Я тебе объявляю развод, майор! - Ульяна Романова

А о сексе с ней я даже думать лишний раз не мог – член вставал в полную боевую готовность только от отголоска мыслей о моей обнаженной супруге…

Прижал Стешу покрепче, с удовольствием наблюдая за реакцией ее тела на мои прикосновения. Сколько бы она ни пыталась уговорить меня и себя, что обижена, ее тело всегда моментально отзывалось. Легкое нажатие на спину – и вот она уже ерзает на стуле, на молочных щеках растекается румянец, а веснушки становятся еще ярче.

Я ее понимал. Понимал и давал возможность решать самой. Потому что если бы это я заподозрил ее в измене, то с вероятностью сто процентов – сорвался бы. Не на ней. Но город вполне мог пострадать. По кирпичику разобрал бы все в поисках гипотетического любовника! И если бы смертник ограничился несколькими сломанными костями… я бы сказал, что он легко отделался.

Стефания повела себя вполне терпеливо даже в такой грязной ситуации …

– Я сейчас, – бросил коротко, легко поднялся и отошел от стола.

Посочувствовав коллегам, которые чинили палкой, гвоздем и честным словом забор Неониллы Альбертовны, написал короткое сообщение Лехе. Друг не удивился и спустя несколько минут подтвердил мои догадки. Стиснув в руке мобильный, я зло выдохнул и спрятал телефон в карман.

С тоской покосился на своего Рыжика, понимая, что примирение придется отложить.

Блядь!

Нужно уже окончательно разобраться в ситуации! Наказать виновных и спокойно требовать у начальства еще один отпуск для примирения с женой.

И планировал я потребовать по максимуму…

Не думать о сексе. Пока не думать. Иначе меня разорвет на части…

Нужно дать малышке возможность спокойно сдать экзамены. В этом вопросе я был за нее спокоен. Мой напор Стеша выдержала с достоинством, а значит, на экзамене ей нечего бояться. Ее мечты должны исполняться…

Вернулся за стол, где Марк уже доскребал маленькой ложкой остатки варенья и довольно жмурился под неодобрительным взглядом моей жены.

– Полковник не для тебя, вообще-то, старался, – подколола она его.

– Бабушка не ест сладкое уже лет сорок, – отмахнулся Марк.

Неонилла Альбертовна неожиданно покраснела. Видимо, «забыла» сообщить новому воздыхателю, что сладкое на дух не выносит.

Ну а что? Зато какой повод сходить в гости!

– И насколько у вас с Аниным дедом все серьезно? – отвлеклась Стеша на бабушку.

Все члены семейства поддержали ее заинтересованными взглядами.

– Стефания, займись собственным мужем, – с достоинством ответила Неонилла Альбертовна.

А я что? Я очень даже «за»!

– Чего им заниматься-то? – буркнула Стеша, косясь на меня.

Не смог отказать себе в удовольствии снова притянуть жену поближе. Уткнулся носом ей в макушку, вдыхая клубничный запах, и блаженно прикрыл глаза. Она доверчиво прильнула к моей груди и глубоко вздохнула.

В этот момент я встретился взглядом с тестем, который критически поглядывал на нашу пару. И я его понимал. Стефания – единственная и любимая дочь. Я бы свою тоже в обиду не дал. И не дам, когда она у нас появится. Такая же рыженькая, как моя жена… А потом еще и сына родим… Или сразу двойню, прецеденты в семье имелись.

Михаил Юрьевич заметно расслабился, глядя на дочь. Малышка соврала отцу, защищая меня. Я бы и сам вывез в любом случае, но от ее поступка в груди разливались тепло и щемящая нежность.

Однако обратиться к тестю все же придется, потому что дело приобретало серьезный оборот и касалось уже не только моей личной жизни!

– Вам пора! – вдруг объявила Неонилла Альбертовна. – Марк, там в кухне под столом еще три баночки варенья, забери себе.

– Так полковник к тебе давно с вареньем подкатывает! – обрадовался Марк.

Но Неонилла Альбертовна одним взглядом заставила внука поперхнуться и с достоинством поднялась.

– Михаил, Мирона не ругай, я хочу успеть понянчить как можно больше правнуков. А Марк и Сева ко мне послезавтра приедут, завтра я занята.

– Очередной порцией варенья, – не удержался Марк. – Не полковник, а Карлсон какой-то!

– Марк... – осадил сына Михаил Юрьевич.

– Это же бабушка, мы не можем ее доверить кому попало!

– Послезавтра и с инструментами! – напомнила бабушка внуку. – Арсению передай, чтобы в этот раз сменную одежду взял.

– Всех построила, – вздохнул Марк, но так, чтобы бабуля не услышала, – но Фаня снова не при деле.

– Ах да, Стефания! – Неонилла Альбертовна развернулась, в который раз подтверждая, что слух у нее отменный. – Кляксы на джинсах у истинной леди?

– Где ты там истинную леди нашла, ба? – снова встрял Марк, за что получил от Стефании ладошкой в лоб и довольно заулыбался.

– Прости, ба, я случайно!

Моя жена смущенно повернулась к бабушке, но взглядом продолжала прожигать родного брата:

– А ты…

– Займись мужем, Стеша, – скопировал бабушку Марк.

– Ярослав, стукни его, пожалуйста, – невинно попросил мой Рыжик, повернувшись ко мне.

– Не надо! – показательно испугался Марк. – У него рука тяжелая!

Я решительно вмешался:

– Поехали домой, а Марк уберет со стола.

– Ну вы… – уважительно присвистнул тот. – Я вам новости, а вы меня – посуду…

Стеша возмутилась:

– Ты все варенье слопал! Даже не поделился!

– Стой, где стоишь! – воскликнул Марк, сбегал в дом и принес полную банку варенья. – Вот! На, лопай! Джинсы только не заляпай!

Вручил Стефании банку с вареньем под одобрительным взглядом отца и дунул убирать со стола.

– Пока, папочка, мы поехали.

Стеша обняла папу, поцеловала его в щеку и повернулась ко мне.

– Иди в машину, – я протянул жене ключи, проследил взглядом, как она скрывается за воротами, и обратился к тестю: – Нужно поговорить.

– Завтра в девять жду в кабинете, – мгновенно оценив обстановку, ответил Михаил Юрьевич. – Терпит?

– Да.

Я протянул руку, тесть крепко ее пожал и тоже пошел к своей машине.