Печать тьмы - Настя Ильина

Надо бы придумать ему другое место, что ли? А то взорвётся ещё под головой, и тогда помогать Энергии будет некому.

Интересно, в чём будет заключаться моя помощь ей? Она снова не успела рассказать всё… Может быть, показала мне свою историю, чтобы склонить на сторону Люциторума? Он хочет получить в помощь армию исхитов, а я понятия не имею — подчиняются те мне или это был всего лишь случай. Как их призвать вообще? Я же пробовала, и ничего не получилось.

— Не пугайся! — слышу предупреждающий шёпот и резко поворачиваю голову в сторону зеркала, из которого выходит Энергия.

Глянцевая поверхность расплывается, по ней идут круги, похожие на водную рябь. Портал в зеркале? Такое чувство, словно оно не из стекла сделано, а из воды, из жидкой ртути.

— Ты путешествуешь через зеркала?

— Не только. Могу воспользоваться чем угодно. Это древняя магия и так как свою истинную земную оболочку я утратила вместе с насланным на брата проклятием, то теперь остаюсь…

Энергия задумчиво поджимает губы.

— Призраком?

— Не совсем, но можно сказать и так.

— А где же твоё тело? Оно где-то спрятано, как это было с Джеймсом? И я должна помочь тебе воссоединиться с ним, да? Именно по этой причине ты выбрала меня?

— Нет, — Энергия улыбается. — Ты поверила в меня, поэтому между нами образовалась связь. Земная оболочка вернётся ко мне только после разрушения проклятия. Если всё получится, как нужно. Пока никто не должен знать, что ты общаешься со мной.

— Люциторум любит тебя. Ты видела, как он примчался, почувствовав твой след? А если снова ощутит его?

— Не ощутит. Теперь я буду осторожнее. Люциторум и Джеймс не должны узнать обо мне правду до разрушения проклятия. Брату, конечно, можно поведать всё намёками, но он слишком импульсивен. Младший бросится к Свету, завяжется неравная битва, ведь Старший успел скопить немало силы… Джеймсу не победить в этой схватке.

— Мои друзья считают меня предательницей. Как убедить их занять верную сторону, если я не могу поговорить с ними и рассказать правду о тебе?

— Даже если расскажешь, они не поверят. Тебе нужно придумать другой способ убедить их занять твою сторону. Пока сама не знаю, как это сделать. Я многого не предусмотрела, накладывая на брата проклятие… И сейчас приходится искать обходные пути, чтобы вернуть всё на круги своя.

— Энергия, в легендах говорится, что именно твоя смерть наделила людей магическими дарами, но ты сказала, что вы с братьями следили за сохранением баланса, а дар и раньше выбирал людей. Так что в итоге сделало проклятие? Я видела, как ты рассыпалась на глазах у брата, выпуская свою магию.

— Дар — советник нашего отца. Он позволял людям получать некоторые магические особенности, но не такие сильные, что появились теперь. Люди могли заниматься целительством, предчувствовать беду, немного заглядывать в будущее. Им были доступны определённые обряды, но обратиться драконом человек без первородной магии не смог бы. Изначально людям поддавалась лишь поверхностная магия, а когда я выпустила все свои силы, первородный дар породил множество новых, необузданных магических сторон.

— Ваш отец… Неужели он не может остановить Света?

— Отец не может вмешиваться в дела детей своих, ведь доверил Землю и равновесие в наши руки. Мы не справились, и если люди погибнут, это будет наша вина.

— Как появился нижний мир? Почему?

— Мой брат ненавидел тьму. Он не уставал говорить, что если избавится от тьмы, то войн, насилия и прочих ужасных вещей на Земле не останется. Мы не могли этого сделать, ведь тогда равновесие нарушилось бы. Живя в любви и полнейшей гармонии, люди разучились бы испытывать все остальные эмоции, превратились в существ, неспособных чувствовать. Не бывает счастья без горя, ведь человек привыкает ко всему, он перестаёт радоваться мелочам, которые раньше приводили в восторг, если не потеряет их однажды. Понимаю, что всё это непросто, но такова реальность. Свет и тьма должны существовать вместе. Мой брат терпеть не мог семя зла, что существовало в его сердце, он корил отца за то, что тот поступил подобным образом, хотел избавиться от зародыша тьмы, потому что порой проигрывал ему. И проиграл окончательно, так жестоко поступив со мной и Люци. Теперь тебе известна вся правда. Я не могу дольше оставаться с тобой, Адалин. Прошу тебя, будь осторожна. Сохрани всё, что узнала в секрете. Мне больно, что любимые страдают, но пока не могу помочь им и раскрыться. Эта война была неизбежна. Тебе предстоит самое сложное — убедить моего младшего занять сторону Люци.

— Разве он не на его стороне? Мне казалось, что Джеймс…

— Нет, Адалин. Джеймс не занимает ничью сторону. Мы были близки с братом. Он любил меня. И сейчас он жаждет мести. Свету удалось убедить младшего, что во всём виноват Люци, но пока сделка мешает Джеймсу откровенно выступить против моего возлюбленного.

— Что за сделка? Как я могу повлиять на твоего брата, если он закрывается от меня?

— Любовь — это сила, способная строить города, возвышать людей, менять их жизни.

Как сильно слова Энергии отличаются от того, что говорит её брат. Задумываюсь об этом и не замечаю, как девушка покидает меня. Она словно растворилась в воздухе, исчезла, и меня мучают сомнения — уж не печать ли тьмы так влияет на меня? Может быть, все эти разговоры с Энергией — галлюцинации? Нет… С ума сходят поодиночке, а реакция Люциторума говорит о том, что до сумасшествия мне далеко.

Кто-то стучит в комнату, поднимаю голову и тяжело вздыхаю. Ну и кого там принесла нелёгкая? Я вообще могу побыть одна или нельзя позволить себе поразмыслить над происходящим в спокойной обстановке?

Глава 18. Адалин

— Открыто! — повторяю уже второй раз, так как стучащий какой-то несмелый. — Входите!

Дверь открывается. На пороге стоит худенькая девчушка. Русые волосы, постриженные до плеч, небрежно разбросаны. Они слишком тусклые, как и бледные покровы кожи. Я с ней незнакома, но по общим чертам сразу можно понять, что она из студентов академии. Демоны выглядят иначе и смотрят на тебя