Натуральный обмен - Татьяна Семакова

Я тут же опустила взгляд и увидела медленно расползающуюся лужицу крови. Стиснула зубы, лишь в тот момент почувствовав резкую боль, порылась в сумке и передала ей деньги за проезд. Выбора у неё не было, деньги она взяла, сунула мне билетик и сдачу и села на ближайшее свободное сиденье, продолжая смотреть недружелюбно. Через три остановки я вышла, пересела на другой автобус и отправилась в единственное место, где, как мне казалось, должно быть безопасно. В больницу.

Зайти решила с торца, там, где принимают пациентов по скорой, приветливо поздоровалась с администратором, стараясь идти как обычно, а не как хромая кобыла, лестницу решила не пачкать и поднялась на служебном лифте на свой этаж. Надеюсь, на кровавые следы обратят внимание не сразу, успею обуться в свои резиновые тапки в ординаторской и смыть следы хотя бы в коридоре. Сейчас время обеда, авось, повезёт.

Повезло. Ну, почти. На диване дремала Вероника Андреевна, наш новый хирург, явно вымотавшись после ночной смены. Вообще, за три месяца, что она у нас работает, я либо видела её спящей, либо орущей на коллег. По делу, но сталкиваться с ней предпочитала как можно реже, старательно выполняла свою работу и всячески стремилась к тому, чтобы никогда не обрушить на себя гнев этой миниатюрной блондинки кукольной внешности со стальным характером. Хирургом она была, что называется, от Бога, издевки и подколы относительно её внешности прекратились сами собой где-то через неделю, а из-за взрывного характера старались обходить стороной, сводя общение до дежурного приветствия.

Я на цыпочках дошла до шкафа, но открыть его тихо не получилось. Раздался противный скрип, Вероника Андреевна слабо поморщилась, но глаза не открыла, а я обулась, подхватила тряпку и поспешила в коридор убирать свою кровь.

Вообще-то, следовало бы начать с ноги, я чувствовала в ступне осколок и как хлюпает в левом тапке кровь, но желание остаться незамеченной затмило все остальные. Кое-как справившись с задачей, я пошла в перевязочную, закрылась на ключ и помыла в раковине ноги, обмотав их одноразовыми пелёнками. Прошлепала до шкафчиков, достала все необходимое, устроилась на каталке и задрала ногу.

– Блин, – буркнула недовольно, глядя на довольно серьезную рану.

Вытащила осколок и согнулась в три погибели, разглядывая, не пропустила ли чего. В этот момент кто-то вставил ключ с обратной стороны и начал открывать дверь, а я поморщилась и пожалела о том, что не догадалась оставить свой в замочной скважине. Но, делать нечего, вскакивать и нестись к двери смысла не было и я осталась на месте.

Ну, точно. Разбудила демона в ангельском обличии.

– Чего тут у тебя? – спросила хмуро, закрыв за собой дверь и оставив ключ. – В ординаторской потоп.

– Да ерунда, – отмахнулась беспечно, – извините, что разбудила.

– Перестань, – поморщилась в ответ и склонилась над моей ногой, – и давай на «ты», чувствую себя древней старухой.

– Не по старшинству, – ответила серьезно, а она ухмыльнулась:

– Уж если кому и «тыкать», то тебе. Ты тут единственная, у кого руки из правильного места, из медсестёр.

– Спасибо… – пробормотала, слегка смутившись, а она взяла новые перчатки и деловито натянула их.

– Я б зашила. Быстрее заживёт.

– Валяй, – выдохнула, наконец-то разогнувшись и устроившись с удобствами, – против обезболивающих тоже ничего не имею.

– Ещё бы, – фыркнула в ответ и пошла к шкафчику за ампулой и шприцом, – Значит, ты случайно вогнала в ногу осколок с два пальца и босая притащилась в больницу?

– Прибежала, – поморщилась в ответ.

– И я могла бы понять, если бы на одну ногу, а вторая чем-то замотана, но…

– Как сказал один мой знакомый, – пробормотала, глядя в потолок, – ты б не лезла, Вероника.

– Один мой и мне так говорил, – ухмыльнулась невесело. – Долбаные любители решать за других. Но я тебя услышала. Номер запиши, если вдруг хирург понадобится. Видок у тебя такой, что точно лишним не будет.

Склонилась над моей ногой, сделала укол и начала обрабатывать рану.

– Как-то ты слишком спокойно на всё это реагируешь… – пробормотала, слегка приподнявшись и наблюдая за её размеренными, точными движениями рук.

– Богатый жизненный опыт, – хмыкнула в ответ. Оторвала взгляд от ноги и подмигнула мне. – Готово.

– Спасибо, очень выручила! – сказала с чувством, а она окинула взглядом помещение и хохотнула:

– Убираться сама будешь.

Я слезла с каталки, а она заняла моё место, болтая ногами в воздухе с праздным видом.

Первым делом я отмыла тапки от крови, обулась и начала стирать кровь с пола, попутно размышляя над насущным – какого чёрта произошло.

Перепутали меня с Мариной? Она – блондинка, я – брюнетка, разное телосложение, но можно и покраситься или тот же парик нацепить, о фигуре могли и не знать, а квартира все же её, меня там точно ждать не должны были. А потом я увидела его лицо и выбора просто не осталось. Скорее всего, так и было. Только вот к себе теперь тоже опасно, выяснить, кто я такая, не так уж и сложно, было бы желание. А я, фактически, свидетель неудавшегося покушения, будь я на его месте, точно бы нашла и в живых не оставила. Судя по всему, сначала он метнул нож, чтобы не шуметь, но буйство Марины на полу спасло мне жизнь. Пистолет-то был обычный, без глушителя (кино-то смотрим, знаем, как и чего), в ход пошла крайняя мера. И намерения были очевидны, Марину ищут не чтобы просто поболтать по душам. Лучше бы ей так и продолжать сидеть у Василия на даче… тот хоть и свои цели преследует, но и не обижает, если не считать разбитого носа. А вот мне туда возвращаться совершенно не хотелось. Пожалуй, обоснуюсь на диванчике в ординаторской, должна же Вероника рано или поздно домой уйти, а сейчас в свою же смену заступлю.

Я закончила с уборкой, Вероника спрыгнула с каталки и мы обе покинули перевязочную, нос к носу столкнувшись с Ливановым.

Он поднял бровь, мы опустили головы, но уйти по-английски не получилось.

– Обе – домой! – прикинул грозно. – Вам тут не ночлежка!

И разом спустил все мои планы в унитаз.

– Идёшь? – спросила Вероника в ординаторской, сняв халат и прихватив свою сумку.

– Попозже,