Дымка в зеркалах - Джейн Энн Кренц

Девушка несколько раз глубоко вздохнула, и здравый смысл стал возвращаться. Господи, о чем она вообще думала? Это не любовь, а всего лишь вожделение, так что надо поблагодарить провидение, что все закончилось, не начавшись. Во всем виноват чертов адреналин, который зашкалил после сегодняшнего приключения.

– Обед, – произнесла она глубокомысленно. – Ты прав. Это было чистой воды безумие. – Заметив, что все еще сидит на стойке, Леонора добавила: – И вообще негигиенично.

– Возможно. Но зато мы нашли ответ на одну из загадок.

Леонора спрыгнула со стойки и едва не приземлилась на пятую точку. Оказалось, что ноги плохо ее слушаются. Они предательски дрожали. Последствия сильного возбуждения. Черт. Она старательно вдохнула-выдохнула, заправила в узел несколько выбившихся прядей и ровным голосом спросила:

– Какую загадку?

– Почему в этом доме такая большая кровать. Я выбирал ее для себя. Должно быть, это было своего рода предчувствие.

Та-ак. За такую наглую самоуверенность надо отомстить. Тонко. Чем она там собиралась удивить его сегодня? Кулинарные изыски, обманчиво простые, но продуманные до мелочей, а потому неожиданно вкусные. Отменяется. Леонора извлекла из холодильника остатки вчерашнего картофельного салата и слегка пожухший латук.

– На твоем месте я бы не слишком обращала внимание на этот гормональный всплеск. – Она захлопнула холодильник и водрузила салат на стол. – Сам говорил, что всему виной пережитый страх.

– Что ж, если хочешь, можешь свалить все на адреналин. – Он смотрел как-то слишком пристально. – Но ведь это было по-настоящему, разве нет?

Решительно повернувшись к нему спиной, она тщательно мыла руки и сделала вид, что не слышит вопроса.

– Леонора!

– Что? Если ты не заметил, я пытаюсь соорудить нам обед.

– Ты ведь не притворялась, когда… ну, несколько минут назад?

– О Господи, – пробормотала она, вонзая нож в батон хлеба. Корочка хрустела. Замечательный хлеб. Убила бы этого Уокера.

– Ну сделай милость, признайся. А то мое мужское эго не оправится от такого удара.

Девушка бросила взгляд через плечо. Его глаза блестели, и выглядел он чертовски сексуальным и весьма довольным собой. Непохоже, чтобы у Томаса Уокера были проблемы с самооценкой. К тому же надо быть полным кретином, чтобы не заметить, что она была предельно откровенна. И вела себя почти вызывающе.

Но его жена сбежала с другим мужчиной, напомнил ей внутренний голос. Вдруг он и вправду вовсе не так уверен в себе, как кажется?

– На будущее можешь запомнить, что я ужасно посредственная актриса, – сказала она. – Мне еще никого не удавалось обмануть.

Леонора занялась бутербродами. После паузы он сказал:

– Я тоже не притворялся, честно.

– Я заметила, – буркнула она, вспомнив тело Уокера и то, как она чувствовала его эрекцию.

К тому времени как они уселись за стол у окна и принялись за еду, атмосфера несколько изменилась. Чувственность все еще витала в воздухе, и между ними словно осталась незримая связь, но теперь это были лишь мягкие полутона, оттенки чувств. Ушло напряжение, сменившись ощущением близости. Леонора поняла, что ей удивительно хорошо вдвоем с этим человеком. Может, все же не стоило кормить его вчерашним салатом?

Когда они мыли посуду, туман поднялся, и видимость существенно улучшилась. Томас надел куртку и вышел на улицу. Леонора стояла на пороге, обхватив себя за плечи, – резко похолодало, и в темном, чистом небе сияли колючие звезды.

Уокер задержался на ступеньках и придирчиво осмотрел холл.

– Тут полно работы, – заявил он. – Надо поменять окна и переделать ванную комнату. Полы хорошие – солидные дубовые доски и нуждаются лишь в полировке.

– Ты останешься в Уинг-Коув после того, как наше расследование закончится? – спросила Леонора.

– Не знаю. Я приехал сюда после смерти Бетани, так как чувствовал, что Дэки в беде. Решил, что поживу тут, пока он не выйдет из депрессии. Вообще-то меня ничто не связывает с этим городом: работать можно где угодно – был бы компьютер. Ренчу тоже все равно… А ты? Та работа в Калифорнии важна для тебя?

– Да нет. Я могу вернуться, если захочу. Но захочу ли я, когда придет время? Там видно будет.

Леонора не могла облечь в слова неясное, но весьма настойчивое ощущение, что эта поездка в Уинг-Коув станет своего рода поворотным моментом всей ее жизни. Почему-то ей казалось, что потом все будет по-другому.

– Я привязана только к своей бабушке. Если мне придется переезжать, то и она переедет, чтобы быть рядом, – твердо сказала она.

– Ну это понятно, – отозвался Томас.

Потом он сделал шаг назад и поцеловал ее. Не обнял, просто прижался губами. Леонора не отстранилась, но и не подалась навстречу.

– Не думаю, что все дело в адреналине, – сказал он, когда поцелуй закончился.

Леонора молча смотрела, как он идет к машине, садится, заводит мотор. Большой черный автомобиль мягко тронулся и быстро исчез из виду.

Этой ночью она долго лежала без сна. Глядя в темноту, вспоминала все события сегодняшнего вечера. И еще раз уверилась в том, что Уокер – необыкновенный человек. Когда он был рядом, жизнь казалась ярче, и она чувствовала себя восхитительно живой, жаждущей и готовой на многое. Закрутить роман с этим абсолютно неуправляемым типом? Такая мысль казалась не слишком разумной, особенно учитывая уже существующие проблемы.

Устав от бесплодных раздумий, она постаралась сосредоточиться на деле. Еще раз перебрала в уме все, что им удалось увидеть в доме Алекса. Но ничего оригинального на ум не приходило, и, в конце концов, Леонора забылась беспокойным сном. Ей приснился странный, тревожный сон.

Ей снилось, что она идет по длинному коридору, стены которого увешаны туманными зеркалами. Коридор полон теней, и конца ему не видно. Где-то здесь, в одном из зеркал, скрыта правда – решение всех загадок и разгадка всех тайн. Она должна лишь найти это единственное зеркало и заглянуть в него, чтобы получить ответы на все вопросы.

Леонора остановилась перед одним из зеркал в пышной – стиль рококо – раме. Мередит смотрела на нее из Зазеркалья.

– Тебе нельзя спать, – сказала Мередит.

Леонора оглянулась и увидела Алекса, который улыбался ей из странного зеркала, какие бывают в комнате смеха. У него была такая соблазнительная улыбка, но что-то искажало ее… а потом черты его лица начали меняться, превращаясь в нечто немыслимое… лишь сияли желтые глаза. Она отвернулась и пошла дальше по бесконечному коридору, потому что должна найти зеркало, в котором можно увидеть истину.