Поздравляю, ты попала! - Ярл Конг

— Я все знаю. О девочке из больницы.

— Откуда? — У меня сейчас глаза полезут из орбит, потому что я в шоке от того, как он об этом узнал. Я старалась все сделать так, чтобы никто не знал, что я даю деньги на операцию и на восстановление лекарства. Один человек, который об этом знал Валерий Сергеевич — дедушка девочки. Даже моя руководительница по больнице не знала о поступке с моей стороны, потому что это могло расползтись слухами по медучреждению, а я этого явно не желала. Неужели старик проговорился? Но ведь я брала с него слово о молчании…

— Кира, ты же… — Я не дала договорить мужчине и закрыла его рот ладонью.

— Зачем ты называешь меня настоящим именем? — Я кивнула в сторону инструктора, который хоть и отвернулся в сторону, когда мы начали разговор, но все же мог услышать мое настоящее имя и тогда возникло много вопросов со стороны представителей шоу. И тогда все полетело бы к чертям.

— Успокойся, — мужчина нежно убрал мою руку от своего рта и усмехнулся, — это Денис, мой друг, которого я знаю еще с детства. Ему можно доверять. Поэтому я и организовал это свидание через него, чтобы мы остались одни и эти болваны не поехали с нами. Ведь в корзине может поместиться только три человека.

Чем дальше Эд говорил, тем больше я впадала в ступор от этих слов. Итак, он все это сделал специально, чтобы извиниться, да еще и напрягся так, чтобы третьим человеком рядом с нами был его верный друг? Это какая-то сказка… Сюрреализм… Я не могла ожидать таких действий от мужчины, поэтому не знала, с чего продолжать разговор. Хотя нет, некоторые вопросы все же остались в моей шокированной голове.

— Как ты все-таки узнал?

— Возможно, ты думаешь, что все спортсмены глупы, а я тем более, но это не правда. Я могу сложить два плюс два и на выходе получить четыре. Поэтому не нужно быть каким-нибудь вундеркиндом, чтобы понять, что просьба получить деньги в ближайший срок с твоей стороны была напрямую связана с операцией, которую никто не мог оплатить, а тут неожиданно произошло чудо. Я обычно люблю верить в чудеса, но иногда люди сами могут творить эти чудеса благодаря своим поступкам.

— Как ты узнал о девочке? — Все же новость о болезни малышки не была такой раздутой, как это иногда бывает с другими случаями. Некоторый персонал больницы знал о ней и ее болезни, и то не весь, а откуда об этом узнал человек, который прямо там лечился и должен быть ни сном, ни духом?

— У меня был некоторый разговор с твоей руководительницей по больнице, поэтому от нее я и услышал об этом случае. Но это не главное…

— А что же главное? — Я не поняла почему голос Эда так слегка начал терять уверенность и можно сказать смягчился, будто он с секунды на секунды хотел мне признаться в чем-то таком, за что ему до глубины души досадно.

— Главное то, что я снова поверил в чудо. — Сейчас его глаза словно заискрились сиянием и мне это сияние очень понравилось, будто взрослый мужчина действительно стал на эти мгновения маленьким мальчиком и начал радоваться жизни и каждому его проявлению.

— В чудо? — переспросила я, поглощена таким вот настроением мужчины, потому что это настроение будто передавалось, а поскольку моя рука еще была в его руке, то он как-то быстро перекочевал ко мне, и я уже была готова птицей взлететь над небесами и парить в воздухе. Это такое было резкое изменение поведения Эда и произнесенные им слова произвели на меня такое впечатление, что я будто бы сейчас находилась в сказке, где все складывалось так хорошо и прекрасно… Главное, чтобы эта сказка резко не оборвалась…

— Да, — закивал мужчина, — а точнее ты во мне возродила веру в то, что есть на этом свете искренние и настоящие люди без фальши и желания извлечь выгоду из другого. Поэтому я до глубины души благодарю тебя за это и прошу еще раз прощения. — И с этими словами он наклонился ко мне и поцеловал в щеку. Простой поцелуй без каких-то чрезмерных действий, но у меня словно крышу сорвало…

Я мечтала об этом и в этот момент мне так захотелось воплотить это в жизнь, что, возможно, я со временем буду жалеть об этом и себя корить, но это будет потом. Сейчас мне этого хотелось до одури…

— Я тебя прощаю! — я перехватила мужчину за лицо и впилась в его губы своими. Мне было страшно это делать, потому что, возможно, он отстранился бы от меня и накричал бы, или еще хуже рассмеялся, но Эд только углубил поцелуй и поднял меня еще выше этого воздушного шара и небес, которые окутали нас и скрывали от других глаз. Потому что это было только между нами. Это был настоящий поцелуй и такой желанный, как оказалось для нас двоих, что мы оба предавались ему в полной мере наслаждаясь этим мгновением…