Вверяю тебе свою жизнь - Ребекка Уинтерз

— Что-нибудь еще, Жанна?

— Нет. — Ее голос звучал неуверенно. — О… я не знаю. Я была так взволнована известием о вашей свадьбе, что болтала без умолку.

— Ладно. Ты достаточно мне сказала.

— Извини, если из-за меня возникли какие-нибудь осложнения.

— Нет, ничего. Мне просто нужно было знать. Спасибо, Жанна. Я вскоре снова позвоню.

— Роман… Пожалуйста, прости меня, если я сказала или сделала что-нибудь на так. Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю и желаю тебе счастья.

— Знаю, Жанна. И я тебя люблю. Передай Юрию привет. Ждите моего звонка.

— Пожалуйста, позвони.

Роман вынул шнур, взял трубку у Брит и повесил ее.

— Жанна права. Если бы мы были по-настоящему женаты и ты услыхала бы какую-нибудь сплетню обо мне и Анджеле, это была бы только сплетня, не более того.

Брит подняла голову.

— Она сказала и еще кое-что, Роман.

— Жанна призналась, что говорила. Что же еще? Что она вышла замуж за моего лучшего друга Фрэнка?

Почему-то Брит слегка побледнела.

— Нет. Имя Фрэнка не упоминалось. Она сказала, что твой брат поддержал тебя, когда ты решил переехать в штат Юта, потому что знал, с какими трудностями ты столкнулся.

Роман напряженно думал…

— Итак, из всего, что тебе сказала Жанна, ты сделала вывод, что я покинул Нью-Йорк с разбитым сердцем, так как любимая мною женщина вышла за моего лучшего друга.

Брит прикрыла глаза.

— Ты любил ее?

— Да.

Она не шелохнулась, только глаза ее потемнели.

— Ты уехал, потому что не хотел жить рядом с ними?

— Нет. Но так все думали, даже мой брат.

— Ты все еще любишь ее?

— Нет.

— Почему же вы расстались?

— Потому что я не был в нее влюблен. Брит нахмурилась.

— Но ты только что сказал, что любил ее.

— Любовь бывает разная, как тебе известно. Быть влюбленным — совсем другое дело. — Роман видел, что Брит пытается осмыслить его слова.

— Е…если это не из-за Анджелы, тогда зачем ты оторвался от семьи и друзей и уехал так далеко, где тебе пришлось начинать все сначала? Я знаю, как сильно ты любишь брата. Жанна сказала, что, когда ты уехал, для него это был настоящий удар.

Роман покачал головой.

— Моя невестка в самом деле наболтала лишнего.

Брит не обратила внимания на его слова.

— Ты же не жестокий человек, Роман, так что я не вижу причины.

— Тогда у меня была причина.

— Но ты не собираешься сказать мне, какая это причина, так же, как не говоришь, где ты провел последние десять дней?

— Если я скажу тебе, что ни то, ни другое не имеет отношения к другой женщине, что ты на это скажешь?

Она посмотрела прямо ему в глаза.

— Скажу, что ты весьма дорожишь своими секретами. Но они не имеют ко мне никакого отношения.

— Нет, имеют, и больше, чем ты думаешь.

— Роман… — вздохнула Брит. — Ты говоришь загадками, и я тебя не понимаю. Пожалуйста… Я… я думаю, тебе лучше уйти.

Бессильный гнев наполнил все его существо.

— Но почему? Ты же не хочешь, чтобы я уходил.

— Хочу. Ты замечательный человек, и я, признаюсь, увлечена тобой, но мне не по душе секреты. Я даже не знаю, сколько тебе лет и…

— Тридцать восемь… — отрывисто сказал он. Она все больше отдалялась от него, как будто тонула, а он не мог дотянуться до нее.

— Пожалуйста, пойми меня правильно, Роман. Я не хочу тебя обвинять или устраивать сцены ревности. Но ты ведь признаешь, что тебе есть что скрывать. То, что это не связано с другой женщиной, нервирует меня еще больше.

Роман не верил своим ушам.

— Продолжай.

— Что-то подсказывает мне, что ты замешан в таких делах, о которых я и не хочу знать.

Я был прав насчет тебя. Брит. Твоя интуиция поразительна.

— Что заставило тебя сделать такой вывод?

— Когда в первый вечер ты пришел ко мне, то сообщил мне такую информацию о Глене Бэрде, которую можно получить только после длительного расследования. Так говорили мне и следователь, и лейтенант Паркер. А ты все сумел узнать через два часа, а то и меньше! Ни один простой частный сыщик не смог бы располагать такими данными, даже если бы работал в полицейском управлении Нью-Йорка.

У него буквально волосы встали дыбом.

— Что ты хочешь этим сказать. Брит?

Она смотрела на него, в ее глазах застыла обида.

— Только то, что ты, видимо, имеешь поразительные связи, если только ты сам не какой-нибудь секретный агент. А если это так, я не желаю иметь с тобой ничего общего.

От ее слов Роману стало не по себе.

— У тебя богатое воображение. Она покачала головой.

— Видишь ли, ты даже разговаривать не умеешь нормально. В чем-то ты профессионал, но в чем, я не имею ни малейшего представления. Сдается мне, что ты слишком хорош для того, чтобы твои таланты пропадали здесь, в Солт-Лейк. По всей вероятности, тебе пришлось уехать из Нью-Йорка по какой-то очень секретной причине. Поэтому ты и поселился в Юте.

Роман улыбнулся, пораженный тем, как многое о нем ей удалось угадать.

— Пожалуй, в тебе пропадает автор шпионских романов.

— Если так, то один сюжет у меня уже есть. Во всех газетах писали о том, как ты руководил операцией, которая закончилась арестом братьев Моффат в штате Невада. Но я не удивилась бы, узнав, что ты участвуешь в подготовке борцов за свободу Афганистана в пустыне на западе Невады.

Как это она узнала об этом?

— Мне случайно попалась в Интернете речь на одном из политических приемов. Оказывается, там были замешаны «зеленые береты».

— Зеленый берет? — насмешливо повторил он, хотя сердце его забилось быстрее.

— Юрий рассказал мне о твоих подвигах, так что не пытайся это отрицать.

— Разве я сказал что-нибудь?

— Нет, — возразила она, и румянец на ее лице стал заметнее. — Ты никогда не снисходишь до этого. Только тот, кто прошел серьезную подготовку для участия в тайных операциях, может так скрытничать, как ты.

Вид у Романа был растерянный.

— «Тайные»? Ты выбрала интересное слово.

— Слово отвратительное. Одно из тех, которые я ненавижу.

Я тоже, дорогая. Именно поэтому я вышел из игры.

— Ты закончила свое досье на меня? — язвительно осведомился он, пытаясь как-то разрядить обстановку.