Поединок Марса и Венеры - Алиса Берг

Лера расположилась на мягком диване. Она видела, что Мстислав напряжен, хотя старается казаться спокойным и расслабленным. Но по отдельным движениям тела, по сведенным скулам, по тому, что он вместо того, чтобы сесть, ходит по комнате, понимала, что и он в схожем состоянии, что и она.

Внезапно он сел рядом с ней.

– Скажите честно, вы пришли на эту дурацкую тусовку из-за меня?

– А тусовка дурацкая? – ответила на вопрос вопросом Лера, хотя терпеть не могла этой манеры и старалась ее избегать.

– Вы не хуже меня знаете, что дурацкая.

– Из-за вас, – выдохнула Лера. – А вот вы пришли туда уж точно не ради меня.

Мстислав неожиданно засмеялся.

– У меня мелькали мысли о том, где мы можем случайно пересечься.

– Только мелькали?

– Только мелькали. Зато неоднократно.

– Как специалист, могу вам сказать, что это уже напоминает манию.

– Полагаете, я маньяк?

– Это всего лишь предварительный диагноз. Дальнейшее изучение пациента позволит его подтвердить или опровергнуть.

– Так вы собираетесь меня изучать?

– Если потребуют интересы дела.

– А можно узнать, что за дело?

Лера решилась.

– Мне кажется, вам нужна помощь.

– Помощь? – старательно изобразил удивление Мстислав. – Я помощи у вас не просил.

– Я иногда оказываю помощь не тогда, когда меня о ней просят, а тогда, когда она нужна.

– А это как раз такой случай?

– Я ошиблась?

– Могу я задать вам вопрос?

– Прежде чем задать вопрос, решите – готовы ли вы услышать ответ. Так однажды мне сказала моя пациентка.

– Она очень мудрая. Но я готов.

– Тогда слушаю.

– Вам не кажется, что наша игра стала чересчур монотонной? Мы увлеклись процессом, и он затмил нам цель.

Лера взглянула на Мстислава, встала, подошла к инструменту, открыла крышку и села.

– Не составите мне кампанию?

Мстислав молча сел за пианино. Они стали играть.

Внезапно Лера прервала игру.

– Что-то сегодня не играется. А вам?

– Мне – тоже. Я, как и вы, думаю о другом. Знаете, вы меня заразили. Я тоже стал собирать разные афоризмы своих знакомых. И припомнил один из них: Настоящий мужчина всегда добьется от женщины того, чего она хочет. Вот этого я и хочу сейчас добиваться. Не более того.

– Этот вариант меня устраивает как никакой другой.

Лера повернулась к Мстиславу. Их лица разделяли считанные сантиметры.

– Я знаю, чего вы хотите, чтобы я добился, – сказал Мстислав.

– И я знаю, что вы это знаете.

– Наконец-то, мы пришли к согласию, – со вздохом облегчения произнес Мстислав.

– Пришли, – подтвердила Лера. – Ведь мы к нему долго шли.

Их поцелуй длился никак не меньше пяти минут. Ничего подобного Лера еще не испытывала, это напоминало ожог, но ожог, который хочется получать и получать снова. Вот что значит отложенная страсть, когда она незаметно, как подземные воды, копится в колодцах любви. А потом фонтаном вырывается на поверхность.

Лера резко встала и попыталась успокоиться. Нельзя торопиться, иначе все будет испорчено, сведено к банальному соитию, билась в висках мысль.

Мстислав встал вслед за ней, впервые он не скрывал, что взволнован.

– Наконец, это случилось! – воскликнул он.

Лера покачала головой.

– Не спешите, еще ничего не произошло.

– Лера, сколько можно! Мы оба этого одинаково хотим.

– Два человека никогда не хотят одного и того же одинаково. Всегда один хочет хотя бы чуть-чуть меньше, а другой хотя бы чуть-чуть больше.

– Будем измерять? – насмешливо поинтересовался Мстислав.

Лера, словно припоминая, свела воедино брови.

– Однажды Желтому Императору его наставница Темнушка сказала: «Чтобы твоя Инь и Ян сомкнулись, необходима женщина. Но ты напрасно думаешь, что женщина может быть любой. Да, конечно, Инь и Ян смыкаются в тебе, но заставить твою Инь прийти в движение может только определенная женщина, вызывающая в тебе особое влечение. Когда ты будешь близок к тому, чтобы стать Сунь, ты можешь воспользоваться любой из женщин. И твоя Инь легко сомкнется с Ян. Потом ты сможешь для этого пользоваться одни созерцанием, а потом обойтись вообще без всего. Твоя Инь и Ян будут смыкаться на выдохе сами собой. Но тогда ты будешь уже Сянь».

– Полагаешь, я нуждаюсь в наставлениях, как тот Желтый Император? – насмешливо поинтересовался Мстислав.

Лера кивнула головой.

– Думаю, да. Более того, уверена. Неужели не понимаешь, нам сейчас очень легко переспать друг с другом, но есть опасность, что мы все разрушим. Я просто вижу, до чего же все тонко. Словно паутинка.

Мстислав на секунду закрыл глаза.

– Если память мне не изменяет, Сянь можно идентифицировать, как цельность.

Лера кивнула головой.

– В данных обстоятельствах это подходящая интерпретация. Людям кажется, что секс их объединяет. А в девяти случаях из десяти он приводит к обратным результатам, делает людей еще более чужими.

– Это ты говоришь на основе своего опыта психоаналитика?

– Это я говорю на основе своего женского опыта.

– Любой опыт ограничен его содержанием. Или ты так не думаешь?

– Думаю. Поэтому я его не абсолютизирую, но и игнорировать тоже не могу. Я делаю из него выводы, чтобы идти дальше. Иногда для того, чтобы опровергнуть сделанные ранее умозаключения.

– Интересно, куда ты сейчас пойдешь?

– В ванную. Я найду там полотенце?

Кровать была очень широкая и мягкая. Лере сразу же понравилось ложе любви. Она лежала под легким одеялом и ждала появление партнера. Она почти ни о чем не думала. Да и о чем думать, если произошло все точно так, как она и представляла. Осталось самое важное, поставить последний торжественный аккорд в той пьесе, которую они уже столько времени разыгрывают.

Мстислав появился обнаженным, если не считать обернутое полотенце вокруг бедер. Лера впервые видела его торс, и она восхитилась этим натренированным телом. Это была настоящая мужская плоть: сильная и молодая, с гармонично выпирающими холмиками мышц. Именно о таком теле грезят женщины, мечтая о настоящих мужчинах.

Времени не было, как не было и пространства, они полностью растворились в потоке лавы раскаленных чувств. Таких ярких ощущений Лера еще не испытывала, ее тело вибрировало под бесконечными ударами рождающихся внутри нее волн. Она была уверена, что вот-вот наступит девятый вал. И он обрушился на нее. Это конец, подумала Лера, я больше не существую на этом свете. И это так замечательно! Ведь конец – это всегда и начало чего-то другого.