Идеальная невеста - Марта Гудмен

— А мы их самих спросим, — сказал он, решительно пресекая все ее протесты, и Сильвии ничего не оставалось, как направиться в противоположный конец зала, где сидели ее родные.

Винсент твердо вознамерился бросить вызов всем преградам на пути к своему счастью и выйти победителем из борьбы. В течение следующих нескольких минут он, что называется, из кожи вон лез, чтобы понравиться семейству Гутьеррес и семейству Морено. Родители Сильвии, Хулио и Катарина, Маркес с женой, тетя Мария — все просто оторопели от неожиданного предложения присоединиться к Джермейнам Бьюмонтам и выпить за успех несравненной арфистки. Но, быстро придя в себя, охотно приняли приглашение, тем самым лишив Сильвию возможности сбежать.

Несмотря на удачное начало, Винсент понимал, что психологические и эмоциональные барьеры, разделяющие их с Сильвией, по-прежнему тут, никуда не делись. И называются они гордостью, униженным самолюбием, незаживающими ранами… Нужно было срочно что-то делать.

Винсент знал, что может положиться на тетю: она конечно же произведет на родственников Сильвии самое приятное впечатление и позаботится о том, чтобы те чувствовали себя за ее столом вполне уютно. Остальные родственники тоже лицом в грязь не ударят. Да и Тони Локхарт сумеет развлечь вновь прибывших. Винсент вновь учтиво представил всех друг другу — и понял, что больше ждать не может. Не в его силах тихо-смирно сидеть за столом и делать вид, будто он наслаждается праздничной атмосферой ресторана.

Винсент по-прежнему удерживал руку Сильвии в своей. Он осторожно сжал тонкие пальцы и шепнул молодой женщине на ухо, вкладывая в три коротких слова всю свою способность убеждать:

— Идем со мной.

Сильвия не ответила. Но ответа он и не ждал.

— Пожалуйста, извините нас. Мы скоро вернемся, — решительно сказал Винсент и, не выпуская руки Сильвии, направился к выходу на балкон.

Сердце его ликующе билось в груди. Молодая женщина и не думала протестовать. Она покорно пошла за своим «похитителем», точно сама того хотела!

С балкона открывался роскошный вид на гавань. На волнах покачивались гордые яхты, разноцветные лодочки, солидные рыбацкие шхуны. Наверняка среди них есть и та, что принадлежит семье Морено — та, что была куплена благодаря ссуде его отца. Винсент с горечью вспомнил о том, как болезненно относится к таким вещам Сильвия. Молодая женщина считала, что наследнику семейства Бьюмонт она не пара. Что за чепуха!

Свежий, пахнущий солью ветер ударил Винсенту в лицо, и в мыслях у него разом прояснилось. Чтобы завоевать эту женщину, необходимы доводы рассудка, а не эмоции! И борьба ему предстоит нешуточная! И все же от одного взгляда на Сильвию голос здравого смысла умолк — и Винсент, позабыв обо всем, порывисто заключил ее в объятия и привлек к себе.

— Ради Бога, Сильвия, посмотри же на меня! Хоть убей, не знаю, как еще доказать тебе, что Оливетт подло солгала!

Медленно, точно против воли, Сильвия подняла глаза. Сапфирово-синие глубины казались совсем темными, точно два бездонных омута. И переполняла их такая мука, что у Винсента болезненно сжалось сердце.

— А это важно, Винс?

— Для меня — важно.

— Потому, что ты все еще меня хочешь? — Сильвия уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь отстраниться. — Ты правильно сказал, когда мы поцеловались впервые: это несправедливо и нечестно.

— Сильвия, я не отпущу тебя!

— Со временем отпустишь, — с обреченной уверенностью произнесла она. — В твоем мире для меня места нет.

— Твое место — рядом со мной.

— Рядом с Винсентом Бьюмонтом? Наследником замка и баснословного состояния?

— Я такой же человек, как и все прочие…

— О нет, не такой же. Ты, наверное, не заметил, с каким благоговением смотрели на тебя мои родственники, когда ты подошел к их столику. Разумеется, отклонить приглашение Бьюмонтов они не могли. Как можно? Ваш клан символизирует собой богатство и власть. Мои родные не могут взять в толк, что происходит. Ты втянул их в ситуацию, которая им непонятна. Рано или поздно они потребуют от меня объяснений, и что я им отвечу?

— По-моему, ситуация предельно проста. У меня самые серьезные намерения по отношению к их дочери, сестре, племяннице… по отношению к тебе, Сильвия!

— Я самая что ни на есть обыкновенная фермерская дочка!

— Слово «обыкновенная» к тебе вообще не подходит! Ты удивительная, яркая, талантливая…

— Я вдова самого обыкновенного рыбака. Мать-одиночка с ребенком. И ребенок этот — не твой!

— Я буду счастлив удочерить Эстреллу, если ты мне позволишь, — с надеждой произнес Винсент. — И не только ради тебя. Я сам этого хочу, поверь. Возможно, Бруно я ей заменить не смогу, но сделаю все, чтобы стать для девочки отцом не только по названию. Эстрелла, она чудесная… — Винсент умоляюще улыбнулся. — Хотелось бы мне называть ее дочкой.

Сильвия прижала руки к груди.

— Ты… ты говоришь о браке?

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой и матерью моих детей. Вот что я предлагаю тебе, Сильвия, если ты согласишься отдать мне свои руку и сердце и сказать: «Я твоя».

Радость переполнила ее, лишив на мгновение дара речи.

— Но это вовсе не значит, что тебе придется оставить сцену, — очень серьезно продолжил Винсент. — Такой талант, как у тебя, рождается раз в столетие. Нельзя зарывать его в землю! Нельзя лишать мир такого сокровища!

— Я… не знаю, — пролепетала Сильвия, с трудом веря в происходящее. — Я никогда не мечтала о сценической карьере. Если честно… — она со всхлипом перевела дух и поделилась с ним самой сокровенной своей мечтой: — я хотела просто-напросто играть на арфе своим детишкам. Мы с Бруно собирались завести большую семью.

Винсент обнял ее за талию.

— У нас будет большая семья. Много-много детишек… сколько ты захочешь. Но это не помешает тебе выступать. Мы что-нибудь придумаем.

Неужели такое возможно: чтобы сбылись все мечты до единой? Сильвии казалось, будто перед нею вдруг отворилась дверь в ослепительно яркое будущее, и от нее требуется лишь переступить порог. Она вдохнула поглубже — и сделала шаг. Навстречу любимому, навстречу надеждам, что внезапно стали реальностью.

— Тони пел об этом не далее как сегодня, — мягко напомнил Винсент, притягивая молодую женщину к себе. — «Можно часто увлекаться, но один лишь раз любить. Ненадолго повстречаться, и навеки не забыть… Клятвы не давал тебе я ложной, свет любви для нас не гас. В жизни увлекаться часто можно, но любить — лишь только раз…» Надо бы тебе научиться верить тем ариям, которым сама же аккомпанируешь!

И он жадно прильнул к ее губам.