Игрок - Дж. Р. Уорд

— Пойдем обедать.

Пока они ели, Джой выглядела притихшей, хотя, может быть, это он мало говорил. И в то время как его язык отдыхал, глаза, напротив, трудились сверхурочно. Грей не мог наглядеться на нее, словно хотел накопить достаточно воспоминаний на те три недели, в течение которых не сможет ее видеть.

Пока они ехали в лимузине к дому Кассандры, его беспокойство только усиливалось.

Господи. От мысли, что Джой уезжает, ему стало совсем плохо.

— Ты позвонишь мне, когда будешь дома? Только сразу, как приедешь, чтобы я знал, что ты добралась благополучно.

— Конечно.

Машина остановилась на светофоре.

— Я буду скучать по тебе, Джой.

Джой изумленно посмотрела на него. А потом привела его в полнейшее замешательство.

Она наклонилась, положив руки ему на грудь, и нежно поцеловала в губы.

Прикосновение ее губ подействовало на Грея, как удар хлыста. Приподнявшись, он схватил ее за руки, борясь между желанием втащить ее на себя и воспоминанием о том, какую боль причинил ей.

Он осторожно отстранился.

— Джой…

— Я же чувствую, как ты дрожишь. Так почему ты отталкиваешь меня?

Он не решился заговорить. Потому что стоило ему открыть рот, как он впился бы им в шелковую кожу ее шеи.

Когда Джой поняла, что он не ответит, она попыталась сопротивляться. Ее ладони прорвались к нему под пиджак, легли на живот. Тело Грея рефлекторно дернулось, бедра подпрыгнули над сиденьем, стремясь к ней. Ему хотелось дотронуться до ее рук. Ее губ.

Боже, ее губы!

— Ты дрожишь, потому что хочешь меня, Грей? Или это что-то другое?

— Милая моя… — простонал он.

— Прошу тебя, я должна знать. Ты почти не дотрагивался до меня после… той ночи. Я не понимаю, чем мы занимаемся во время этих свиданий. Я по-прежнему нравлюсь тебе?

Грей отпустил ее руки и взял в ладони ее лицо.

— Давай не будем говорить об этом.

— Отвечай.

— Джой…

— Хорошо. Я сама выясню. — Джой быстрым движением сунула руку к нему между ног и положила ее на тяжелый возбужденный член.

Его голова запрокинулась на спинку сиденья, а из груди вырвался стон.

— Боже правый, — прошептала она. — Грей, почему ты лишаешь нас?..

Грей попытался убрать от себя ее руки, но они упрямо не выпускали его, и возникшее от этой борьбы ощущение было далеко от удовольствия. Трение, жар, сознание того, что руки Джой касаются его, — все это довело его до самого края. Грей стиснул зубы. На лбу у него выступил пот.

— Прекрати, — сказал он, пытаясь овладеть собой. Используя преимущества своей силы и веса, он усадил Джой обратно на сиденье. Он дышал часто, как собака, и чувствовал такое же собачье бешенство. — Мы не будем заниматься этим на заднем сиденье. Однажды я уже обошелся с тобой как со шлюхой. Я не собираюсь делать этого еще раз.

Джой сверкнула на него глазами.

— И как долго ты собираешься наказывать нас обоих за ошибку, которой не совершал?

— До тех пор, пока меня не перестанет тошнить каждый раз, когда я думаю об этом.

Пока Грей убирал ее волосы назад, губы Джой раскрылись, словно она была готова поцеловать его. Глядя на нее сверху вниз, он подумал, что, наверное, никогда в жизни не увидит ничего более пленительного. Ее щеки заливала яркая краска желания, грудь порывисто поднималась и опускалась, жар тела, проступая сквозь одежду, тянулся к нему.

— Ты сейчас такая красивая, — произнес он низким гортанным голосом. — Просто дух захватывает.

Грей ничего не мог с собой поделать. Приблизив губы к ее рту, он уловил удовлетворенный вздох. Но какой бы убийственной ни была попытка удержаться, он заставил себя поцеловать ее совсем легко.

— Я хочу тебя. Можешь даже не сомневаться, — сказал он. — Достаточно тебе посмотреть на меня, и я готов, как голодный волк. Я уже не могу вспомнить, когда жил без этой напасти.

Грей отстранился от нее и вернулся на свою половину сиденья. Поморщившись, он привел в порядок свои брюки и уронил голову на руки. Боль от желания была острой и яркой, как клинок, вонзившийся глубоко в мышцы его ног и сковавший судорогой спину. Он старался по возможности не двигаться, поскольку даже малейшее натяжение боксеров заставляло его скрежетать зубами.

— Я приеду через две недели, — пробормотал он. — Потому что, хотя мне мучительно больно быть рядом с тобой, не видеть тебя еще хуже.

Когда на следующий день Джой вошла в поезд и стала выбирать себе место, ей хотелось двух вещей: места у окна и вагон, в котором едут одни бизнесмены. На ближайшие три часа ее вполне устраивал вид на реку Хадсон, а шуршание газетных страниц имело несомненное преимущество перед воплями капризничающих от скуки детишек.

Хотя, честно говоря, она сама испытывала что-то близкое к коликам.

Встреча с приятельницами Кассандры прошла хорошо. Женщины ясно представляли себе, чего хотят, но не ставили ей слишком жестких рамок. Сроки были вполне разумными, а оплата чрезвычайно высокой. Как и в случае с Кассандрой, обсуждение фасона и поиск взаимных компромиссов доставили Джой настоящее удовольствие, а то, что клиентки доверяли ее чувству стиля, приносило дополнительное удовлетворение, которого она не знала раньше.

В общем, Джой могла чувствовать себя счастливой. Она это и чувствовала. Но, когда поезд отправился от вокзала Пенн-Стейшн и покатил мимо высотных жилых зданий и новостроек, у нее возникло ощущение, что в городе остается что-то важное для нее.

Грей.

Господи. Джой уже скучала по нему. Хотя не имела ни малейшего представления о том, кем была для него. Можно ли считать, что у них любовная связь? Она сомневалась. Грей звонил ей, выводил в свет, обращался с ней бережно и в высшей степени уважительно. Однако он никогда не говорил о чувствах, о будущем, о том, что они будут делать дальше. Джой подумала, что это похоже на свидания с призраком. Когда он стоит перед тобой, все твое внимание обращено к нему. Но стоит ему исчезнуть, как ты понимаешь, как мало знаешь о нем.

Покачивая головой, Джой быстро и рассеянно листала последний номер «Вог». Она почти не обращала внимания на одежду, сосредоточившись на отрывании подписных флайеров и выдирании вкладышей с парфюмом, отчего вскоре начала чихать.

Из бокового прохода до нее донесся негромкий звук — кто-то набирал номер на сотовом телефоне. Джой увидела, как бизнесмен приложил к уху какой-то космического вида серебристый гаджет. На вид парню было немногим меньше тридцати, совсем как ей, но в своем костюме, точно с Уолл-стрит, и стильных очках в темной оправе он выглядел птицей совсем иного полета.

— Алло, — тихо произнес парень. — Я рад, что ты получила мое сообщение. Нет, ничего. Я звоню просто узнать, как у тебя дела.