Вызов гордости - Кейси Майклз

– Я не могу говорить, когда ты меня так трясешь, что зубы стучат, племянник. Успокойся, и я тебе все расскажу.

Джаред нетерпеливо сел на краешек стула и потребовал объяснений.

– Понимаешь, Джаред, Аманда мне ничего не говорила, поэтому, возможно, я ошибаюсь. Я только знаю, что она в последнее время не ездит верхом на Урагане и почти ничего не ест.

Он в бешенстве вскочил:

– Так она нездорова! Я должен немедленно к ней ехать!

– Сомневаюсь, что твое присутствие облегчит положение, хотя, безусловно, успокоит нервы бедному ребенку. Я столько ночей слышала через стенку, как она плачет! Твоя забота тронула бы меня сильнее, если бы ты проявил ее раньше, Джаред. Как я могу быть уверена, что ты поступишь в интересах Аманды, если я расскажу тебе, что с ней?

Джаред упал перед тетей на колени:

– Я люблю Аманду, Агги, клянусь. Только оказавшись в Лондоне, я понял, как много значит для меня это беспокойное создание. Она преследует меня каждый миг моей жизни. Я никогда раньше не любил, и, честно говоря, это чувство меня потрясло. Пожалуйста, тетя, умоляю тебя, скажи, что с моей женой! Обещаю обращаться с ней исключительно бережно.

Мольба Джареда произвела на леди Чезвик впечатление. Она глубоко вздохнула и произнесла:

– Хорошо, племянник, я скажу: Аманда собирается преподнести тебе символ своей любви.

Джаред нахмурился:

– Символ чего? Тетя, если ты меня любишь, говори нормальным языком! Какое отношение подарок может иметь к состоянию Аманды? Что она может мне подарить? Я не… – Истина постепенно дошла до него, и он задрожал. – Она беременна? Аманда беременна? Говори, тетя! Моя жена беременна?

Леди Чезвик энергично закивала, и остатки шпилек посыпались на ковер.

Все мысли в голове Джареда спутались.

– Но ты говоришь, она тебе ничего не сказала? Откуда же ты знаешь?

– Я… э-э-э… ну, видишь ли… э-э-э… она сказала Лавинии.

Джаред с досадой хлопнул себя ладонью по лбу:

– Тетя, клянусь, ты меня угробишь! Как могла Аманда сказать моей матери, что она беременна?!

– Право же, Джаред, нет нужды так злиться. Все очень просто. На прошлой неделе я зашла в голубую комнату как раз тогда, когда Аманда стояла перед портретом моей сестры и разговаривала с ней. Она просила Лавинию помочь ей вернуть тебя домой – к ней и к вашему ребенку. – Щеки старой леди порозовели, и она добавила: – Я еще слышала, как она сказала твоей матери, что очень сильно любит тебя – хотя ты этого и не заслуживаешь!

– На этот раз я соглашусь с тобой, Агги. Я вообще ее не заслуживаю. А теперь иди наверх и отдохни перед обедом. Завтра утром мы все отправимся в Сторм Хейвен. Бо и Кевин придут сюда после завтрака.

Леди Чезвик пришла в замешательство.

– Бо и Кевин? Ты хочешь сказать, что уже сам решил вернуться домой? Да как ты посмел все эти время водить меня за нос, если уже все решил! Джаред, я даже и не припомню, когда так сердилась и тебя. Только подумать – я проехала такой путь, по жаре, в мои-то преклонные годы, только чтобы услышать, что ты в любом случае вернулся бы завтра домой! Это переходит всякие границы! Мне пришлось сказать Аманде, что я еду к модистке на примерку и вернусь только через неделю. Это единственное, что я смогла придумать, чтобы уехать без лишних вопросов. Я не могу вернуться домой с тобой, иначе Аманда поймет, что я сую нос туда, где меня не хотят – точнее, где во мне не нуждаются. И за это, юный бездельник, счета за мой новый гардероб – и весьма значительные! – придут прямо к тебе. – Леди Чезвик вышла из комнаты так надменно, как только позволял ее невысокий рост.

