Мой любимый враг - Роберта Ли

Взяв в руки вечное перо, которым она в тот день воспользовалась, она бездумно написала свое имя на чистой промокашке. Одним из пунктиков Найджела было требование, чтобы промокательная бумага на его столе регулярно менялась, и если Хильда забывала это сделать, он обижался как ребенок. Глядя на зеленую поверхность листа, на которой она только что оставила свое имя, она с горьким юмором подумала, как бы обиделся ее муж, если бы увидел ее сейчас. Внезапно она напряглась и, бросив ручку, подбежала к двери.

— Хильда! — позвала она. — Вы не можете подойти сюда на минуту?

Хильда поспешила из кухни с пыльной тряпкой в руке.

— Что-нибудь случилось, мадам?

— Просто хочу кое о чем вас спросить. Это очень важно, так что не спешите отвечать, подумайте хорошенько. Вы помните тот день, когда у нас была пожилая леди — она еще осталась до утра? — Хильда кивнула, и Джулия продолжила: — На следующее утро я увезла ее с собой. Попробуйте вспомнить, меняли ли вы в тот день промокашку в этой комнате?

— Промокашку? — Девушка была ошарашена вопросом. — Какое отношение это может иметь к вашей гостье?

— Не важно. Просто отвечайте мне. Вы меняли в то утро промокашку на столе мистера Фарнхэма? Я знаю, что вы это делаете довольно часто.

Нахмурив брови, Хильда размышляла.

— Я обычно меняю ее по понедельникам, средам и пятницам, если она за это время не слишком запачкается. Вы знаете, как мистер Фарнхэм требователен на этот счет. В субботу и воскресенье ею пользуются редко, поэтому в конце недели я ее обычно не трогаю.

— Получается, что промокашка, которой я воспользовалась вечером в среду, была свежей? Значит, вы не меняли ее до пятницы?

— Правильно.

Сердце Джулии тревожно забилось.

— А кто-нибудь заходил сюда в четверг до того, как вы поменяли промокашку?

— Как обычно, — ответила Хильда, — почтальон, кто-то из какой-то благотворительной организации и…

— Я хотела сказать, не заходил ли кто-нибудь в библиотеку? — прервала ее Джулия.

— Нет, мадам, никто не заходил.

— Понятно. — Голос Джулии помрачнел. — Значит, это отпадает.

— Прошу прощения!

— Я говорила сама с собой. Вы можете идти, спасибо.

— Мне очень жаль, что я не могла вам помочь.

— Ничего. Это была просто неясная идея.

Хильда пошла было из комнаты, но неожиданно остановилась.

— В четверг никто из посторонних не заходил, мадам, но здесь был мистер Уинстер.

— Знаю. Он заехал за мной перед ленчем. Когда я вернулась, он ждал меня в гостиной.

— Но когда он пришел, я провела его в библиотеку.

У Джулии перехватило дыхание.

— Вы уверены?

— Да. Я это точно помню, потому что прибиралась в гостиной и еще не кончила, когда он пришел.

— Но когда я вернулась, он ждал меня там.

— Значит, он увидел, что я ушла, — сказала Хильда, — и решил, что в гостиной ему будет удобнее.

— Вероятно. — Джулия пристально взглянула на Хильду. — Не забыли ли вы еще о ком-нибудь?

— Нет. Кто-то звонил в дверь в то утро, но мистер Уинстер открыл сам. Сказал, что какой-то студент пытался продать книги.

— И больше никто не приходил?

— Никто.

Джулия кивнула в знак того, что Хильда может идти. Оставшись одна, она стала прикидывать, что можно предпринять. По счастливому стечению обстоятельств ей предстояла встреча с Конрадом этим вечером, и она может спросить его, не входил ли этот студент в библиотеку — или, может быть, кто-нибудь еще. Она взглянула на часы. Одиннадцать. У нее достаточно времени, чтобы съездить в Экстон. По телефону она узнала в справочной, когда с вокзала Виктория отходит ближайший поезд. Через полчаса. Она как раз успевала на него.

Был уже час, когда она подошла к коттеджу няни. Открыв дверь, старушка изумленно на нее уставилась.

— Силы небесные, мисс Джулия! Как я рада снова вас видеть!

Джулия вошла в гостиную. Все осталось таким же, как две недели назад, — изменилась только няня. Теперь она выглядела на все свои семьдесят лет.

— Вы, наверное, приехали из-за этой бедняжки? — Джулия кивнула, и няня утерла глаза фартуком. — Такой удар! Когда я уходила из дому в воскресенье днем, она была в полном порядке. Конечно, нервничала, но ничего особенного, а когда вернулась, она только… — Морщинистое лицо скривилось, и слезы выступили на глазах. — Я поняла, что ничем не смогу ей помочь, и позвала доктора. А он сразу же решил, что ей надо в больницу, и уже через час приехала «скорая помощь», и ее увезли.

Джулия опустилась на стул.

— Она была совсем не в себе или все же можно было понять, что она говорит?

— Ни слова. Только бормотала всякую чушь, что не будет говорить, иначе ее убьют. — По телу старушки пробежала дрожь. — Это было ужасно. Пришлось мне в жизни насмотреться всякого: и как люди выходят из себя, и как устраивают сцены и даже настоящие истерики, но ничего подобного я не видывала. Доктор Маршалл сказал, что она может никогда не оправиться.

— Мне так жаль, что из-за меня тебе пришлось все это вынести, — прошептала Джулия. — Когда я привезла ее сюда, я понятия не имела…

— Вам не за что себя винить, мисс Джулия. Вы просто хотели помочь. Эх, попался бы мне в руки тот, кто так ее напугал. А какая была славная леди…

Джулия расплакалась. Нежно приговаривая, няня обняла ее:

— Ну, ну, не надо так расстраиваться. Может, доктор и ошибся. Может, она отдохнет, полечится и совсем поправится.

— Как бы я хотела в это поверить, — отозвалась Джулия, плача все сильнее. — Но я чувствую себя во всем виноватой… что могла все предотвратить…

— Глупости, мисс Джулия. Вы сделали все, что могли. — Морщинистые руки няни гладили ее волосы. — Ну, перестаньте! Слезы не помогут, вы должны бы уже это знать.

— Да, — всхлипнула Джулия. — Я столько плакала, когда отец…

Рука на волосах Джулии на мгновение замерла.

— Бедный сэр Хьюго, я каждый день вспоминаю о нем. Никогда не поверю, будто он знал, что происходит.

— К сожалению, не все так думают, — сказала Джулия. Отстранившись, она достала пудреницу, чтобы спрятать следы слез. — Ты одна из тех немногих, кто верит, что мой отец был невиновен.

— Потому что я его знала. А все, кто его знал, не могут думать иначе. — Няня засуетилась у плиты, зажигая огонь под чайником. — Мистер Уинстер был с вами, правда? А он не из тех людей, кого легко обмануть.

Джулия кивнула:

— Он не отвернулся от нас, а таких людей оказалось немного.

— И вы ему нравились, — отозвалась няня. — Я часто гадала, не выйдете ли вы за него замуж. — Она сняла чашки и блюдца с полки. — Забавно, я его недавно видела здесь — проезжал через деревню.