Роковая встреча - Нора Филдинг

— Это меня не касается. Ты мой адвокат и делай то, что я считаю нужным, — сурово подвела черту Сара. — Пока!

Тедди ушел, впервые унося с собой маленького червячка, который заполз ему в сердце. Действительно ли Сара тот ангел, который всегда рисовался в его воображении?

Всю обратную дорогу он лелеял надежду, что Элизабет в больнице не было. Сцена, которую он нечаянно подсмотрел и подслушал, — только плод его фантазии, сыгравшей с ним дурную шутку. Сейчас он войдет в палату и обнаружит, что там нет никакой Элизабет, и все станет на свои места.

Мечты Тедди осуществились. Его глаза чуть ли не вылезли из орбит, когда он увидел, что вместо Элизабет на кровати в кокетливой пижаме возлежит незнакомая женщина. Черты ее лица напоминали Элизабет, и Уорнфолд догадался, что это Линда.

— Здравствуйте, я адвокат Уорнфолд. А вы мадам Эркюлье? Линда?

Реакция сестры Элизабет на его вежливое представление озадачила Уорнфолда.

— Здравствуй, Тедди, — обрадованно воскликнула она и простодушно поинтересовалась: — А Бетти где?

— Не знаю — буркнул Тедди.

— Вы поссорились?

— Вы, по-моему, не поняли, — резче, чем требовала ситуация, сказал Тедди. — Я адвокат лорда Мортимера и Сары Гренвилл. Мне бы хотелось с вами побеседовать, чтобы лучше понять те печальные события, которые имели место в офисе компании лорда Мортимера…

Не дав ему договорить, Линда весело рассмеялась.

— Все адвокаты на одно лицо, вернее одинаково выражают свои мысли: Заумным языком, который дает им возможность скрывать истинные чувства. Вы, по-моему, не поняли. Я, мадам Эркюлье, в девичестве звалась Белиндой Ленкстон и прихожусь родной сестрой моему адвокату Элизабет Ленкстон, — передразнила она Тедди, лукаво на него посмотрела и продолжила уже нормальным тоном: — Тедди, спуститесь на землю и взгляните на нас, грешных, без адвокатской мантии, а заодно не забудьте заглянуть и к себе в душу. Лучше чистосердечно ответьте на мой вопрос: — Почему вы поссорились с Бетти?

— Может быть, вы сначала расскажете, почему напали на моих клиентов? Я еще не слышал вашей версии.

— Моей? Я думала, что Бетти все вам рассказала. Это все та злополучная записка… — Лицо Линды омрачилось, потом она, как бы отгоняя от себя мрачные мысли, запустила руки в свои роскошные волосы, подняла их кверху и надменно улыбнулась.

— Записка? Вы все еще продолжаете придерживаться версии, лишенной здравого смысла? — саркастически усмехнулся Тедди. — Бетти была у вашего мужа, пыталась ее найти, но нигде не обнаружила. А то, что вы натворили недавно, уже находясь здесь, в больнице, вообще не укладывается в сознании, — против воли бурно отреагировал Тедди, решивший держаться официально с этим олицетворением порока.

— Ее и нельзя было найти. Мне кажется, что я, зажав ее в руке, поехала в офис и, конечно, потеряла где-то. — Глаза Линды наполнились слезами.

Она напомнила ему обиженного ребенка, который говорит взрослым, что он видел радугу, а ему никто не верит. Ребенок не может доказать справедливость своих слов — радуга давно исчезла, а взрослые считают, что ребенок все выдумал лишь на том основании, что они сами эту радугу не видели.

Тедди, сам находящийся в смятении чувств, остро почувствовал ее незащищенность. В его душе вспыхнуло сочувствие, ему захотелось утешить Линду. Он вдруг безоговорочно ей поверил. Ему стало стыдно, что он мучил бедняжку глупыми расспросами, и он перевел разговор на другую тему.

Очень скоро они установили тесный контакт. И Линда, благодарная Тедди за такт и чувствуя, что он страдает, как она решила, из-за ссоры с сестрой, постаралась его развеселить. Она рассказывала ему смешные истории из своей жизни, а потом предложила ему погадать.

— Говорят, что блондинки не могут быть предсказательницами судьбы, но у меня хорошо получается, — сказала Линда, быстро тасуя карты.

Тедди нехотя согласился. Линда разбросила веером карты, и в этот момент в палату вошла Элизабет.

— Я ему гадаю, — воскликнула Линда, увидев сестру. — Бедному Тедди явно не везет в любви, — лукаво добавила она и легонько стукнула картой, которую держала в руке, его по носу.

Тедди смутился. На какое-то время он забыл, зачем пришел сюда, отвлекся от своих черных мыслей, но при виде вошедшей Элизабет волна ревности захлестнула его. Если до этого момента он и верил искренность Линды, но не мог понять, как разумный человек совершил столь ненормальный поступок, то теперь он очень хорошо понимал состояние, заставляющее очертя голову бросаться на кого попало. Сейчас он с удовольствием огрел бы по башке Джеймса, да и Бетти от него досталось бы.

Тедди бросил взгляд на коварную обманщицу и швырнул ей сумку.

— В ней пудреница. Объясни, откуда ты ее взяла?

Элизабет равнодушно взглянула на плоскую кожаную сумочку. Она ее видела впервые, и ее не волновали никакие принадлежности косметики, в ней хранящиеся.

А вот сцена, открывшаяся взору, когда она вошла в палату, настолько ее поразила, что она до сих пор не могла успокоиться. Она попыталась взять себя в руки. Разум ей говорил, что ревновать к сестре смешно. Какой бы непредсказуемой ни была Линда, она никогда не станет отбивать любимого мужчину у родной сестры. Но сердце продолжало бунтовать. И Элизабет вдруг поймала себя на мысли, что близка к тому, чтобы зашвырнуть чем-нибудь тяжелым и в Линду, и в Тедди.

Ревность что, заразная болезнь? — подумала Элизабет и впервые искренне посочувствовала сестре. Даже она, которая совсем не любит Тедди, бурно реагирует, а что говорить о Линде?

— Сама открутила бы ему голову, — зло прохрипела Элизабет, к всеобщему удивлению присутствующих, среди которых был и только что вошедший в палату комиссар Жервье.

Его появление прошло незамеченным. Все слишком были заняты собственными душевными переживаниями.

— Любопытное высказывание для адвоката, — прокомментировал он.

— Пришли еще раз взять у меня показания? — светски улыбнувшись, вежливо спросила Линда.

— И да и нет, — уклончиво ответил комиссар Жервье. — Сейчас меня больше интересует пудреница, хранящаяся, по-видимому, в этой сумочке. — И комиссар указал на злополучный кожаный прямоугольник, который Элизабет продолжала держать в руках.

— Не знаю я ни о какой пудренице, и вообще это не моя сумка. — Брезгливым движением Элизабет отшвырнула ее от себя.

— Вынужден предупредить, что вы должны выбирать выражения. Все сказанное вами может быть истолковано против вас.

— Вы меня в чем-то подозреваете? — спросила Элизабет.

Комиссар выразительно пожал плечами.

— Вы вправе пригласить адвоката.

— Он здесь! — Тедди шагнул вперед.

— Ну что ж, очень хорошо. А теперь приступим… Вы утверждаете, что эта сумка вам не принадлежит?

— Это моя сумка! — с жаром воскликнула Линда. — Я ее приобрела несколько дней тому назад.