Девочка дьявола - Sirena Lil

* * *

Гриша, не церемонясь, выпускает собак. Хорошо, что котёнка отдала садовнику, он обещал спрятать его на время.

Прячусь за спину мужчины, вцепилась в его руку, как в спасательный круг.

— Гриш, ты чего? — от своего писка, в ушах звенит.

— А что, не будешь ты же через вольер обниматься с ними — вот же козёл, видит, что мне страшно и ещё смеется. Прячу свой страх, ведь собаки его чувствуют.

Нора держится в стороне, но не скалиться, внимательно рассматривает меня, в то время, как Бес медленно подходит ближе.

— Вытяни руку, дай ему почувствовать твой запах — подталкивает меня Гриша в перед. И я протягиваю, Бес рычит, скалиться, но я не убираю руку. Смотрю в его тёмные глаза, и он скалиться ещё больше.

Надеюсь, что он меня не цапнет. Огромный, белый пёс обнюхивает меня, медленно, осторожно. Перестает рычать, но как только я переворачиваю руку, чтобы погладить, отходит назад, снова рычит.

— Не укусил. Уже хорошо — заключает Гриша.

Кажется, я переоценила свои возможности, и они не привыкнут ко мне за три дня. От этого мне становится грустно. Смотрю на Беса сквозь слёзы. В последнее время, я стала через чур чувствительна и сентиментальна.

— Эй, ты чего — вне до умении спрашивает Гриша. Озвучиваю свои мысли, а он молчит.

— Да чего ты, это ведь всего лишь собаки.

— Ты придурок, это для вас жизнь ни чего не стоит, а для меня стоит, даже эти собаки и их жизнь очень важны — вытираю слёзы, которые обжигают слёзы.

В руку уткнулось что-то мокрое. Нора. Огромная, рыжая собака, тёрлась об мою руку, как самое безобидное существо.

Присела на корточки, взяв её морду в руки. Обвожу нос, уши, чешу загривок, она довольно морщит глаза, виляя хвостиком.

— Спасибо — говорю еле слышно собаке. Бес сидит в стороне.

— Хм. Странно, она безжалостнее Беса, но кажется, ты ей понравилась. Значит, на сегодня хватит.

Не возражаю, Гриша хочет завести собак в вольер, но я останавливаю — не надо, они ведь не сидели в вольере до этого? — получаю положительный ответ — пусть бегают.

— Тогда тебе придётся сидеть весь день дома. Нора приняла тебя, но собака остается собакой, они могут кинуться.

— Не важно, пусть бегают.

* * *

Возвращаюсь домой. Агата что-то читает в просторной гостиной. Она сраузу замечает меня.

— Ну что, как прошло?

— Нора сама пошла ко мне, а вот Бес скалится. Но я думаю, что они привыкнут.

— Конечно милая, правда, шансы малы, ко мне они так и не привыкли — уголком губ улыбается Агата — пойдём покажу дом.

* * *

Оказывается, на первом этаже есть подвал. Который обустроили под спорт зал, бассейн и сауну.

На втором этаже помимо гостевых комнат, гостиницы и библиотеки, ещё есть кабинет Эмиля, который находился под замаскированной дверью.

Его комнату Агата мне не показала, так как это запрещено. Не сильно то и хотелось.

Прямо по коридору, по левой стороне располагался просторный балкон, с панорамными окнами, на нём открывался прекрасный вид на природу, а внизу находился ещё один открытый бассейн. Ни как не могла понять, что это за дом такой, он расположен так, что нужно ходить лабиринтами, чтобы что-то найти.

Так же была лестница на чердак, но Агата сказала, что там нет ни чего интересного.

Обходя дом, я заметила, что в некоторых местах нет камер, что играло мне на руку.

Если пройти от второй гостиной к лестнице, можно пробраться на чердак. Надеюсь, в этом доме есть пожарная лестница. Так я могла бы выйти на улицу не замеченной. В голову пришёл план, поговорить с садовником. Он наверняка знает места, где нет камер.

Глава 28

Ближе к вечеру, после долгих бесед с Агатой, я решаюсь попросить её вывезти меня в город. Ненадолго, просто увидеть маму.

— Агата, можно вас попросить — замолкаю, так как домработница убирает посуду со стола.

— Могла бы я вас попросить, ненадолго свозить меня в город — смотрю на неё умоляющим взглядом.

— Алиса, это невозможно. Эмиль нам голову открутить, и не пожалеет, ни меня. Ни тебя — строго отвечает она.

— Агата, прошу, ненадолго, только маму увидеть, я не буду сбегать, обещаю — хватаю её за руку, смотрю в глаза. Пытаюсь, что-то в них разглядеть. Агата думает, долго молчит и говорит…

— Ладно, но это первый и последний раз, не вздумай проболтаться Эмилю.

Выдыхаю, набрасываюсь на неё с объятиями. Агата прижимает меня к себе так, как раньше обнимал меня отец. Когда я была в последний раз у него на могилке? Уже и не вспомню.

— Милая, почему ты просто не позвонишь ей? У тебя ведь есть телефон.

— Я пробовала и не раз, но кажется, с этого телефона работает только один номер — я действительно пыталась позвонить маме и не раз. Но каждый раз, не могла дозвонится.

— Ладно, сегодня вечером, спускайся в гараж, через подвал, там нет камер, тебя не увидят. Перед этим спустишься на ужин, и пройдёшь в спорт зал, от туда в подвал — слушаю наставление Агаты и не могу поверить. Я скоро увижу маму, как она там?

— Да, хорошо, я поняла.

* * *

Посидев с Агатой ещё некоторое время, спускаюсь на ужин. Делаю всё так, как сказала женщина.

Сижу на заднем сидении машины. Что-то внутри поднимается не приятное. Реже под самыми рёбрами, плохое предчувствие начинает душить.

Наверное, я боюсь, что кто-то узнает, а точнее, что узнает Эмиль и тогда из-за меня пострадает Агата.

Откидываю все мысли на задний план. Что будет, то будет. Эмиль сам не оставил мне выбора.

И только из-за Агаты, сегодня я не сбегу.

Агата садится в машину, просить лечь на пол, чтобы меня не увидели. Только когда выезжаем за ворота, я могу расслабиться и вылезти из «укрытия».

— Фух, Алиса, нам придётся очень не легко, когда Эмиль узнает. А он узнает, не сомневайся — смотри на меня через зеркало заднего вида. И в её глазах плещется сомнения. А мне остаётся лишь надеется, что она не повернёт назад. Её руки крепче сжимают руль, и она решительно смотри на дорогу.

Называю адрес. Через час, мы подъезжаем к знакомой хрущевке. От осознания того, что я дома, всё внутри сжимается, слёзы сами текут по щекам. Не могу сдержать порыв эмоций, выбегаю из машины, бегу к знакомому подъезду.

Останавливаюсь около двери, вытираю слёзы.