В постели с дьяволом - Ванесса Марлоу

— Я уже целый год так плотно не ела. Это все ты приготовил?

Если так, то он открылся для меня с новой стороны. В кухню он наведывался изредка, и то лишь затем, чтобы сварить кофе.

— Да.

— Вау! Мужчина со множеством скрытых талантов.

Он рассмеялся.

— Я пошутил. Это все было доставлено утром, до того как ты проснулась. Я всего лишь разогрел в микроволновке.

Он поставил поднос на комод, повернулся ко мне и начал медленно снимать джинсы, позволяя мне дюйм за дюймом плотоядно пожирать взглядом свое великолепное тело. Он легонько коснулся моего лица и взлохматил волосы.

— Кто такая Мэри? — спросил он как бы невзначай. Первой моей реакцией была паника, я лихорадочно подыскивала ответ, и лишь потом до меня дошло, насколько это нелепо. У меня не было причин говорить ему неправду.

— Она была, точнее является, моей лучшей подругой.

— Ты позвонила ей, ни слова не сказав мне об этом.

Паника усилилась, когда я попыталась вспомнить тот единственный вечер, когда мне отчаянно захотелось услышать ее голос и я набрала номер. Я чувствовала себя преступницей.

— Я не знала, что мне нужно спросить у тебя разрешения.

— Разрешения не нужно, но, видишь ли, я не понимаю, почему ты ни разу не упомянула об этом звонке.

— Не такое это и важное событие. Тем более что ее даже дома не оказалось.

— Значит, ты не пыталась это от меня скрыть?

— Конечно же нет.

Он пристально посмотрел на меня, затем очень тихо произнес:

— Было ли в тот вечер еще что-то, о чем бы ты хотела мне рассказать?

У меня сердце ушло в пятки. Тогда же я позвонила Стиву, и Джордан наверняка об этом знал. Непонятно, почему я солгала.

— Нет, рассказывать больше нечего. Я позвонила, ее не оказалось дома, и я повесила трубку. Вот и все. — Я отвела глаза, будто бы смущенно. — Послушай, если ты не хочешь, чтобы я ей звонила, то так и скажи, я не стану этого делать.

— Хорошо, я не хочу, чтобы ты ей звонила.

Я была совершенно уверена, что он благополучно об этом забудет, поэтому, заслышав его ответ, я задрожала от досады.

— Почему? Она очень милая.

— Это человек не твоего круга.

— Значит, я теперь такая охрененно крутая? И мои старые друзья мне не ровня? Почему? Только потому, что я теперь твоя жена?

— Да, ты теперь моя. И ты должна вести себя соответственно твоему новому положению.

— Но она очень милая, — повторила я.

— Тебе не следует водить такие знакомства.

Я так разозлилась, что едва не заехала ему кулаком. Не понимаю, почему я этого не сделала. Хотя, если бы я его ударила, он точно ударил бы в ответ. Затевать драку не хотелось.

И вообще, какая разница? Я не предприняла ни единой попытки поддерживать отношения с Мэри даже на самом поверхностном уровне. Джордан велел никогда с ней не общаться, но что из этого? Даже если после стольких месяцев я постучусь к ней в дверь, она просто захлопнет ее у меня перед носом, и будет права.

Я подавила в себе гнев и выскользнула из постели.

— Я пойду приму душ.

— Иди.

Я пошла в ванную и довольно долго стояла под душем, оттягивая момент, когда придется выйти и вступить в пререкания. И почему я не могла общаться с ним как нормальный человек? Почему я не могла постоять за себя?

Я не была ребенком, но всегда позволяла ему так к себе относиться. Я никогда не высказывала вслух то, что на самом деле думала. Я подчинялась ему во всем, и он настолько привык к моему молчаливому соглашательству, что, когда я набиралась смелости настоять на своем, налаженная модель отношений выходила из строя. Нужно было ввести какие-то ограничения, какие-то правила, по которым мы могли бы взаимодействовать.

Я вытерлась и натянула халат. Я готова была приступить к обсуждению проблемы, которую считала серьезной трещиной в нашем браке. Следовало как-то ее разрешить.

Я прошла в спальню. Он все еще был там — лежал обнаженный на кровати. Он ждал меня, поглаживая свой возбужденный член.

— Иди сюда, — велел он.

Я мгновенно приблизилась, но меня напутал его взгляд, которым он меня рассматривал. Он мог быть сильным и требовательным, но никогда не выходил из себя. А сейчас вдруг показалось, что он вот-вот взорвется.

— Что случилось? — спросила я.

— Никогда мне не лги, Мэг. И не пытайся ничего утаить. Я очень огорчен твоим поведением.

— О чем ты говоришь? Я никогда тебе не лгала.

— Ты уверена?

— Да.

— Кому еще ты звонила в тот вечер, когда пыталась связаться с Мэри? — Он сделал паузу, сверля меня своим разгневанным взглядом. — Прежде чем ты ответишь, хочу тебе напомнить, что я живу в здании с высоким режимом безопасности. Я в курсе всего, что туда поступает или выходит за пределы.

Я облизала внезапно пересохшие губы, не понимая, почему я так напугана, почему у меня такое чувство, будто я совершила что-то непростительное.

— Стив, — выдавила я наконец.

— Что ты сказала? Я не расслышал.

— Я звонила Стиву.

— Да, звонила. — Кивнул он удовлетворенно. — Вот я и пытаюсь понять зачем. Можешь объяснить?

— Нет.

— Тебе было одиноко? Ты соскучилась по нему? Ты надеялась, что вы снова сможете быть вместе? Что?

— Я не знаю.

И это было правдой. В ту ночь я чувствовала себя словно отрезанной от внешнего мира и подчинилась глупому порыву.

— Ты должна быть наказана, Мэг. Ты понимаешь это?

— Ты что, с ума сошел? Как ты собираешься меня наказывать?

— Я тебе сейчас покажу.

— Но я ведь с ним даже не говорила! Когда он ответил, я повесила трубку.

Он поднялся, распрямляясь, как кобра перед укусом.

— Ложись на живот.

— Джордан!

— Ложись.

Я не убежала. Я не закричала. Я даже не стала сопротивляться. До сих пор не могу понять почему. Я как робот сделала все, что он приказал. Я легла на кровать и вытянулась, уткнувшись лицом в подушку. Он что-то искал, но я боялась взглянуть, что он собирается делать.

Он подошел ближе, коленом уперся в матрас, другая нога осталась на полу, ладонь он положил на спину между лопаток.

— Я делаю это, потому что люблю тебя, Мэг. Ты же понимаешь, правда? — Я попыталась встать, но он мне не дал. — Потому что я тебя люблю. Вот почему.

Он хлестнул ремнем по ягодицам, кожаная полоска снова и снова стегала обнаженную плоть. Я вцепилась руками и зубами в одеяло, стараясь не расплакаться. На самом деле было не так больно, как я ожидала. Порка причинила скорее не физическую боль, а унижение.