Джаред несколько минут простоял, глядя в окно на сквер, а когда все же вышел из комнаты, в его походке появилась упругость, которой дворецкий не видел вот уже несколько месяцев. Новость о том, что у хозяина изменилось настроение, разлетелась очень быстро, и впечатлившаяся прислуга стала относиться к леди Чезвик с особым уважением.

– Да благословит Господь милую старушку! – говорил один лакей другому. – Я и не знал никогда, что она на такое способна!

Из холла раздался громкий вопль:

– Хо-хо! Пора вставать и отправляться, друг Джаред! Что ты тянешь время, соня? У нас для тебя есть новости!

– Тихо, вы, идиоты! Тетю разбудите! – закричал в ответ Джаред.

В дверях появилась леди Чезвик в кружевном ночном чепце, съехавшем на один глаз.

– Уже нет, племянник, – зевнула она. – Ты довершил то, что они начали. Что происходит?

– Возвращайся в постель, дорогая леди. Это всего лишь Бо и Кевин, готовые ехать в деревню. Должно быть, они не спали всю ночь, вот и явились сюда на заре, пропади они пропадом! Увидимся через неделю, тетя, и еще раз спасибо тебе за то, что приехала, ведь намерения у тебя были добрые. – Джаред быстро чмокнул ее куда-то в левое ухо и помчался вниз по лестнице.

– Поцелуй за меня Аманду, Джаред! – крикнула тетушка ему вслед и вернулась в свою уютную постель, чтобы не покидать ее до полудня.

Джаред вошел в кабинет, воскликнул:

– Ну, поехали, ребята?! – и замер на пороге. – Боже милостивый, чем вы занимались? Опять дрался, Бо? Тебе не кажется, что ты уже староват для таких заварушек? – Он повернулся к долговязой фигуре, небрежно оседлавшей стул и помахивавшей в воздухе ногой. – А ты, Кевин? У тебя на щеке синяк. Что случилось-то?

– Я отказываюсь отвечать на вопросы, пока у меня в руке не будет бокала.

Джаред торопливо исполнил просьбу Кевина, щедро плеснув бренди в два бокала, подумал и налилтретий для себя.

– Вот, дружище, это уже похоже на дело, – протя нул Кевин, с одобрением принюхиваясь. – Бо, добрый мой приятель, у меня ужасно болит челюсть, поэтому расскажи нашему дражайшему Джареду, как мы защищали его леди.

– Правда, правда. Рыцари древности, Галахэд. Драка пошла! Хотя никаких мечей. Ударил в лицо, Кевин тоже. Им же хуже. Ваше здоровье! – Бо поднял бокал, выпил и приложил прохладное стекло к быстро чернеющему глазу.

Понять Бо было нелегко и в лучшие времена, а Джаред в своем волнении и вовсе не разобрал ни слова.

– Бо, пустоголовый ты шут, говори нормально. О чем ты толкуешь?

– Обидно, Джаред. Кажется, все понятно. Фредди и Дентон в Уайт Хаусе. Говорили про твою леди. Не могли стерпеть, правда? Ждали снаружи, Кевин и я. Драка пошла. Плохой парень Фредди. Говорил тебе. И левой руки нет.

– Кевин! – взмолился Джаред, поворачиваясь к другу.

– Ладно. Я понял, что на мою больную челюсть тебе наплевать. – Он пересек комнату и снова наполнил бокал. – Как сказал Бо, мы были в Уайт Хаусе, – произнес он, испытующе глядя на Бо. – Во всяком случае, мне кажется, что он это сказал. Мы разговаривали про поездку в Сторм Хейвен, когда твой драгоценный кузен, жаба эдакая, начал квакать всякие гадости про твою невесту. Дентон говорил мало, но все время улыбался, пьянчуга.