Легенда о яблоке. Часть 2 - Ана Ховская

Ахматов добродушно улыбнулся и тотчас последовал за девушкой.

София остановилась у машины и нетерпеливо ожидала, когда он откроет ей дверцу. Тот не заставил себя долго ждать. Когда заработал двигатель, Алекс с легким оттенком огорчения в голосе заметил:

– Вы избегаете моего общества…

– Это совсем не так,– правдоподобно заверила девушка, но Ахматов был проницательнее, чем она догадывалась.

– Если вы не назовете мне объективную причину своего отказа, то позвольте не поверить вам?

Причины не было. Воображение не срабатывало. А сказать о своем диком смятении перед ним и показаться ему глупее, чем она ощущала себя в этот момент, София не могла.

– Вы могли бы присоединиться ко мне в кафетерии ФАМО…– пошла другим путем она.

– Пожалуй, я так и сделаю,– просто согласился Алекс.

До ФАМО они домчались быстрее, чем добирались до кафе. Мэдисон выпрыгнула из машины, не дожидаясь, когда Алекс обогнет капот, чтобы открыть ей дверь. Этот поступок ввел его в недоумение. Девушка бежала от него, как от огня.

– Спасибо за обед. Все действительно было вкусно. Приятно было побеседовать с вами. Извините меня, но опаздываю,– вежливо оправдалась она и почти бегом устремилась к центральному входу.

***

Этот день, думала София, не закончится никогда.

Остаток дня она провела в напряженном режиме проверки корректной работы с терминалами сотрудников отделов административного звена, и была благодарна богу, что после прощания на улице Ахматов больше не появлялся ей на глаза, будто его и не существовало.

Вечером, когда София прощалась с коллегами, в ее сознании пролетел весь день, и она позволила себе подумать, что все произошедшее с ней сегодня было сплошным недоразумением. Но она в мелких подробностях помнила каждое слово, произнесенное Ахматовым, каждый его взгляд, каждую его черточку и свою бурю эмоций, захлестнувших с головой. И это лишало покоя.

София вышла из здания, убедилась, что поблизости не было знакомого автомобиля, и привычным путем отправилась домой. Но на перекрестке остановилась и осознала свое дикое нежелание возвращаться в свою квартиру, и тут же резко свернула на автобусную остановку. Сегодня София не хотела оставаться одна. Она чувствовала, что поток тревожных мыслей, который сейчас могла подавить прогулкой по кварталу, догонит ее дома и выжжет душу дотла. София ощутила острую необходимость побыть рядом с кем-нибудь из родных людей.

Через полчаса девушка вышла на углу Франклин-авеню и прогулочным шагом прошлась по родной улице, где жили Харды и родители. К родителям София не рискнула зайти, так как была уверена, что они заметят ее настроение. А отвечать на вопросы, на которые сама не знала ответа, была не готова.

Лили и Томас всегда были рады появлению племянницы. Но расспросы, разговоры о работе быстро утомили Софию, и она попросила разрешения уединиться в своей бывшей комнате.

Лили застелила постель, принесла полотенца и махровый халат.

– Я рада, что ты осталась у нас на ночь. Я скучаю по старым временам, по твоим ночным прогулкам по кухне, смеху, шуткам. У тебя ничего не случилось?

– Конечно, у меня все хорошо, тетя. Ну что со мной может случиться? Я ведь уже взрослая,– уверенным голосом ответила София.

– Что правда, то правда. Только твои глаза какие-то грустные…

– Усталые,– перебила София.– Кстати, тетя, как ты смотришь на то, чтобы познакомить Лин с Джейсоном?

Лили вопросительно округлила глаза.

– Ты отдаешь такого парня сестре?

София улыбнулась и уткнулась лбом в плечо крестной.

– Ты же знаешь, какие у нас с ним отношения, – мы друзья. И так будет всегда. А с Лин они чем-то похожи. Оба спокойные, уравновешенные. Он может чему-нибудь ее научить. А я слишком эмоциональная. Ты же меня знаешь.

Лили по-матерински заботливо обняла девушку и поцеловала в макушку:

– Я молю Деву Марию, чтобы тебе встретился хороший мужчина, который растопит твое сердце и усмирит непокорные чувства.

Мгновенно в мыслях Софии предстал образ Александра Ахматова, и она зажмурилась, чтобы тот рассеялся.

– Боюсь, меня не укротить,– посмеялась над собой София и крепче прижалась к Лили.

– Тебе приготовить молочный коктейль?

– Лучше утром, на завтрак.

– Тогда отдыхай, моя стрекоза…

София ласково улыбнулась и поцеловала крестной ладонь.

– Так меня мама называет.

– А я почти твоя мама,– тоскливо проговорила Лили и обвела пальцем лицо девушки.– Сладких снов!

– Угу…– укладываясь на бок, пробормотала София, не чувствуя сна ни в одном глазу.

Уходя, Лили погасила свет. Девушка перевернулась на спину и уставилась в потолок, где сквозь окно огни проезжающих машин вырисовывали причудливые тени. «Я создала свой маленький мирок, где все меня устраивает, где все живет по моим правилам, где не нужно подчиняться чьей-то прихоти… Меня никто не обижает, потому что я не позволяю это сделать, меня ничто не встревожит и не огорчит, если я сама этого не допущу. Я с таким трудом обрела это равновесие… И вдруг бам-бам-тара-рам… Он врывается в душу и разъедает все на своем пути, уничтожает покой, сеет смятение, страх и жалость к самой себе… Что за чушь? Никто и никогда не смеет это делать! Неужели я такая беззащитная? Проявлю слабость? Нет! Слишком больно разбрасываться плодами многих лет и совершенно напрасно раздаривать себя…

…Чего же я тогда хочу? Почему же так горько и тошно? Я же ни капельки не хочу всей этой суеты, хлопот, телячьих нежностей… и, вообще, я никого не хочу видеть рядом… и любить… и зависеть… и дрожать от страха потерять… Я никого уже не жду! Нет, не жду! Не жду! Рыжий дьявол! Холодно как-то… То ли плакать хочется, то ли закрыться от всего мира? Лучше бы этого дня не было в моей жизни… Нужно все забыть, вернуться в реальность…»– хлынули слезы и закапали всю подушку. Ощущение безысходности и полного провала нового жизненного плана вогнали Софию в уныние.

«Нет, я должна справиться с этим наваждением! Все просто валится из рук, мысли, как кипящая смола, голова раскалывается пополам. Это надо же так вляпаться! Только один взгляд… несколько слов, бог мой, а его голос, его губы…» София резко выдернула из-под головы подушку, накрыла ею свое лицо и бессильно захныкала.

Долгое беспокойное ерзание и копошение в постели не снимало тоскливой тяжести с души, и София решила поправить свое самочувствие алкоголем. Это казалось ей самым простым способом забыться.

Лили уже засыпала, а дядя читал газету в полусонном состоянии. Девушка незаметно пробралась на кухню и спустилась в кладовую. От сырого и прохладного воздуха по телу пробежала дрожь. Выбирать спиртной напиток из богатых запасов Хардов не было столь важным. Ее взгляд упал на бутылку бренди.