Вернись за мной - Коринн Майклс

Подходя к дереву, никто из нас не сказал ни слова, но Элли отвела руку, когда мы услышали крик Хэдли.

— Ого! Это лучший домик в мире!

Я посмотрел на полностью декорированный дом на дереве, который строил часами, а затем на них обоих. Глаза Элли заблестели от влаги, когда она посмотрела на Хэдли, которая уже поднималась по лестнице.

— Ты сделал это?

— У каждого ребенка должно быть безопасное место.

Элли повернулась ко мне: ее губы раздвинуты, солнце мягко освещает лицо, приближаясь к горизонту, голос мягкий.

— Ты целый день делал его для нее? Коннор…

Я засунул руки в карманы, чтобы не коснуться ее лица. Она такая красивая.

— Это дерево было тем убежищем, куда я мог сбежать от отца. Там я нашел Хэдли, и это не обязательно должно иметь тот же смысл для нее, что и для меня. Я сделал это для нас обоих и для тебя тоже.

— Для меня?

Да, для нее. Строя, я постоянно думал о своей маме. Казалось, будто она была рядом со мной, рассказывая мне, как она гордится, улыбаясь.

— Я не смогу выстрелить, если не натяну тетиву, Элли. Но я достаточно силен, чтобы воздержаться от выстрела, пока ты не будешь готова.

Ее глаза расширились, а дыхание прервалось.

Оно того стоило.

Пот, разочарование и отклонение от планов — все это только для того, чтобы увидеть этот взгляд. Возможно, мы упустили свой шанс много лет назад, но я уже не ребенок и у меня есть своя цель. Я жду, пока прицел выровняется.

Глава 17

Элли

— Спасибо, что пришла, — сказала я подруге Нэйта Сидни, пока мы садились в комнате для учителей.

— Это не проблема, честно.

Сидни была волонтером скорой помощи на месте происшествия, но она также является юристом, которого я наняла, чтобы помочь мне составить документы о разводе.

— Я знаю, что это странно…

— Почему?

— Просто ты была там, а потом вы с Коннором поспорили.

Она засмеялась.

— Мы с Коннором так спорим с тех пор… ну всегда. Ему повезло, что я не осудила его за то, что он пытался меня оттолкнуть. Этот говнюк думает, что может вернуться сюда и внезапно стать главным. Да, черт возьми. Он сделал свой выбор, и хотя думает, что это ему с рук сойдет, пусть поцелует меня в задницу, если собирается раздавать мне приказы.

Волна ревности прокатилась по внутренностям, и я попыталась игнорировать это. Понятно, что у них были какие-то отношения.

Интересно, любит ли он ее, и любит ли она все еще его.

Сидни — это та женщина, которую я бы назвала светской красавицей. Она тот тип женщины королевской породы, которую вы ожидаете встретить в Нью-Йорке или Лондоне, а не в Шугарлоуф. Ее золотые волосы собраны в низкий бублик, из которого выпадают пряди волос. На ней черный брючный костюм с самыми красивыми красными каблуками, которые я когда-либо видела. Все в ней говорит об уверенности там, где я чувствую себя маленькой и незначительной.

— Я не знала…

— Не знала что?

Мне неловко, но между ними, очевидно, есть история.

— Что вы двое были вместе.

Сидни откинула голову назад. Ее губы раскрыты, но на них растягивается веселая улыбка.

— О, нет, ничего подобного. Коннор для меня как младший брат. Я встречалась с его старшим братом-идиотом, Декланом, с тринадцати лет, пока тот мудак не покинул город. Но они все одинаковые. Властные, защитные и привлекательные. Ох, и глупости в крови достаточно.

Мое тело вздохнуло с облегчением. Я не знаю почему, потому что мы с Коннором просто друзья, у которых, возможно, есть общий ребенок.

— Мне жаль, что я такое предположила.

— Все хорошо. — Она улыбнулась, придавая мне чувство уверенности. — Тебе комфортно говорить об этом со мной? Я хочу убедиться, что все нормально. Если ты волнуешься, что я сдам тебя, потому что знаю Коннора, могу тебе пообещать, что это не незаконно, и смогу потерять свою лицензию. Но я никому не скажу, о чем мы говорили, даже если бы мне угрожали. Не говоря уже о том, что это бесконечно мучает его, а я получаю от этого слишком много радости.

Мне неудобно ни с кем разговаривать, но Сидни кажется доброй, и она была там той ночью. Она не смотрит на меня с осуждением, и это самое большее, о чем я могу просить.

— Нет, дело не в этом, и я не думаю, что ты бы кому-то что-то рассказала. Уверена, ты можешь себе представить, как это унизительно, и я….

— Ты не должна чувствовать себя так со мной.

Хотелось бы, чтобы это было так просто. Хотелось бы, чтобы все это было плохим сном, после которого я собираюсь проснуться.

— Я в порядке. Просто хочу покончить с этим.

— Я могу тебя понять. Знаю, что ты через многое прошла, и этот процесс не будет легким. Сейчас у нас есть временный приказ о защите как для тебя, так и для Хэдли, который позволяет нам продолжить развод после окончания девяностодневного периода ожидания. Я не думаю, что у нас будет проблема с доказыванием вины, поскольку у нас есть фотографии и показания офицера полиции о жестоком обращении твоего мужа. Если тебя это устраивает.

Мои руки начали дрожать, и меня тошнит. Вот почему так много женщин молчат. Страх высказаться и не быть услышанной. Если я пойду к судье и расскажу ему все, что если он сочтет это недостаточным и выпустит его? Конечно, судья отказал в залоге, что заставляет меня верить, что суд вынесет решение в мою пользу, но даже Нейт сказал, что нам повезло попасть на судью, который нехорошо относится к таким мужчинам. Что, если мне попадется тот, кто относится к ситуации совсем не так? Без ареста Кевин мог бы оспорить развод и использовать это как еще один способ контролировать меня.

— Ты имеешь в виду, что они все еще могут мне не поверить? Они могут подумать, что я вру о насилии, и не осудят его? Даже когда есть свидетели и все такое?

Сидни отложила ручку и положила руку на мою.

— Элли, не имеет значения, если дело пойдет не так, как планировалось. Мы знаем, что произошло, и я тебе верю. Ты не одна. Ты не сделала ничего плохого, и несмотря ни на что, я помогу тебе выбраться из этого как можно быстрее.

— Я