Неисполненные желания - Лаванда Риз

— Я буду скучать по Англии, — опустив голову, я вдруг почувствовала, как защипало в носу. Глаза застлали слёзы. Чёрт! Почему именно в этот момент? Да ещё при Джордже!

Он коснулся кончиками пальцев моей руки. Осторожно. Почти нежно.

— Если ты не против, мы можем немного прогуляться пешком. Надышаться туманом напоследок. Хочешь?

Быстро кивнув, я поднялась с места, чувствуя себя эмоциональной идиоткой. Сначала касание темы любви, затем преждевременная ностальгия, по родине я, видите ли, буду скучать, и попытка меня утешить человека, который … сознательно принял тот факт, что он скоро распрощается с жизнью. А я тут со своими мелочами. Мне почему-то его так жаль. Искренне и по-человечески. Что я даже готова прощать ему эту его заносчивость. Я уважаю его за то, что несмотря ни на что его глаза умеют смеяться, он продолжает шутить и цепляться за последние наслаждения в жизни. Не стоило думать об этом именно сейчас, но вырвавшиеся мысли всколыхнули накопившееся, и выйдя из ресторана … я опозорилась перед ним в который раз. Я расплакалась. Тихонько. Зажимая ладонью рот.

— Эй. Ава, ты чего? Что случилось? Я что-то не так сказал?

Но вместо ответа я уткнулась ему в грудь, продолжая всхлипывать в дорогое пальто. А он … он меня просто обнял. И это так странно. Парень, который мне нравится, ради которого я вляпалась в эту историю, сейчас ночует в своём трейлере, пытаясь унять свою душевную сумятицу, а я, стоя посреди улицы, рыдаю на груди у незнакомого будущего мужа.

Через время, успокоившись и вытащив из кармана бумажные салфетки я нелицеприятно высморкалась, вторая серия после разных носков.

— Ненавижу слёзы, — произносит Джордж.

— Не поверишь, но я тоже.

— Ну, хоть в чём-то мы с тобой сходимся, — усмехается он, и я беру его под руку, потому что наша прогулка всё ещё в силе. — И по чему ты тут собралась скучать? По этому дурацкому левостороннему движению? Странным автобусам, сыростью и туману? Или по этой вашей повёрнутости на традициях, по тому как вы англичане носитесь со своим королевским двором?

— Тебе не понять, америкашка, — вздыхаю я. — Разве … нет никакой надежды?

— Жить надеждой на чудо — верный способ скоропостижно свихнуться, — отвечает он, тут же уловив о чём я. — Давай не будем об этом.

— Думаешь, у меня получится? Понравиться твоей дочери?

— Думаю, она сочтёт тебя забавной.

— Ты тоже считаешь меня забавной? — возмущаюсь я.

— Ну да, — смеётся Джордж, за что я толкаю его локтем, и он смеётся ещё больше. Жизнь чертовски странная штука.

Джордж начинает мне рассказывать о дочери, о её выходках, о курьёзах, о её проблемах в школе, об их стычках и примирениях, о том, как они празднуют дни рождения и где бывали вместе. Слушая его, я восхищаюсь тем, как он любит свою девочку, что он помнит все эти истории и как увлечённо может рассказывать, вызывая у меня смех. За эти полчаса, пока мы шли пешком я словно узнала о новом члене моей семьи. И кажется, подружилась с Джорджем.

— Возможно, это будет неблагоразумно с моей стороны, но я приглашаю тебя на чай, — выдала я, когда мы подошли к дому.

— Почему не благоразумно, потому что ты связана отношениями? — прищурился Джордж. И откуда он такой умный взялся?

— У тебя ведь есть фото и видео с Эммой? Хотелось бы взглянуть после твоих рассказов, — естественно то, что я не ответила на его вопрос, лишь подтвердило его догадку.

— Ну почему бы мне не выпить чаю с моей будущей женой, — мы снова взялись за язвительную интонацию.

Шмель в диком восторге, что ему не пришлось коротать вечер одному, и пока он заигрывает с Джорджем, а не кухне закипает чайник, я решила поставить телефон на зарядку. А чтобы её найти пришлось вытрясти всё из сумочки, и так каждый раз. Затем воткнув шнур в розетку бегу заваривать чай, а когда возвращаюсь, застаю Джорджа, внимательно читающего листок бумаги. Который я зачем-то таскала сложенным в той же сумочке. Серия номер три — мой список неисполненных желаний, после носков и рыдания на груди. Нужно видеть это выражение лица, с которым он на меня взглянул:

— Четвёртый пункт особенно интересный, — хмыкает он.

Конечно, я ведь не только написала «Получить новый сексуальный опыт», я ведь в скобочках ещё и перечислила.

— Дай сюда! — выхватила я листок, снова слаживая его вчетверо. — И не смей смеяться!

— Я не смеюсь, — спокойно отвечает он.

— Нет, ты смеёшься, ты просто ухахатываешься, но глазами! — возмущенно бросаю я, поворачиваюсь к нему.

— Но я не могу это контролировать.

— Никто тебя не просил брать чужое!

— А меня не нужно просить. Я сам решаю, — вдруг резко дёргает он меня на себя, ловко заведя мне руки за спину.

-  Нет, нет, не… — мои попытки увернуться его не остановили. Завладев моими губами, Джордж прижал меня к себе ещё крепче, штурмуя мой рот пока я не поддалась. Напористый, горячий, …украденный поцелуй.

-  Ну, и вот я снова взял чужое, земля подо мной всё ещё не разверзлась, — небрежно бросил Джордж, отпуская меня. — Не сопи, Ава, это всего лишь поцелуй. Минутный порыв.

— Это всё усложнит! — чуть ли не в истерике бросаю я.

— Что, например? — вонзился в меня серый с прищуром взгляд.

— Тебе лучше уйти.

— Да нет, Эвелин, я останусь, — уверенно качает он головой. — Выпью чаю. Покажу тебе фото. Позвоню по видео связи дочери, предупрежу её, что приеду не один. И только потом отправлюсь в гостиницу. Набрасываться на тебя и тащить в постель я не стану, не в моих правилах. Секс только по обоюдному желанию, потому что самоуважение для меня играет большую роль, и я всё-таки остаюсь джентльменом. Так что тебе нечего переживать, я же сказал, повторно я не предлагаю. За поцелуй извини, моя вина, не удержался, такого больше не повторится! — жёстко отрезал он.

Неловкость, смятение, и что-то ещё, что скользнуло в этом сером взгляде и разукрасило алым мои щёки. Нужно успокоиться, нужно быть умнее, нужно вести себя по-взрослому.

Пока он пьёт чай, я смотрю фото улыбчивой рыжей девчушки в его телефоне. И через время невольно начинаю улыбаться сама, глядя на эти кадры.

— У неё твои глаза и твоя улыбка...

— А вообще она похожа на мою мать.

— Хорошенькая. Вырастет красоткой.

— Да. …Ава, а ты хотела бы иметь своего ребёнка?

— Хотела бы. Но слава богу, что я не забеременела от бывшего мужа. Одной трагедией меньше. Настоящее чудо иметь ребёнка от по-настоящему любимого мужчины. Это ещё один пункт в том моём списке.  Папа всегда повторял мне, что я дитя большой любви. Я тоже так хочу, — поднимаю глаза, Джордж смотрит на меня с какой-то задумчивой грустью. Никак не комментируя мои слова, забирает у меня телефон и набирает номер дочери.