Ночи Лигурии - Вероника Франко

Как только я расправляюсь с мороженым, мы садимся в моторную лодку. Нас провозят через скалы Фаральони, затем вдоль острова. Обогнув его, оказываемся с другой стороны Капри.

– Ну вот, Аморе, мы у входа в Голубой грот, – торжественно объявляет Энцо, когда капитан глушит мотор.

Не вижу никакого входа. Только массивную каменную стену острова. Рядом с нами на волнах покачиваются несколько вёсельных лодок.

– Сейчас мы пересядем и отправимся в морское святилище, – Спада ловко перепрыгивает из катера в деревянную лодку. Подаёт мне руку, помогая перебраться к нему. Мужчина, который сидел на вёслах, передаёт их Лоренцо, а сам залезает в наш катер.

– А где же грот? – оглядываюсь по сторонам.

– Да вот же он! – итальянец кивает на какую-то расщелину в скале у подножья острова, налегая на вёсла. Вход в грот настолько низкий, что приходится пригнуться, чтобы не удариться головой о камни.

Мы оказываемся в пещере, из недр которой исходит голубое свечение. Я ощущаю волнение и небольшой страх. Ни разу в жизни не была в гротах. А что если свод рухнет? Нервно сглатываю слюну. Блин, какого чёрта Спада такой экстремал? То на верхатуру меня затащит, то под землю. Капец какой-то! С этим мужиком мои фобии растут в геометрической прогрессии.

Лоренцо останавливается посередине грота. Недалеко от нас – ещё одна лодка с туристами. Пещеру озаряет волшебный лазурно-голубой и сапфировый свет. Он пронизывает воду, отражается от стен. Мы словно в фантастическом фильме оказались. Завораживающе красивое место.

– Древние римляне считали Голубой грот храмом морских нимф и даже установили здесь статуи Посейдону и Тритону. А в нашу эру моряки боялись соваться сюда. По народному поверью, в этой пещере обитали духи и демоны, – рассказывает Энцо.

– Здесь потрясающе, – шепчу в ответ, забыв про свои страхи. Я очень благодарна итальянцу за то, что он открыл для меня новый мир. Видеть картинки в Интернете и глянцевые открытки с пейзажами – это одно, но побывать вживую в таких невероятных местах – совершенно другое.

Спада отплывает к дальней стене грота, чтобы не мешать туристам наслаждаться сказочной пещерой.

– Софи, у меня для тебя есть небольшой подарок, – произносит Лоренцо. С этими словами он достаёт из кармана брюк цепочку с массивным кулоном. Тёмно-синий камень в форме капли в огранке из белого золота.

– О, боже! – выдыхаю, глядя на самое красивое ювелирное изделие, которое когда-либо видела. Аккуратно прикасаюсь к нему, как к чему-то нереальному.

– Нагнись ко мне, – итальянец застёгивает цепочку у меня на шее. Трогаю подвеску дрожащими пальцами. Я не вижу себя со стороны, но уверена, что украшение смотрится шикарно.

– А что это за камень? – интересуюсь у Энцо.

– Сапфир, Аморе. Под цвет твоих глаз, – Лоренцо целует меня в губы. В голове проносятся две мысли: первая – о заоблачной стоимости подарка итальянца. Мне страшно её представить. А вторая, довольно забавная: Дарио дарил Лии подвеску с изумрудом. Интересно, у Спада – это семейное? И означает ли такой презент, что Лоренцо теперь считает меня своей женщиной не на словах, а на самом деле? Словно в подтверждение моего немого вопроса, Энцо берёт меня за руку своей горячей ладонью и спрашивает:

– Софи, ты останешься со мной?

– С тобой… – смотрю на итальянца во все глаза. – Ты хочешь сказать…

– Я влюблён в тебя, София, и хочу, чтобы мы жили вместе. Хочу, чтобы ты официально стала моей женщиной. Ты согласна?

Глава 24

София

Ох, мамочки! Вот это поворот! Лоренцо Спада влюблён в меня! И спрашивает моего согласия! Не принуждает, не закрывает насильно в своём доме, а предлагает жить вместе. Надо бы всё хорошенько обдумать. Взвесить все «за» и «против». Но времени нет. Понимаю, что Энцо ждёт ответ прямо сейчас. Чувствую себя, как если бы прыгала в бездонную пропасть. Но представить, что я улечу домой, вернусь к своей прежней жизни, уже не могу. Я люблю Лоренцо. Несмотря на разницу в нашем восприятии отношений между мужчиной и женщиной, языковой и культурный барьеры, невзирая на опасности, которые всегда будут идти рука об руку с этим мужчиной, а соответственно и со мной, не могу отказаться от этого итальянца. С ним я счастлива.

– Да, Лоренцо. Я согласна, потому что люблю тебя, – отвечаю уверенно.

– Я очень счастлив, Аморе, – Энцо снова целует меня и крепко прижимает к своей груди. – Обещаю, ты не пожалеешь. Через две недели у моего брата Паоло будет День рождения. На празднике я официально представлю тебя своей семье.

– А разве мы сможем пойти на День рождения к Паоло? А как же…

– Конечно, моя прекрасная сирена, – улыбается Спада. – Нам больше не нужно жить на яхте. Дзанетти сбежал из страны. Если он сунется в Италию, я или Дарио об этом сразу узнаем, и наши люди тут же возьмут ублюдка за жабры. Так что тебе не о чем больше переживать, – итальянец целует мою руку, нежно касаясь губами каждого пальчика.

Мы возвращаемся из грота. Я пребываю в полной эйфории. Мир вокруг играет такими яркими красками, что зажмуриваю глаза и трясу головой. Но ничего не исчезает. Лоренцо рядом, кулон с сапфиром висит у меня на шее, катер уносит нас прочь от Голубого грота. Высадившись на берег, мы идём обедать.

– За начало новой жизни, Аморе! – итальянец поднимает бокал с вином соломенного цвета.

У меня нет слов. Они закончились ещё в гроте. Счастливо улыбаюсь от уха до уха и киваю.

Официант приносит гигантские креветки, обжаренные на гриле, сбрызнутые оливковым маслом и лимонным соком. С аппетитом уплетаю дары моря, которые выловили только этим утром.

– Слушай, Энцо, а я успею съездить в Москву до праздника? Мне надо решить вопрос с квартирой и работой, – делаю глоток прохладного вина.

– Тебе не надо никуда ехать. Я уже всё решил, Софи. У нашей семьи в России есть связи. Через знакомых людей я оплатил твою квартиру на год вперёд, чтобы ты не волновалась. А с работы тебя уволили, потому что кто-то загостился в Италии и не появился вовремя в офисе, – лукаво улыбается Спада.

– Вот, значит, как! – наигранно возмущаюсь. – Ты был уверен, что я останусь с тобой?

– Нет, не был, – спокойно отвечает Лоренцо. – Оплата твоего жилья – это меньшее, что я мог сделать, чтобы