Ночь напролет - Джейн Энн Кренц

Не успел Люк и на четверть мили отъехать от города, как увидел в зеркале заднего вида джипа быстро приближавшийся патрульный полицейский автомобиль Сэма Макферсона. «Что-то это не очень похоже на одно из тех удивительных совпадений, какие иногда случаются в жизни», – подумал Люк, однако затормозил не сразу – дождался, пока Макферсон несколько раз мигнет ему фарами, после чего, прижавшись к обочине, остановился.

Продолжая сидеть, Люк в зеркало наблюдал, как Макферсон идет к его машине. «Видимые предметы могут казаться меньше, чем они есть на самом деле», – вспомнил Люк надпись в нижней части зеркала заднего вида. Однако это вовсе не значит, что такие предметы не могут причинить неприятности.

Макферсон наконец приблизился к водительской дверце машины, и Люк опустил стекло.

– Надеюсь, я остановлен не за превышение скорости, – сказал он.

Сэм уперся рукой в машину.

– Я видел, как вы выезжали из гаража, и подумал, что это удобный случай переговорить с вами наедине.

– То есть без Айрин?

Сэм тяжело вздохнул.

– Вы здесь человек новый, Даннер. Думаю, вам нелишне будет кое-что знать об Айрин Стенсон.

– Например?

– Например, она всегда была тихоней. Не то чтобы очень застенчивая, но всегда производила впечатление серьезной девочки, которую книги интересуют больше, чем мальчики. Она хорошо воспитана, нигде ни в какие истории не попадала.

– Словом, не чета Памеле, вы это хотите сказать?

– Я хочу, чтобы вы меня правильно поняли. Памела мне нравилась. И мне ее жаль. Хотя, став подростком, она просто как с цепи сорвалась. Ее мать погибла, когда ей было всего пять годиков, а отец, вечно занятый предвыборными кампаниями, не уделял ей внимания. У Памелы, безусловно, были проблемы. И я никогда не мог взять в толк, отчего это Стенсоны в то лето позволили Айрин с ней дружить, не побоялись дурного влияния Памелы.

– К чему вы клоните, Сэм?

– Сейчас я к этому подойду. Айрин не была трудным ребенком. Она была милой девочкой, которая большую часть времени просиживала в библиотеке. В ту ночь, когда ее отец в припадке безумия совершил то, что совершил, она была раздавлена случившимся. Не уверен, может ли человек вообще когда-либо оправиться от такого удара. Что уж тут говорить о такой милой и неиспорченной девочке, как Айрин, которую родители, пока были живы, оберегали буквально от всего!

– Вы, кажется, хотите сказать, что у нее проблемы с психикой?

– У любого, кому выпало пережить такое, будут проблемы с психикой. – Сэм отвернулся, устремив взгляд на озеро. – Когда я вошел, она стояла посреди кухни и смотрела на меня расширенными, полными ужаса глазами. Бедная девочка пыталась делать родителям искусственное дыхание и массаж сердца. Но все это было бессмысленно: их смерть наступила мгновенно.

– Как была застрелена Элизабет Стенсон?

– Она получила пули в голову и в грудь. – На щеках у Сэма задвигались желваки. – Как будто над ней совершили казнь, понимаете?

– А Хью Стенсон?

– Покончив с ней, он приставил пистолет к своей голове.

– К виску?

– Да, мне так показалось.

Люк задумался.

– Он не в рот себе выстрелил?

Сэм повернул голову к Люку.

– Что?

– Большая часть мужчин, разбирающихся в огнестрельном оружии, решив застрелиться, направляют дуло себе в рот. Так меньше шансов промахнуться и окончить свои дни овощем.

Сэм убрал руку с машины и выпрямился.

– Хотите знать чертову правду? Я плохо помню подробности, очень уж на меня все это подействовало. Мне ведь тогда было всего двадцать три, и я в первый раз видел такое. Когда на место прибыл Боб Торнхилл и мы усадили Айрин к нему в машину, я спрятался среди деревьев, и меня буквально вывернуло наизнанку.

– Кто составлял рапорт?

На Сэма нашло какое-то оцепенение.

– Боб Торнхилл. Он в полицейском отделении был следующий по старшинству после Стенсона и потом какое-то время исполнял обязанности начальника полиции.

– А что с ним случилось?

– Месяцев через шесть после происшествия он умер, вслед за своей женой. Сердечный приступ. Съехал с дороги и упал прямо в озеро.

– И вот вы стали шефом полиции Дансли.

– Я в полиции остался один.

– Мне хотелось бы взглянуть на дело Стенсонов.

Сэм поджал губы.

– Это невозможно.

– Желаете усложнить мне задачу? Хотите заставить меня написать вам официальный запрос в соответствии с законом о доступе к информации?

Сэм глубоко вздохнул.

– Я не могу дать вам копию, потому что дела нет.

– А куда оно делось?

Сэм покраснел.

– Проклятое дело вместе с многими другими делами было случайно уничтожено секретаршей, которая временно работала у нас в полиции.

– Вранье чистой воды!

– Это правда, черт побери! Заступив на место начальника полиции, Торнхилл первым делом нанял временно человека почистить архивы. И вот эта женщина напортачила, ясно? Такое бывает, ничего не поделаешь.

Люк тихо присвистнул.

– Немудрено, что Айрин в связи с убийствами лезут в голову мысли о заговоре. Здесь возникает достаточно вопросов, не правда ли? Дело исчезло, начальник полиции, заступивший на должность после ее отца, через шесть месяцев так кстати умирает…

– Вот только не впутывайте сюда Боба Торнхилла. Он был отличным парнем, просто ему всю жизнь не везло. Целый год он ухаживал за женой, умирающей от рака, а потом и сам, бедняга, умер от сердечного приступа, съехал с дороги и утонул в озере.

– Велики ли были шансы такого исхода?

– Слушайте сюда, Даннер, – тихо проговорил Сэм, – вы не станете помогать Айрин, поддерживая ее безумные теории заговоров. Люди говорят, у нее клинический диагноз – что-то там посттравматическое, такое иногда бывает у военных, участвовавших в боевых действиях.