Роковой рубин - Дебора Смит

Как пчелы на мед — девушки были падки на мужчин в форме, даже если это всего лишь форма баскетбольной команды, а ее носитель не имел других достоинств, кроме шести футов роста, длинных ног и рук и адамова яблока.

Джейка обескураживало это вдруг проснувшееся в нем влечение к противоположному полу. Он с ним еще не разобрался. Он умел идти по следам четвероногих и двуногих, и об этом его непостижимом умении многие знали: шериф постоянно просил его найти пропавших автостопщиков или сбежавших детей; взрослые мужчины относились к нему с уважением.

Он умел находить в горной породе драгоценные камни, не засыпая, читать Шекспира, он научился говорить и писать на чероки не хуже стариков из Ковати; он был неплохим плотником, хорошим механиком; он умел играть на цимбалах.

Но он не умел разговаривать с девушками.

Оказываясь в зыбком немужском мире, он боролся с приступами застенчивости и внезапного столбняка — он постоянно застывал в тихом созерцании. Когда он услышал, что семья Саманты перебралась в Эшвилл, его охватили непривычные робость и сомнения — что толку Саманте в его хорошем отношении? Что он скажет маленькой девочке, потерявшей отца? Что он может пообещать ей в будущем, которое чувствует, но не может предсказать — годы ожидания того, что должно случиться?

* * *

Магазин Райдеры открыли в одном крыле старого кирпичного здания с бледным призраком рекламы кока-колы на боковой стене. Тротуар перед фасадом растрескался, бесконечный поток транспорта непрерывно отравлял воздух выхлопными газами. Здание стояло на склоне горы, подножие которой окаймляла площадка для парковки машин — грязно-серые оштукатуренные бетонные блоки.

На этой же улице мирно сосуществовали несколько магазинов подержанных вещей, заправочная станция и китайский ресторанчик с вогнутым металлическим навесом.

Но окна магазина блестели чистотой на осеннем солнышке, у аккуратно покрашенной голубой двери в горшке цвели петунии, и бело-голубая вывеска над входом приглашала в «Бакалейную лавку здорового образа жизни».

Этот контраст бросился в глаза Джейку, когда Эд Блек ставил свой грузовик на площадку для парковки. В зубах у Эда дымилась тонкая сигара, угрожая обжечь кончик его толстого приплюснутого носа, а дым сигары был таким же белым, как копна его длинных волос. Он нажал кнопку, поймал на средних волнах Лоретту Линн. В кабине грузовика было чисто и просторно, сиденья обиты кожей. Блек каждую весну покупал себе новый грузовичок — он держал ресторан в главной резервации.

Я не против, если ты погуляешь по городу, — сказал он Джейку. — Но я не собираюсь ждать тебя здесь целый день. Так что побыстрее.

— Я недолго.

Блек недоуменно посмотрел на унылую антикварную лавку.

— Ты уверен, что твои родители хотят в подарок какое-нибудь старье отсюда?

Джейк заколебался — лгать ему не хотелось, но, если он скажет Эду истинную причину своего желания попасть в Эшвилл, это дойдет до мамы и папы.

— Мама любит старинные вещи, — уклончиво ответил он. — А папа любит все, что нравится маме.

— А-а. Ну, иди. И побыстрее.

Джейк вылез из грузовика и поднялся по бетонным ступенькам на улицу, отшвырнув попавшую под ноги банку из-под пива.

— Хорошее же местечко им выбрала Александра, — сквозь зубы пробормотал он.

Впрочем, что же здесь удивительного? Скорее всего она хотела, чтобы у ее сестры ничего не вышло. Тогда миссис Райдер опять прибежит к ней за помощью. Александра ничего не делает просто так. Сейчас она добивается одного — запустить когти в Саманту и запудрить ей мозги, превратив в маленькую Александру.

«Только не это. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы этого не случилось», — мрачно подумал он.

Когда Джейк открыл дверь магазина и вошел, мелодично звякнул маленький колокольчик. Пол небольшого помещения был покрыт выщербленным линолеумом, на беленом потолке — пятна сырости. Вдоль одной стены — полки с овощами и фруктами, вдоль другой — хлеб и булочки в самодельной упаковке и множество флакончиков с витаминами. Сладко пахло спелыми фруктами и чуть-чуть пылью; вентилятор разгонял тяжелый воздух и шевелил нити хрустальных бус, свисавшие с потолка.

Миссис Райдер поднялась со стула. Джейк едва узнал ее. Она похудела, на запавшей бледной щеке под скулой билась голубая жилка. Золотистые волосы потускнели, узкие плечи сгорбились под белой футболкой с вышитым желтыми нитками символом мира. Обтирая ладони о линялые голубые джинсы, она нахмуренно и чуть встревожено посмотрела на него и широко раскрыла глаза.

— Я тебя знаю, да?

— Я Джейк.

— Джейк Рейнкроу? — Она вздохнула. — Боже мой, как ты вырос.

— Мне уже четырнадцать, — ответил он, чувствуя неловкость. — Мэм.

— Как ты сюда попал?

— Меня подвезли.. Я, э-э, слышал о мистере Райдере. Мне очень жаль. Мне очень жаль, мэм. — «Где Саманта?» — хотелось спросить ему.

Миссис Райдер не мигая, смотрела на Джейка. Не нужно было обладать его исключительной интуицией, чтобы почувствовать ее опасения. В конце концов, в последний раз, когда они виделись, он стал причиной скандала, в центре которого оказалась ее дочь.

— Джейк, ты почти взрослый, — повторила она.

— Да, мэм. — А что он мог еще сказать?

Он нашарил в кармане своих коричневых штанов вязаный квадратик — одеяло для клопа, подаренное когда-то Самантой. Много лет оно лежало в ящике его стола, и он к нему не притрагивался. Его немного смущала таинственная, почти мистическая связь с этой маленькой девочкой. Он чувствовал это, принимал, но не вполне еще понял. Никто не хотел признавать, что это многое значит.

Видно было, что миссис Райдер чувствует себя не в своей тарелке. Пожалуй, она будет рада, если он уйдет.

— Как твоя мама?

— Хорошо.

— Она не собиралась заглянуть ко мне?

— Нет, мэм.

Плечи миссис Райдер поникли.

— Смерть твоего дяди стала последней каплей. Мне очень жаль.

Джейк очень хотел удержаться в рамках приличия, но не стерпел.

— Ваша сестра ограбила нас, мэм. Миссис Райдер отвела глаза.

— Ах да, рубин. Я уверена, у нее были добрые намерения. — Джейк не ответил. Она снова устало посмотрела на него, и во взгляде было понимание. — Ты пришел, чтобы увидеть Саманту.

— Да, мэм.

— Зачем?

— Просто подумал, что это было бы хорошо.

— Большинству мальчиков твоего возраста не о чем говорить с десятилетними девочками.

Он почувствовал, что краснеет.

— Я не знаю, что и думать, — торопливо добавила она.

— Не беспокойтесь, мэм. Я не извращенец.

Миссис Райдер оперлась о прилавок, во все глаза глядя на него.