Буду твоей женой - Александра Салиева

На нём до сих пор слишком много одежды. Я же так и не справилась с ней. А вот на мне становится всё меньше: браллет летит в сторону, как и другая идущая в комплекте часть белья, остаются одни лишь гольфы. Их он не собирается с меня снимать. Хотя воспоминание об этом тоже не задерживается в моей голове. Как и тот факт, что на краю кровати остаётся разорванная обёртка от презерватива. Всё это мне совершенно безразлично. Тело бьёт озноб на контрасте прохлады, когда мужчина выпрямляется за мной, а пространства между нами становится чуть больше, и тем, как обжигающе касаются его ладони. Одна накрывает поясницу, но лишь затем, чтобы сместиться выше, слегка вдавливаясь пальцами по моим позвонкам, пробуждая мириады новых мурашек по коже, вынуждая выгибаться глубже и ему навстречу, пока другая его рука фиксирует в нужном ему положении за бедро. Ловлю первую, когда он добирается до затылка. И безвозвратно тону в последующем толчке.

Всего один…

Сильный. Глубокий. Тесный.

Аж перед глазами меркнет…

Вместе с крепко переплетёнными пальцами на двоих.

Шумный выдох…

Пауза.

Объятия.

Так и не отпуская моей руки. Приподнимая, позволяя прижиматься к нему намного ближе, всё также со спины, пока ладонь на моём бедре соскальзывает дальше, к животу, а затем гораздо выше, обхватывая как в капкане с двух сторон и вместе с тем впечатывая меня в него.

Ещё один толчок…

Жалкие остатки реальности стёрты.

Нет больше ничего…

Кроме единения.

На грани помешательства…

И волн нарастающего наслаждения в том самом древнем элементарном ритме, где нет ничего постыдного и пошлого, руководит лишь чистейший инстинкт.

Дыхание...

Тяжёлое. Жадное. Рваное.

Тоже на двоих.

А мы — одно целое…

Снова и снова.

До тех пор, пока мир перед глазами снова не померкнет. Накроет в самом деле вместе. Так, что не обязательно дышать. Я и не дышу. Не могу. По крайней мере, не так сразу. Собираю свою новую реальность по кусочкам — сложно, долго, заново. Зная, что прежней ей уже никогда и ни за что не стать. Я и не хочу, чтоб было как-то иначе. Вот так, как есть сейчас, очень даже хорошо.

Необычайно восхитительно прекрасно…

Глава 11.2

Не хочется абсолютно ничего из этого отпускать.

Тем более, что и сам мужчина не отпускает. Меня.

— Скажи своим, что ты к ним не вернёшься, — шумно выдохнул мне в шею, продолжая крепко обнимать, провёл кончиком носа вдоль моего горла и оставил влажный поцелуй. — По крайней мере, не сегодня. И не завтра. И…

Явно собрался продолжать!

В том числе увеличивая мой срок пребывания здесь.

Вот и:

— И как ты себе это представляешь? — перебила, отклоняясь в сторону, чтобы взглянуть на него.

Судя по тому, что никаких особых эмоций в нём не различила по данному поводу, представлял он это себе очень даже легко и просто. Не менее легко перехватил меня иначе, подняв на руки, поднимаясь с постели вместе со мной. Направился за ту самую прежде закрытую дверь, на которую я когда-то обратила внимание.

— Как я это им объясню? — пришлось добавить.

И очень постараться не вестись на встречную улыбку!

— Если не знаешь как, я могу и сам им об этом сказать, — отозвался Роман Владимирович.

Вот уж реально невозможный!

— Они же не просто Новый год отметить в столицу приехали. Ко мне в гости, — привела доводом. — Мы четыре месяца не виделись в живую.

За закрытой дверью оказалась роскошная ванная комната. Про такие говорят: “Вечная классика”.

— Почему так долго? — нахмурился.

А я внезапно стушевалась.

— Не знаю. Не до того было. Работа. И всё такое… — призналась со вздохом неохотно.

— Вы не похожи на ту семью, где в приоритет идёт работа и всё такое, — заметил мужчина.

Справедливо заметил, к слову. Вот и закономерно не нашлась с тем, что бы ему на это сказать. Вернулась к созерцанию окружающего. Цветовая гамма вокруг была спокойной с приоритетом в белых и горчичных оттенках. Не то чтоб я увлекалась дизайнами таких помещений, но всё же детально рассмотрела сантехнику с бронзовыми ножками, мебель из натурального дерева и здоровенное зеркало вдоль мраморной столешницы с двумя каменными раковинами, выступающими над ней… просто потому, что всё это пространство было размером с мою спальню.

— Ладно, сегодня я останусь, — всё же сдалась. — Но рано утром я возьму такси, — предупредила.

Да, всё-таки согласилась. Исключительно благодаря тому, что так сильно впечатлилась обнаруженным убранством! Не признавать же, что я, похоже, банально не могу ему отказать.

— Если тебе действительно нужно домой, я сам тебя отвезу, в любое время. Даже не заикайся мне больше про такси, — непреклонным и строгим тоном отозвался собеседник.

Так и подмывало послушно отрапортовать: «Слушаюсь, товарищ…»!

Хм…

Кто?

Какое у него звание?

Интересно, оно у прокуроров вообще есть?

Надо будет узнать.

Но то я оставила при себе. Вслух ничего не сказала. Не потому, что и на этот раз со словами не нашлась. Просто он поставил меня на ноги, и теперь собственная нагота ощущалась слишком явной и заметной. Поспешила остаться повёрнутой к нему в очередной раз спиной. Вышло довольно резко, поэтому Роман Владимирович такой мой порыв сразу же заметил.

— После того, как ты заставила меня спеть про ёлочку в лесу и выслушала это, тебя уже ничего не должно смущать в этой жизни относительно меня, — усмехнулся, избавляясь от остатков того, что ещё было на нём.

Как только закончил, про мои гольфы вспомнил. Они ж так и были на мне. А у меня колени едва не подогнулись, как только его широкие ладони заскользили по моим бёдрам, спуская ниже и ниже вязаное прикрытие ногам.

— Приподними, — коснулся левой щиколотки.

Гулко сглотнула. Послушно исполнила. А он проделал то же самое с другой. Да и потом вовсе не подумал отстраниться. Нарисовал невидимый узор от моего колена выше, плавно скользя сгибом пальцев к внутренней стороне бедра, постепенно поднимаясь ещё дальше.

Сплошной стресс, в общем!

Тут никакими обнимашками не спасёшься…

Срочно нужны поцелуи!

О том и решила, прежде чем обхватить широкие плечи и банально впиться в чужие губы своими. Ответ вышел жадным и упоительным, а Роман Владимирович мягко подтолкнул нас обоих к душевой. И…

— Ай!