Ценнее власти - Ольга Арунд

И только встретившись взглядом с Мареком, выдыхаю, выпрямляюсь, но всё равно дико злюсь.

— Стася не убивала ни Влада, ни Эрика. — С бараньей упёртостью заявляет тот, кто больше других знает о крепости семейных уз у оборотней. — Она любила обоих. И она единственное, и последнее, что ещё связывало нашу семью. Я скорее поверю, что сам их загрыз, чем в то, что это она.

Да чёртов ты замок!

Отчаянно закусив губу, я молчу, ожидая продолжения.

— Стася вытягивала Влада из пристрастия к луннику, когда всем было плевать. Она продала подаренный отцом дом, чтобы только закрыть карточные долги Эрика. — А весёлая у них семейка. — Стася… — Мар встряхивается. — Она всё ещё девчонка, несмотря на возраст. Хрупкая, ранимая, даже если строит из себя стерву. Оль, пойми, она…

Пора прощаться. Вот сейчас точно пора.

Потому что о таком старшем брате мечтают все без исключения девочки. Чтобы пришёл, набил морду обидчикам, дал прореветься на плече и всё вот это.

Только я видела то, во что Мара придётся ткнуть носом. Причём ткнуть мне, потому что никто другой в этом замке не пойдёт против принцессы, даже если она перережет половину гостей.

А она перережет, раз начала. Потому что Стася давно не строит из себя стерву, она ей стала. И стала в худшем её проявлении — злой, холодной и властолюбивой. Ненавидящей братьев только за то, что им повезло родиться мальчиками. За то, что, в отличие от них, ей придётся выгрызать эту власть зубами.

Чем она и занимается последние пару суток.

— Ты обещаешь?

Нет. И даже притворяться не стану.

— А если я найду доказательства? — с прищуром склонив голову набок.

— Не найдёшь, — коротко мотнув головой.

Мужчины. Наивность у них в крови.

— Мар, — ожесточаясь. — Если. Найду.

— Тогда и будем решать. — Он не отпускает мой взгляд, и мне почти больно от нежелания врать. И невозможности сказать правду.

Потому что, как только я уверюсь в виновности принцессы, от смерти её будет отделять одно движение моей ладони.

Глава 30

Выбраться оказывается проще простого. Забыв о том, что передо мной решётка, спиной чувствуя тяжёлый взгляд, я просто делаю шаг. И оглядываюсь на Мара уже с другой стороны свободы.

— Я ещё приду, — бросаю, потому что не знаю, что сказать. И быстрым шагом покидаю место, оставившее двоякие чувства.

Не трогать Стасю?

Может, раньше и удалось бы. До самоуверенной вампирской сущности внутри. До метки, которая приравнивала меня к оборотням. До поддержки Бенеша, на мотивы которого мне глубоко и искренне плевать.

Сейчас же больше всего хочется промчаться по коридорам, с ноги открыть принцесскину дверь и внаглую разобрать её сознание по кирпичикам. Сломать психику, но добраться до ответов. Наказать тварь, которая решила, что может жертвовать собственной семьёй.

И в данном контексте, мне даже на нелюбовь Гавела плевать. Понятно, детские травмы и всё такое, но даже это не оправдание.

Кстати, о нём.

Дверь с ноги я всё-таки открываю, но совсем не ту.

— Где ваши телохранители? — Напарываюсь на ненавидящий взгляд. — Куда они делись, когда были нужны?

— Это ты мне скажи, — цедит Гавел. — Оба найдены с дырками в шеях недалеко от восточного выхода.

Блеск. Продолжаем копать мне яму с осиновыми кольями?

— Их бы самих охранять, — окончательно разочаровываюсь я и разворачиваюсь.

— Стоять, — доносится яростное вслед, но за утешениями безалаберного отца это точно не ко мне.

Поэтому я захлопываю за собой дверь и возвращаюсь к себе.

Значит, Чех и Стася.

Прекрасный союз, выгодный со всех сторон, даже если их самих друг от друга воротит. Что вряд ли, учитывая общий градус сексуальности этой конкретной парочки.

И, значит, мои прошлые догадки верны — Чех подписался на эту авантюру не просто так. Наверняка подозревал, что большинство волчар действующий Глава всё-таки устраивает, поэтому и взял в компаньонки принцесску. А та, недолго думая, пожертвовала родными братьями ради власти. Долгожданной и желанной судя по её вспышке в том нашем девчачьем разговоре.

Мда, любовь любовью, а амбиции никто не отменял.

И эти двое разыграли партию, подставляя нас с Мареком и немного князя. Подозреваю, что, не получись с нами, всю вину они быстренько переложили бы на Бенеша и это тоже бесило. А после сошлись бы на фоне любви к родине… тьфу ты, к кланам, наделали кучу будущих наследников и правили долго и счастливо, пока кто-то из парочки не прибил бы другого.

Потому что власть — это прекрасно, но только если она сосредоточена в одних руках. А как будут делиться, если их план осуществится, эта парочка вряд ли подумала. Хотя, может, об этом они и подумали, но исключительно по отдельности. И с желанием придушить компаньона во сне.

И снова свалить это на нас с Мареком.

Классная схема, мне нравится. Осталось придумать, как доказать их вину, а там останется самая приятная и кровавая часть. Потому что казни отменили в человеческом мире, в нашем до этого как-то не додумались. И слава богу, будет хоть какое-то удовлетворение. Благо за последние дни сострадания у меня поубавилось, а вот мстительности наоборот.

Спустившись на первый этаж, я резко меняю направление и вместо собственной спальни, иду к подвалам.

Метка начинает свербеть, утягивая в понятную сторону, но я лишь хмыкаю. Как бы ни хотелось, с Маром нам видеться рано. Как бы грубо это ни звучало, но сейчас ему не помешает посидеть, охладиться и подумать. Всерьёз задуматься, а не потакать семейным чувствам и привычке защищать принцесску от всего мира.

Через полминуты я оказываюсь в подвале, где изучала Влада, но его здесь, естественно, нет.

Петю бы сюда, потому что спросить, где в «Волчьей Тени» хранят трупы, я как-то не додумалась.

Осмотревшись с задумчиво поднятой бровью, я натыкаюсь на кулон Влада, найденный в траве. Кстати, вопрос, как он там оказался. Из окна выбросили, чтобы не бегать туда-сюда? Достав его из шкафа, я снова вскрываю прозрачный пакет.

Что ж, посмотрим.

Я проваливаюсь за грань, но…

Чтобы вас блохи пожрали!

Потому что кулон чист. Причём девственно, словно его привезли из ювелирки в свинцовом саркофаге. Ни отпечатков, ни остаточных аур. Ни-че-го.

Это точно то украшение? Которое залили кровью, чтобы скрыть одну-единственную едва заметную каплю, принадлежащую Мару.

То.

Я точно знаю.

И возвращаюсь, чтобы выдохнуть сквозь зубы и вернуть улику в шкаф. А то вдруг потеряют. Хотя толку-то. Если уж небезызвестная, но пока безымянная крыса