Оковы счастья - Сандра Мартон

* * *

Рэйф мерил шагами гостиную в пентхаусе аль Рашидов, с волнением ожидая появления Карин.

Ник догнал его уже у самого дома, вместе с Рэйфом поднялся в квартиру и сказал Карин, что приехал ее муж. Затем он надел пальто на протестующую Аманду и потащил ее к выходу.

– Но… но… – сопротивлялась та, бросая на Рэйфа отнюдь не дружелюбные взгляды. Чтобы заставить ее замолчать, Ник прибегнул к испытанному способу – поцелую.

– Она сейчас спустится, – шепнул он Рэйфу, прежде чем захлопнуть дверь.

Рэйфу ничего не оставалось делать, только ждать, надеяться и молиться.

– Привет, Рэйф.

Он резко повернулся. Его жена стояла на ступеньках, одной рукой держась за перила. На ней были вылинявшие джинсы и свитер, волосы взлохмачены, на лице – полное отсутствие макияжа. Она была необыкновенно и трогательно красива, но взгляд ее прекрасных глаз был мрачен.

Рэйф сделал несколько шагов ей навстречу.

– Привет, Карин.

– Ник сказал, ты хочешь меня видеть.

– Я… Да. Да, хочу.

Она спустилась вниз и остановилась у подножия лестницы.

– Полагаю, ты хочешь видеть дочь, но она спит. Если ты придешь завтра утром, часам, скажем, к девяти…

– Конечно, я хочу ее видеть. Но я пришел, чтобы поговорить с тобой.

Засунув руки в карманы, Карин сделала несколько шагов, и до Рэйфа донесся легкий аромат духов, который он часто пытался почувствовать по ночам, зарываясь лицом в ее подушку.

– Мы же договорились, Рэйф. Ты должен сначала позвонить…

– Ты дала нашей дочери другое имя.

Карин обернулась и посмотрела ему в лицо. Густой румянец залил ее щеки, губы задрожали, и в этот момент Рэйф поверил, что она любит только его.

– Ник – предатель, – резко сказала она. – Ну зачем он сказал тебе об этом?

Рэйф с улыбкой стал приближаться к ней.

– Он придал этому факту полностью противоположное значение. Он хотел предупредить меня, чтобы я не питал ложной надежды…

– И он прав. Я никогда не…

– Почему ты поменяла имя?

– Почему? Из традиции, из уважения, из… – У нее перехватило дыхание, когда Рэйф нежно погладил ее по щеке. – Пожалуйста, не делай этого.

– Не делать чего? Не касаться тебя? – Он запустил пальцы в ее темные шелковистые волосы, второй рукой нежно взял ее за подбородок и поднял лицо, чтобы видеть ее глаза. – Раньше тебе нравилось, когда я касался тебя, обнимал тебя. Помнишь, любимая?

– Я помню, что говорила тебе не являться без предупреждения. – Ее голос дрожал; она пыталась вырваться из его рук, но тщетно. – А еще я помню, что просила тебя не называть меня словами, которые для тебя – пустой звук.

– Какими словами? – прошептал он и приник к ее губам.

– Ты знаешь, какими. «Дорогая», а теперь еще «любимая». Они ничего для тебя не значат.

– Они значат, что ты завладела моим сердцем, Карин. – Его губы тронула нежная улыбка. – Жаль только, что ты никогда не называла меня ни «дорогой», ни «любимый».

– С какой стати я стала бы называть тебя так? Я не лю…

– Любишь, – мягко, но уверенно сказал Рэйф. – Ты любишь меня. – Он сделал глубокий вдох, словно готовился броситься в омут с головой. – А я люблю тебя.

– Неправда! Ты говоришь так, потому что хочешь, чтобы я вернулась, чтобы наша дочь росла в твоем доме.

– Да, я очень этого хочу. Но еще больше я хочу, любимая, прожить свою жизнь, ежеминутно доказывая тебе свою любовь. – Он замолчал, понимая, что произносит сейчас самые главные слова в своей жизни. – Карин, я никогда не понимал, что такое любовь. Я считал, что это выдумка, игра. Но теперь я точно знаю значение этого слова. Я люблю тебя всем своим существом, и если ты действительно покинешь меня, в моем сердце навсегда поселится пустота.

Рыдание вырвалось из груди Карин.

– Рэйф, – со всхлипом прошептала она. – О, Рэйф, любовь моя…

Он крепко сжал ее в объятиях, снова и снова целуя свою жену.

– Давай разбудим Эми.

– Амалию, – поправила она и улыбнулась. Рэйф снова поцеловал ее.

– Мы едем домой, любимая.

Уткнувшись лицом ему в грудь, Карин прошептала:

– Да, любимый. Пожалуйста, отвези нас с дочерью домой.