая, любимая! — глухо шептал Гейбриел. Глаза его были закрыты, а лицо выражало такую нежность, что Энн, не выдержав, покрыла его страстными поцелуями.

— О, мой милый, желанный, — простонала она.

И вот снова пришел блаженный мир слияния. По лицу Энн текли счастливые слезы. Гейбриел тяжело дышал, но не мог сдержать радостной улыбки. Боже, вот оно безоблачное, пьянящее счастье!

В такие минуты это счастье кажется вечным. И лишь потом внезапно обнаруживается, насколько оно хрупко и как надо беречь его, чтобы сохранить.

Мэри, вдоволь напившись великолепного бразильского кофе, ушла. Энн посмотрела на часы. Они показывали полдень. Дождь прекратился. Гейбриел, взглянув в окно, заявил, что дорога вполне прилична и он немедленно поедет в магазин.

— Но я вернусь до того, как стемнеет, дорогая. Если вдруг что-нибудь понадобится, позови Мэри. Она ведь живет через дорогу!

Энн усмехнулась про себя: неужели она не знает, где живет лучшая подруга?

— Не беспокойся, Гейб, — с нежной улыбкой ответила она, — со мной ничего не случится. Поцелуй меня на прощание и поезжай.

Гейбриел привлек ее к себе и поцеловал в губы. Это был не тот ночной поцелуй, наполненный безудержной страстью, а легкий и бесконечно нежный. И Энн вдруг ощутила уверенность в будущем. Этот поцелуй, подумала она, как печатью скрепил их отношения.

— Ступай, Гейб!

— До вечера, любимая.

Гейбриел вышел. Через несколько минут послышался шум отъезжающего автомобиля. Энн осталась одна. Ей сразу стало грустно. Она уже не могла жить в разлуке с этим человеком. И, даже зная, что скоро он снова будет рядом, тосковала.

Закончив уборку, Энн уселась у окна. Делать ничего не хотелось. Она просто смотрела на улицу и мечтала. Вскоре раздалось тарахтение мотоцикла. Энн знала, что на нем ездит местный почтальон Боб Уотерс.

Она выглянула в окно и помахала ему рукой.

— Здравствуйте, Боб!

— Здравствуйте, мисс Розетти. У меня для вас бандероль.

— Для меня? От кого?