Гостья из прошлого - Любовь Хилинская

Девушка открыла было рот, чтобы попросить изменить курс, но потом захлопнула его, подумав, что ничего не знает о том, можно ли менять направление движения в этом гипер-пространстве. Будет очень глупо, если она попросит, а окажется, что об этих нюансах знает даже младенец.

Можно будет спросить Марту, когда она окажется одна. Робот точно ответит и не должен выдать ее капитану.

Оказавшись в своей комнате, где все осталось также, как было, когда она покидала ее, Аня первым делом пошла в душ и там с остервенением терла свое тело, пытаясь смыть воспоминания и липкий страх, что до сих пор держал ее в своих тисках. Мысли нет-нет, да и возвращались к Аласкару Бодруму, рисуя довольное лицо маньяка и улыбку в кровавых каплях, отчего тошнота подкатывала к горлу. Хотелось смыть с себя все упоминания об этом человеке.

Аня не знала, сколько простояла под горячими струями, а когда вышла, увидела расположившегося в гостиной Станислава, который ждал ее с хмурым выражением на лице.

Поджав босые пальцы ног, зарываясь ими в ковер, девушка нерешительно застыла на пороге, судорожно сжимая ворот пушистого белого халата, закрывающего ее до колен. По взгляду, которым одарил ее капитан, сложно было судить, восхищен он ею или нет, и это очень нервировало.

– Добрый вечер, – смущенно поздоровалась Аня, не зная, куда девать себя.

Скользнув мышкой к креслу, уселась, поджав ноги и замерла, ожидая, когда мужчина перестанет сверлить ее глазами и наконец скажет, зачем явился. В животе от непроницаемого взгляда сжался тугой комок, холодными щупальцами сбивающий дыхание и заставляющий нервничать больше, чем обычно.

– Давайте обсудим, что дальше, – грубо ответил ей Станислав, сменив позу и вытягивая длинные ноги.

Скрестив их в области лодыжек, положил руки на подлокотники кресла и откинулся назад, все еще не сводя потемневших глаз с девушки. Она нахмурилась и качнула головой. Он что, пьян? Но задавать подобный вопрос постеснялась, застыв в ожидании разговора.

Помолчав немного и посверлив ее глазами, мужчина негромко сказал:

– Благодаря вам моя карьера разрушена, жизнь отца под угрозой…

– Вы меня в этом обвиняете? – горько усмехнулась Аня, поежившись. – Вы ж согласились помочь… Я не знала, что так случится.

– Зато я предполагал, – сухо бросил Станислав. – Мама учила меня защищать слабых, а в тот момент вы мне показались воробушком, попавшим в лапы кота. Собственно, и до сих пор вы такой же воробушек.

Аня вспыхнула от этого слова, вспомнив, что ее так иногда бабушка называла – мой задиристый воробушек. Стало тепло и горько одновременно, что бабули больше нет, что никогда не услышать ее голоса, не ощутить ласкового касания сухой мозолистой руки к волосам… Сглотнув комок в горле, подняла глаза на Станислава и поразилась – он был похож на затаившегося в засаде тигра, глядящего на загнанную в угол антилопу с блеском в глазах. И этой антилопой была она, девочка из далекого прошлого, застрявшая в теле высокородной принцессы из будущего. Так обидно стало, что мужчина смотрит на нее, а видит перед собой Ариту Дюран. Эта мысль отрезвила.

В голове толпой неслись образы, как могло бы быть, но никогда не будет. Потому что позволить себе даже простой невинный поцелуй… Ну или хорошо, не простой и невинный, а даже самый развратный, как хотелось, нельзя.

В груди внезапно стало горячо от обиды. Все не так! В тартарары полетела размеренная жизнь, мечты, какие-то планы, все пошло прахом! И даже если все закончится хорошо, даже если удастся обменяться с Аритой сознаниями обратно, сердце останется здесь, вот с этим мужчиной, смотрящем на нее глазами хищника.

– Какие планы у нас? – намеренно напустив холода в голос, спросила Аня, избегая смотреть Стасу в глаза.

– Убраться подальше от Бодрума, – пожал он плечами, отводя взгляд. – Выйдем на границе с Дюраном, свяжетесь с отцом, чтобы он выслал за вами крейсер, повисим там на орбите где-нибудь, затем наши пути разойдутся. Марту я выкупил давно, она больше не принадлежит космофолоту Бодрума, поэтому могу свободно в любой империи пойти наемником.

Аня недоверчиво смотрела на излишне спокойного капитана. Неужели император Аласкар даст ему вот так спокойно жить после того, что тот сотворил? Нарушил все планы этого маньяка, а по виду тот не из тех, кто готов на всепрощение. Будет мстить, как пить дать!

– Я думаю, за спасение принцессы император Дюран мог бы предложить вам что-то… – начала она с сомнением в голосе.

Как можно предлагать то, в чем вообще не можешь быть уверена? Обещать невозможное. Вдруг отец Ариты тиран еще похуже этого маньячилы? Нет, надо как-то уговорить Станислава доставить ее на Землю. Чем черт не шутит, вдруг согласится?

– Скажите, а мы можем вернуться на Землю? – сузив глаза и в напряжении ожидая ответа, закинула удочку Аня.

– Нет, – качнул головой Станислав, разбивая ее надежды. – Топлива мало, нам хватит только выйти из гипер-пространства и дожидаться, пока вас заберут, а нам в благодарность вольют чистый галлорум. На нем у нас хватит возможностей добраться до любой точки любой империи. Надеюсь, вы сумеете договориться с отцом об этой малости.

– Надеюсь, – с горечью ответила Аня.

Снова неуверенность в будущем, снова страх, что случится непоправимое. Что будет, если ее разоблачат? Вдруг решат, что это она уговорила Ариту так поступить? Обвинят… Казнят?!

– Я очень надеюсь, вы найдете слова, которые смогут убедить вашего отца, что мы не преступники и увезли вас с Земли не с целью выкупа или чего-то такого, – жестко сказал Станислав, поднимаясь на ноги.

Аня тоже вскочила, в очередной раз поразившись тому, что с весьма крупным капитаном одного роста. Сейчас она стояла так близко, что могла чувствовать его духи с горькими нотками цитруса и чего-то пряного, видеть гладко выбритый подбородок, синяк на скуле, немного заплывший глаз. Внезапно ей захотелось все же хоть немного ласки, почувствовать себя уверенной, защищенной от всех бед… Не удержавшись, она качнулась к нему, вцепляясь пальцами в ворот расстегнутой рубашки и губами прижимаясь к его жесткому рту, ощущая запах крепкого алкоголя. Рукой скользнула по крепкому плечу, затем на затылок, чувствуя колкий ежик волос, а в следующую секунду потрясенно выдохнула, когда ладонь мужчины приземлилась на ее ягодицу, сжимая почти до боли.

– Я не евнух! – резко произнес Станислав, отводя голову и пытаясь избежать поцелуя, но в следующую секунду ощутил, как цепкие зубы прикусывают мочку его уха.

– Я не собираюсь проверять, – тихо мурлыкнула Аня, а затем воспользовалась горящим в глазах мужчины потрясением и снова прижалась к его губам, с