Любовный марафон - Джули Кистлер

— Мисс, если вы пришли на вечер, то это в бальном зале, — предупредил швейцар. — Вы знаете, как туда пройти?

— Да, я уже была там, — ответила она.

Но на этот раз не было ни шотландских пледов, ни волынок, ни лох-несского чудовища, выглядывающего из чаши с пуншем. Только воздушные шарики и вазы с маргаритками.

Зал был полон.

Люси немного растерялась и замешкалась у порога, но миссис Макинтош ее заметила и бросилась к ней.

— С днем рождения, Люси, — поздравила она. — Входи смелее, дорогая. Я так счастлива, что ты пришла. Без тебя нечего было бы и праздновать.

— Я… я решила… — начала было она, но тут подошли мистер Макинтош с Джессикой, обняли ее и расцеловали в обе щеки. — Как красиво! — воскликнула Люси, обводя взглядом зал, украшенный воздушными шариками, серпантином и китайскими фонариками. — Неужели все это ради меня одной?! — воскликнула Люси. — Или у кого-то тоже день рождения?

— Нет, дорогая, — смеясь, ответила Майра, передавая Люси чашку с пуншем. — Это все только для тебя. Но я должна извиниться, мне нужно сделать кое-какие распоряжения… Это сюрприз!

Люси огляделась. Было много гостей, знакомых и незнакомых. Здесь и ее друзья из последнего класса, друзья из библиотеки, знакомые по занятиям йогой, даже Тоби и Берцовая Кость тоже здесь со своими товарищами по футбольной команде.

Казалось, что все, с кем она когда-то встречалась, пришли к ней сегодня на день рождения. Все, кроме Яна. Может, он где-то спрятался с Фезер?

Люси тряхнула головой: миссис Макинтош не заслужила, чтобы такой замечательный вечер омрачала угрюмая гостья.

К ней подошел Бейкер Бернс.

— О, Бейкер, извини меня. Я так и не знаю, что с тобой тогда случилось. Ну, в тот вечер, две недели назад? На свадьбе Стеффи, помнишь?

— Ах, это! — Он пожал плечами. — Я когда-нибудь расскажу тебе все в подробностях. Сейчас могу только сказать, что все вышло просто замечательно. Я уже засыпал, когда какая-то женщина ворвалась в мой номер. Надо сказать, очень красивая. Я не понял, почему она пришла в мой номер, да и некогда было разбираться, так как ей была нужна срочная медицинская помощь. — Он усмехнулся. — Знаешь, мы нашли общий язык и с тех пор не расстаемся.

— Нет… — Люси открыла рот от изумления. — Не может быть!

— Ее зовут Фезер, — со счастливой улыбкой проговорил Бейкер. — Она моложе меня, но мы прекрасно подходим друг другу.

— Я рада за тебя, — только и смогла выдавить Люси. — Она?..

— Да, здесь, — ответил он и оглянулся. — Она тебя не помнит, но, поскольку это место памятно для нас, мы решили прийти сюда снова. Наверное, она пошла в дамскую комнату. Как только я найду ее, я познакомлю тебя с ней.

— Ну что ты, не стоит. Веселитесь, как положено двум влюбленным. Вот видишь, Бейкер, никогда не знаешь, что уготовлено тебе судьбой, правда?

— Правда, — ответил Бейкер и скрылся в толпе.

— Люси, пора! — крикнула Джессика.

— Что пора? — Люси огляделась по сторонам.

Она увидела человека, толкавшего перед собой тележку с горой подарков, а потом официанта, который катил столик с огромным праздничным тортом. У Люси от изумления округлились глаза.

— Я никогда не видела ничего подобного! — воскликнула она. А вдруг кто-нибудь сейчас выпрыгнет из торта? Скажем, Ян в бархатных плавках и звездой спереди? — мелькнула озорная мысль.

Потом все запели Happy birthday!, и Люси задула тридцать свечей. Она весело смеялась, принимала поздравления и радовалась вместе со всеми. Как-то само собой до нее дошло, что ей действительно тридцать лет. Тридцать!

— Мне исполнилось тридцать, а я никогда не была в Париже и одинока даже на праздновании своего дня рождения, — сказала она как бы между прочим, ни к кому не обращаясь. — Я никак не пойму, почему все время возвращаюсь к таким невеселым мыслям. Мне часто жаль себя.

— Жаль себя?! Разве можно грустить сегодня, в свой день рождения, юная леди? — удивился Джордж Макинтош, подавая ей тарелку с тортом и вилку. — У вас все еще впереди.

— Вообще-то мой день рождения уже прошел, — призналась она. — На самом деле мой день рождения был две недели назад.

— Люси, попробуйте торт, вам полагается первый кусок.

— О, очень вкусно! — Как они узнали, что она любит именно морковный торт?

— Прекрасно. — Отец Яна терпеливо ждал, когда она доест свой кусок, потом взял ее под руку и повел к горе подарков. — Люси, я не хочу вас торопить, но у нас все расписано по минутам.

— У нас? — Она хотела расспросить его о программе праздника, но, увидев подарки, удивилась:

— От кого все это?

— От ваших друзей, которые вас очень любят, — сказал отец Яна, пододвигая ей стул.

Лучше скажите, где ваш сын? — чуть не крикнула она, но сдержалась. Нельзя кричать на людей, проявивших к тебе такие щедрость и внимание.

Люси охала и ахала над старинным заварным чайником, подарком от родителей Яна, над красной футболкой с надписью на груди «Флиртуй в тридцать!» и даже над вафельницей.

Эта вещица напомнила ей о Стеффи, и Люси поискала ее глазами, но не нашла.

Зато появился Кайл на костылях. Подойдя к Люси, он положил ей на колени сумку с подарком.

— Я не опоздал, — сказал он. — Просто я сидел с краю из-за моих костылей. Клянусь, я не опоздал.

— Не волнуйтесь, — улыбнулась она. — Это просто чудо, что вы пришли. — Люси развернула подарок. Это оказались два носовых платка с кружевами тончайшей работы. Она сама любила делать такие вещи. — Большое спасибо! Они необыкновенно красивы и очень мне понравились. Так что перестаньте волноваться.

— Как же мне не волноваться? Во-первых, я ваш должник, а во-вторых, Ян сказал, что, если я опоздаю, он все руки мне переломает… — Кайл осекся — Джессика незаметно дергала его за рукав.

— Что Ян обещал? Вы мой должник? Почему? — Люси с недоумением глядела на Кайла.

— Я у вас в долгу за ваше участие в моем избавлении от Стеффи. — Кайл смотрел на Люси благодарным взглядом. — Вы оказали мне неоценимую услугу, и я буду благодарить вас всю жизнь.

Но все-таки где Ян? — порывалась спросить Люси, но, подумав, произнесла вслух:

— А что же случилось со Стеффи?

— О, я вижу, вы ничего не знаете! — воскликнул Кайл. — Ваш папа заставил уволиться мойщика посуды и отправил его и Стеффи в Доминиканскую Республику с условием, что ваша сестра немедленно подаст на развод. — Кайл усмехнулся. — И вот я разведен, избежав при этом слез и причитаний бывшей жены. Я решил, что больше никогда не женюсь. Клянусь! — серьезно проговорил Кайл и приложил руку к груди.

— Понятно, — проговорила Люси, хотя сообщение о Стеффи и Доминиканской Республике никак не укладывалось у нее в голове. — Я и не подозревала, что произошли такие потрясающие перемены!