Запрети любить - Анна Джейн

Глава 24. Новая встреча

Вскоре вся компания скрылась из вида, и Стеша потрясенно вздохнула:

— Охренеть, Яра, ты сумасшедшая! Зачем ты это сделала?! Это же Елецкий!

— Чтобы поставить его на место, — фыркнула я, чувствуя, как настроение ползет вниз.

— Судя по всему, у тебя получилось, — хихикнула подруга, но тут же посерьезнела. — Будь аккуратнее. Я понимаю, что этот ган… То есть, неумный мальчик скоро станет твоим братом, но все же… Зачем тебе лишние неприятности?

— Ты права, — вздохнула я, все еще чувствуя злость. — Он бесит меня одним своим существованием.

— И сниться тебе в эротических снах, — прыснула Стеша, которой я об этом рассказала. — Слушай, мне кажется, он — какая-то твоя личная точка фиксации. Елецкий стал первым парнем, с которым ты целовалась, очаровал тебя и вызвал определенные надежды, когда защитил и пригласил на свидание. А потом резко наступило разочарование, когда ты узнала, что он через тебя хотел отомстить отцу.

— И что мне делать? — усмехнулась я.

— Может быть, просто влюбиться? — предложила подруга.

— В кого?

— В кого хочешь! Я тебе сто раз говорила — ты красотка, и парни засматриваются на тебя! Только ты ни на кого не обращаешь внимания.

Я пожала плечами — продолжать эту тему не хотелось. Стеша поняла это и замолчала. Какое-то время мы сидели каждая в своих телефонах, а потом она вдруг сказала:

— А Серж все-таки классный.

Она часто говорила о нем с тех пор, как Серж остался с девчонкам, когда Елецкий утащил меня на разговор. По ее словам, Серж был мил, шутил и улыбался ей, как ангел. Стеша обшарила все его соцети, как заправский детектив, однако следов присутствия девушки в его жизни не обнаружила. Некоторые его фотки она скачала.

— Он тебе так нравится? — подняла я бровь.

— Он мой comfort character[1], — призналась Стеша. — Когда он разговаривал с нами, я почувствовала спокойствие и тепло. Максимальный комфорт. Как будто бы он тот человек, который меня не обидит и не станет ничего говорить по поводу веса. Да, знаю, что смешно звучит, но с того дня я много о нем думаю. Мы здоровались несколько раз. И каждый раз у меня замирало сердце, потому что он говорил мне «привет» и улыбался, как будто бы я нормальная.

— Как будто бы? — нахмурилась я. — А что в тебе, прости, ненормального?

— Ты знаешь, что, — отвела глаза Стеша.

Я положила руку ей на плечо и сказала:

— Перестань, Раевская. Ты — такой же нормальный человек, как и все остальные люди. Все остальное — у тебя в голове.

Подруга благодарно мне улыбнулась. Я вздохнула.

— Комфорт-персонаж — это герой фильма или книги. А Серж — живой человек. Может быть, тебе не просто здороваться с ним, а пообщаться?

— Яр, я же знаю, что у меня с ним ничего не получится, как с героем фильма или книги. Поэтому он будет моим comfort character и дальше. И может быть, станет главным героем моей истории!

На этом наш разговор оборвался — позвонила мама и спросила, освободилась ли я?

— Да, я сдала последний экзамен и закрыла сессию, — ответила я.

— Поздравляю, дочка! Ты у меня умница! Я хочу съездить с тобой в салон — готово платье. Хочу, чтобы на нашей с Костей свадьбе ты была самой красивой, — сказала мама все тем же счастливым голосом, какой я привыкла слышать в последнее время.

И мне пришлось согласиться. В этот салон я уже ездила — там с меня снимали мерки и обещали придумать что-то совершенно невероятное.

Через полчаса она заехала за мной — не на такси, как раньше, а на личной серебристой «Ауди», которую подарил ей Костя. С личным водителем — крепким мужчиной в возрасте, бывшим военным, который водил уверенно, но осторожно.

— Это подарок Кости, — сообщила мама с улыбкой. — Он сказал, что раз я сама пока еще не вожу, а только учусь, нас будет возить Николай.

Сказать, что я обалдела — ничего не сказать. Роскошная новенькая «Ауди» явно стоила больших денег, да и личному водителю нужно было платить немало. Однако для Кости это было совсем не сложно.

Всю дорогу мама щебетала — рассказывала о последних приготовлениях к свадьбе. Костя сказал, что оплатит любой ее каприз, и мама обратилась в какое-то крутое свадебное агентство, где ей придумали целую концепцию торжества — элегантная классика. Над этим работала целая команда человек из пятнадцати, и мама постоянно была на связи с менеджером, то и дело решая какие-то вопросы, каждый из которых был «очень важным»! Последние дни были особенно наполнены суматохой — до свадьбы оставалась неделя. Но мама при этом была такая счастливая, что, казалось, помолодела на десять лет. И несколько раз ее называли моей старшей сестрой, а потом искренне удивлялись, что я — ее взрослая дочь.

Мы приехали в салон вечерних нарядов, который располагался в башне «Юпитер» — в самом высоком здании города, расположенном в сердце делового квартала. Это был огромный небоскреб, объединивший, как говорили по новостям, «офисные помещения, апартаменты и общественные пространства». «Юпитер» называли гордостью города, новой достопримечательностью, но я не находила ничего особенно прекрасного в выше из монолитного железобетона. Напротив, меня пугала мысль, что можно жить на каком-нибудь пятидесятом этаже. А что делать в случае пожара? А вдруг будет землетрясение? Как выбраться с такой высоты?..

Впрочем, высоко мы подниматься не стали — салон находился на третьем этаже и был похож на один из залов Версаля. Да и отношение к нам здесь было, как к королевам. Нас встретили, угостили дорогим китайским чаем, предложили десерты и только потом показали платье, которое сшили для меня. Вернее, платья