Танцующая при луне - Энн Стюарт

Этим чудесным лунным вечером Вайолет Твикхем пребывала в дурном настроении. Во-первых, она подралась со своей сестрицей Роуз, а после таких потасовок у нее всегда было плохое настроение. Ясное дело, это Роуз все замутила. Вздумала строить глазки молодому Билли Томпкинсу, хотя прекрасно знала, что Вайолет уже решила: Билли для нее — идеальная пара. Билли Томпкинс был силен как бык и столь же глуп, но Вайолет не слишком интересовалась его умом. Из Билли должен был выйти хороший муж, хороший отец и хороший добытчик. А Роуз была моложе ее на целых девять месяцев. Ни за что на свете не уступит она ей своего суженого — пусть Билли и был пока в неведении относительно своей участи.

Все это она и высказала Роуз, особо не выбирая выражений. В ответ Роуз выдала такое, что если бы мать ее услышала, как пить дать надрала бы уши. Разрешилось все шумной потасовкой. Вайолет получила несколько синяков и царапину на руке. Зато Роуз в результате красовалась с фингалом под глазом, да и нос у нее раздулся, что твоя слива. Билли теперь дважды подумает, прежде чем кидать в ее сторону заинтересованные взоры.

Но на этом беды Вайолет не закончились. Раньше, когда вся семейка покидала поместье, Роуз и Вайолет могли делать что им заблагорассудится. Мисс Джейн пропадала весь день на конюшнях и не жаловалась, если ей забывали подать еду.

На этот раз она повела себя совсем иначе — должно быть, из-за той рыжеволосой дурнушки, что лежала сейчас в спальне наверху. Ну, не то чтобы она была совсем уж дурнушка… Просто Вайолет, будь она мужчиной, и на милю бы не подошла к особе с таким жутким цветом волос. Вдобавок гостья была слишком тощей. Сама Вайолет весила добрых восемьдесят килограммов, и опыт подсказывал ей, что мужчины предпочитают подружек в теле, а не таких эфемерных существ, как мисс Пенсхерст.

И вот мисс Джейн заставила их заняться уборкой, перестирать кучу вещей и даже приготовить обед. А ведь они были всего лишь судомойками — не больше и не меньше. Ясное дело, сэр Ричард так трясся над каждым пенни, что им и раньше поручали всякие работы по дому. Не то что в приличных семействах, где все слуги четко знали свои обязанности — будь то горничные, прачки или судомойки. Повариха порассказала им о том, в каких домах ей доводилось жить, так что Роуз и Вайолет считали Даремов плохими хозяевами, не способными правильно организовать работу слуг.

Вайолет Твикхем до сих пор злилась на свою сестру и мисс Джейн с ее глупыми приказами. Вдобавок она устала и проголодалась. Последнее, чего ей хотелось, — провести эту ночь наедине с разъяренной сестрой. Роуз ничего не стоило придушить ее во время сна. Или еще, не дай бог, мисс Джейн опять потребует принести горячей воды или возникнет с какой-нибудь другой бессмыслицей.

Нет уж — хочет принять горячую ванну, пусть обращается к Роуз. Пусть та таскает для нее воду. А у Вайолет Твикхем были дела поважнее.

Надо окончательно уладить вопрос с Билли. Пора уже ему понять, что к чему, и перестать заглядываться на ее сестру. Билли работал на Калверов из трактира и спал там же, над конюшней. До сих пор Вайолет не позволяла ему ничего, кроме парочки поцелуев да неуклюжего лапанья. Достаточно, чтобы Билли захотелось большего.

Этой ночью она не станет отнекиваться, и на следующее утро они будут должным образом помолвлены, так что ее сестрица уже ничего не сможет поделать.

Вокруг царили темнота и безмолвие. Вайолет решительно шагала по узкой дорожке, ведущей к лесу. Конечно, если бы она пошла напрямик, через холмы, то могла бы попасть в деревню быстрее. Но у Вайолет не было желания карабкаться по склонам, после того как она целый день провела в хлопотах по хозяйству. Путь, пролегавший рядом с развалинами аббатства, займет ненамного больше времени, зато позволит ей сберечь силы.

А силы Вайолет были нужны для другого. Для того же Билли Томпкинса.

Она и забыла, каким причудливым может выглядеть Хернвудский лес в ночной тиши. Развалины аббатства, темные и внушительные, были отчетливо видны в лунном свете. Вайолет поспешно отвела взгляд, до того ей вдруг стало нехорошо. Говорили, что в развалинах обитают привидения. Призраки монахов бродили по этим местам, оплакивая, должно быть, утраченный приют. Или свои загубленные души. Как утверждал священник, католикам был уготован свой собственный, персональный ад. А кому ж еще верить, как не священнику?

Внезапно она услышала какой-то треск и замерла, вглядываясь во тьму. Может, олень? Или кролик?

Однако местным жителям было известно, что за последние месяцы в Хернвудском лесу почти перевелась живность. Браконьерам приходилось забираться в самую глушь, чтобы в воскресенье накормить свои семьи мясом. Кто-то убивал и бросал несчастных зверей, так что запах гниющего мяса распугивал других животных.

Мысль о гниющем мясе вызывала отвращение. Вайолет нервно передернулась и зашагала быстрее. Может, и не стоило ей уходить сегодня из поместья. Совсем не обязательно было ложиться спать в одной комнате с рассерженной Роуз. В таком большом доме для нее наверняка нашлось бы спокойное местечко.

Вайолет в нерешительности остановилась и оглянулась. За деревьями она не могла разглядеть особняка, тем более что к ночи поднялся густой туман. Она и не знала, что зашла уже так далеко! Возвращение представлялось теперь таким же проблематичным, как и путь вперед. К тому же дома ее ждала встреча не с Билли Томпкинсом, а с жаждавшей мести Роуз.