Снеговик - Элина Градова

Однако, даже на такой стократно возделанной ниве, Марина умудрилась отыскать новые свежие всходы: много интересных поворотов, динамичный сюжет и красивая описательная часть, да и слог, что уж греха таить, хорош.

Но дело не в этом! Полёт! Вот он свежий ветер, ясный чистый взгляд, тот самый порыв, которого мне больше не дано поймать! В книге есть жизнь, она бьётся и согревает, я почувствовал! И, каюсь, позавидовал!

Нашёл за что зацепиться, но по-честному! Где чувственность, где красивые интимные сцены? Это ж неотъемлемая часть жанра! А главный герой! Он робот или манекен? Его послали, он пошёл — что за ерунда?!

Не верю! Я не Станиславский, конечно, но не верю! Только полная инфантильная дурища могла так написать! Бабе скоро тридцатник, а может, уже и перевалило, и такая нецелованность! Даже смешно!

Взял и нахулиганил: понаписал ей в лучших традициях вульгарного чтива, вроде того: он вероломно полез в декольте, а у неё «в зобу дыханье спёрло…», как у Крыловской вороны! Поиздевался, конечно. А нечего тогда браться за жанр, в котором полная профанесса! Пиши сказки детям!..

Ох, чую, разозлиться не на шутку! Но мне нравится её злить, она такая смешная становится в гневе, прикольная! Сразу хочется схватить и зажать, где-нибудь в тёмном углу, пусть попыхтит, побрыкается, а я накрою её губы своими, так что и пикнуть не успеет, посмотрим, долго ли будет трепыхаться. Так представил, что уже захотелось, чтоб скорей прочла, и уже случилось!..

* * *

Всё успел. Себя в порядок привёл. Какой же кайф сбрить эту зудящую поросль с лица, наконец, снова человеком себя почувствовать. Инесса звонила из салона, пока Марину прихорашивали, скоро должны прибыть. Значит пора одеваться.

Не скажу, что привык носить фрак, но приходилось, особенно, когда Изольду сопровождал в свет. Она любила такие выходы. Сама наряжалась по несколько часов и меня наряжала. Так что, умею и понимаю, что и к чему.

К приходу Марины уже собран с иголочки.

Звонок в дверь, открываю,

— Айс?! — вижу, впечатлил. Но и она впечатлила.

— Марина! — опять, чуть «Наташа» не сорвалось, что за пытка!

— Что? — сказал бы я тебе — что, да ведь обидишься, так что не буду, и любоваться не буду… Да и времени мало,

— Собирайся, принцесса, через час мы должны быть на балу.

— Бал?! — зелёные глазищи в обрамлении пушистых тёмных ресниц, хлопают удивлённо, совсем так же, как у Наташки, когда мне удавалось достать ей со дна какое-нибудь особенное сокровище, удивлённо и восторженно, — ты шутишь? Какие в наше время могут быть балы?

— Могут, — успокаиваю и смеюсь. Мне нравится её удивлять. Она так непосредственно восторгается, и верит, и не верит в то же время. То ли ещё будет, принцесса! Я тебя ещё и не так удивлю!

* * *

Завадский, как всегда, на высоте! Я бывал на его вечерах раньше. Правда, в качестве бесплатного приложения к Изольде, но зато регулярно. Королева такие мероприятия не пропускает, более того, она близко знакома с хозяином торжеств. Всё в том же качестве, когда-то и наш мэтр начинал школу жизни с неё.

Интересно? Кем бы он стал, минуй на жизненном пути Снежную Королеву? Они примерно ровесники, так что дела давно минувших дней, и может быть отпечаток её участия не был таким ледяным в то время?

Но меценат из него вышел, что надо. Умеет подметить красоту там, где не каждый вообще разглядит хоть что-нибудь. Его галерея современного искусства в модных богемных кругах на слуху! А, что касается устроительства торжеств, равных ему не знаю.

Не бывал здесь с тех пор, как Изольда отпустила, не хотелось. Но нынче особый случай. Марину надо удивлять, впечатлять, расколотить к чертям депрессивный кокон, в котором она уютно устроилась для просирания жизни. Смена одной только внешней оболочки нужного результата не даст, а я ей обещал.

Поэтому бал-маскарад у Завадского — самое подходящее дело…

* * *

Мэтр не подвёл. Всё продумано начиная с машины и водителя. Сразу попадаешь в нужную атмосферу. Марина, смотрю, уже попала.

Ну, я-то воробей стреляный. Мне, конечно, тоже интересно в спектакле поучаствовать, но куда интересней поглядеть, кого нелёгкая занесла в сказку на этот раз.

Конечно, Изольда! Даже не сомневался! Я эту ледяную глыбу под любой маской узнаю. Впрочем, она тоже узнала. Сдержанный кивок в мою сторону, подтвердил. Я ответил тем же. Хотя зла не держу, а она, тем более. Но на маскараде не принято узнавать друг друга. Я вот, например, не узнал её нынешнего компаньона, лицо почти всё скрыто, но по фигуре и осанке — молодой, а по некоторой неловкости в поведении, которую старается скрыть, не искушён ещё мотылёк…

Впрочем, Изольда тоже не знает мою партнёршу. Её никто не знает, и это прекрасно! Некому потом будет приседать мне на уши с байками, с кем она спала до меня, и до того, с кем до него, и так далее…

Марина волнуется, чувствую, хоть и лицо скрыто. Мне от маски только польза, никто царапин не заметит. Если знакомые увидят, вопросами замучают или напридумывают разного…

Очень кстати официант с шампанским, партнёрше от нервов, мне — горло промочить. Ещё пара знакомых фигур кивнула в нашу сторону.

А, ну их всех! Заиграл вальс, приглашаю партнёршу! Если честно, она хороша сегодня, а я в ударе! Или шампанское в меня ударило? Не важно! Она вроде там простонала, что не умеет? Ерунда! Я умею, а ты держись!..

Фиг знает, что за мистика! Видимо, всё разом: шампанское, красивый зал, зажигательная музыка и соблазнительная женщина в моих руках, заставляют забыться! Кто отметился у Завадского, в чём был одет, с кем пришёл, с кем ушёл, напился ли в зюзю? Всё то, что интересовало Изольду, на что она учила обращать внимание, чтобы использовать затем в бизнесе, сейчас не важно!

Я ощутил полёт! Пускай в танце, возможно, короткий, но внутри зазвенело! Я уже забыл этот звон, думал, никогда не услышу…

Глава 38

На обратном пути в машине она спросила,

— Что это было, Айс?

— Чудо, — думаю, пора приоткрыть завесу, но как? Она боится насмешек. Всё время говорит