Проще некуда - Кайса Ингемарсон

Ведя детей за руку, Анника вышла с ними из метро. К этому моменту ей удалось уже двадцать семь минут не думать о Рикарде.

Микаэль подхватил ветрянку и три дня пролежал дома, пытаясь расчесывать себе подмышки, кисти рук и пах. Хуже всего становилось по ночам, и постельное белье было усыпано крахмалом. Теперь высыпания начали подсыхать, и личико малыша сплошь покрывали черные корочки. Анника вызвалась посидеть с ним и с понедельника взяла бюллетень. Том сказал, что сможет сменить ее в конце недели, но она отказалась, ведь у нее на работе как раз сейчас некоторое затишье и для нее совершенно не проблема остаться дома. Том не стал возражать, потому что за неделю ему предстояло дописать две статьи: о вентиляции в автобусах и о любительской театральной труппе в больнице в Худдинге. "Ты просто ангел, что согласилась взять больничный", – резюмировал он.

Во вторник у Микаэля спала температура. "Больше не чешется", – заявил он за завтраком. Том повел Андреа в школу, а Анника осталась сидеть напротив сына, допивая кофе. Ребенок ожил и после трех дней безвылазного сидения дома изнывал от скуки.

– Мама, что мы будем сегодня делать? – спросил он.

Анника не представляла себе, чем бы заняться.

– Пойдем гулять? – предложила она.

– Да! В парк!

Ей ничего не оставалось, как только согласиться.

– Конечно. Пойдем в парк, – подтвердила она, вздохнув про себя, и они пошли одеваться.

В оттепель снег растаял и превратился в жижу, потом похолодало, и она замерзла, но лед снова растаял, и теперь на улице было слякотно. Значит, Микаэлю нужно надеть непромокаемые брюки поверх комбинезона. Когда он наконец был одет, и он сам, и Анника совершенно взмокли. Выйти на воздух оказалось настоящим облегчением.

В парке гуляли несколько мам с колясками. В это время на улице можно увидеть только совсем маленьких детей, тех, кто еще не ходит в сад. Микаэль разочарованно обвел взглядом площадку.

– Мама, тогда ты со мной поиграй, – сказал он.

– Разве ты не можешь поиграть один, а я постою и подожду здесь?

– Одному играть скучно. – Микаэль надул губы, но вдруг радостно объявил: – Я придумал! Мы будем играть в пиратов!

Он бросился к веревочной лестнице и стал карабкаться наверх.

– Не поймаешь, не поймаешь!

Отвертеться не удастся, подумала Анника и глубоко вздохнула. Придется играть в пиратов.

– Сейчас я догоню и схвачу тебя! – крикнула она и побежала за Микаэлем, который завопил от восторга и полез дальше.

Когда Анника подбежала к лестнице, куда забрался Микаэль, у нее вдруг зазвонил мобильный. Она посмотрела на сына, стоявшего наверху на площадке.

– Мне надо ответить, поиграй пока один.

Она с облегчением нажала кнопку ответа.

Это звонила Бигге, чтобы поинтересоваться, не хочет ли Анника сходить куда-нибудь вечером и выпить пива. Они ведь не виделись сто лет. Да, действительно, подтвердила Анника.

Они и правда не виделись с той предновогодней встречи, когда Бигге рассказала о Челле. Хотя история была щекотливая, перерыв был вызван не этим. Просто они всегда так общались. Иногда не виделись по несколько месяцев, Бигге жила своей жизнью, а Анника своей. Но, несмотря на редкость встреч, Анника радовалась, что они остаются подругами, ведь многие прежние друзья с течением лет уже разбежались кто куда.

Анника обещала Бигге поговорить с Томом. Едва ли он будет против. Все-таки, взяв недельный бюллетень, она заслужила право хоть раз сходить куда-нибудь одна. Они с Бигге договорились увидеться в восемь, если все будет нормально. Если же Анника не сможет, то позвонит.

Закончив разговор, Анника посмотрела на Микаэля. Он уже вскарабкался на самый верх детской башни, помахал ей оттуда и закричал:

– Мама, мама, а теперь давай играть в пиратов!

– Я была уверена, что выберут меня! – возмущенно воскликнула Бигге. – Янне говорил об этом еще в прошлом году. Была моя очередь. Не понимаю, как можно было вот так взять и передумать.

Бигге поникла и опустила глаза.

– Они что, предпочли кого-то другого?

– Да. Но не говорят кого. По крайней мере, пока не говорят.

– Слушай, но это же чертовски обидно.

– Да уж. Год в Токио… – грустно повторила Бигге. – Как я хотела уехать! Это бы решило все проблемы.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… – Бигге поколебалась. – Я о Челле.

Анника покачала головой:

– Не понимаю. Когда мы с тобой встречались в прошлый раз, ты по-другому говорила. Что-то произошло с тех пор?

Казалось, у Бигге на глазах вот-вот выступят слезы.

– Я его люблю. По-настоящему. И я верю ему, когда он говорит, что уйдет от жены. Но от этого не легче. Это ужасно. Я хочу быть с ним, хочу, чтобы мы жили вместе, но в то же время хочу, чтобы он был счастлив со своей семьей. Не хочется, чтобы из-за меня его детям пришлось пережить развод родителей. Если бы я уехала в Токио, всё бы прошло.

Она заплакала, уткнувшись лицом в ладони, чтобы окружающие не заметили. Анника протянула руку и погладила подругу по волосам.

– Если он разведется, причиной будешь не ты, – сказала она, утешая. – Поводом – может быть, но не причиной. Люди разводятся не потому, что встречают кого-то. Люди встречают кого-то, потому что назрел развод.

Бигге посмотрела на Аннику.

– И это я слышу от тебя} Анника улыбнулась.

– Да, от меня. Я знаю, что в прошлый раз обошлась с тобой немного холодно, но факт остается фактом: хочет ли мужчина спасти свой брак или нет, мужчина решает сам. Вместе с женой. Думаю, неправильно говорить, что ты в чем-то виновата.

– Хорошо, может, это и не моя вина, но и "поводом" быть мне тоже не особо хочется. – Бигге уже прекратила плакать.

– Я тебя вполне понимаю.

– Да? Ты очень строго отнеслась ко мне, когда я рассказала тебе про Челля. Я даже не была уверена, сможем ли мы после этого продолжать общаться.

– Ну, ты же понимаешь, не слишком приятно узнать, что у твоей подруги роман с женатым мужчиной. Само собой, это не радует.

– Да уж.

– Кстати, я все равно не понимаю, как работа в Токио могла бы решить твои проблемы. Ведь ваши чувства друг к другу от этого не изменились бы?

– Нет, но, может быть, стали бы слабее. И еще я приняла решение.

– Решение?

– Да. – Бигге замолчала, колеблясь. – Я решила: если мне предложат поехать в Токио, то я… сделаю аборт.

Вот оно, значит, как. Бигге ждет ребенка. Столь неожиданная новость повергла Аннику в шок. Она совершенно не могла себе представить Бигге с младенцем. Беременность, которая на девять месяцев до неузнаваемости изменит ее стройную фигуру – какая нелепость! И разве эти блестящие волосы могут повиснуть неухоженными прядями? Возможно ли, чтобы ее высокая грудь потеряла форму за год кормления, а упругие бедра покрылись растяжками? Но к чему все эти вопросы? Есть факт: Бигге беременна. Да к тому же – от женатого мужчины. И какая разница, какой формы будет ее грудь? Аннике стало стыдно за свои мысли.