86400 секунд счастья - Алина Делисс

Танцовщицей в клуб она не вернулась и, хотя деньги, которые ей дал брюнет, стремительно таяли, о работе не думала. «Делай только то, что хочешь делать», – звенели в ушах слова певицы, которая мерещилась ей, и Лина не унывала и не тревожилась. Несколько раз ее звали на модный показ, и она попробовала себя в роли модели, поняв, что ходить по подиуму и позировать перед фотографами не для нее. Она томительно искала свое призвание, но не могла найти. Пока призвание не нашло ее само.

Она сидела в маленьком кафе за столиком у окна и, разглядывая посетителей, пила кофе. Она любила наблюдать за людьми, представляя их жизнь и отношения. Вот молодой парень и девушка, она смазливенькая, а он стеснительный, пока еще не возмужавший и не знающий, что скоро – очень скоро – будет хорош собой. Она скучает, смотрит в сторону, а он крутит в руках чайную ложку и что-то говорит ей, спотыкаясь о слова. А за соседним столиком другая пара: она смотрит ему в рот, заискивает, отчаянно флиртует, а он, не таясь, глазеет на других женщин в кафе, едва слушая, что ему говорит его спутница. Женщины крутят мужчинами, мужчины крутят женщинами… Неизменный круговорот в природе. А вот дама в элегантном костюме, накрашена так, словно собралась на свидание или концерт. На столе лежит книга, с закладкой где-то среди первых страниц. Она ощупывает глазами зал в надежде познакомиться с мужчиной, и, судя по тому, что на ее безымянном пальце нет кольца, этой надежде уже много лет. Двое мужчин, разложив на столе бумаги, обсуждают дела, громко спорят, и до Лины доносится что-то о бирже, котировках, ставках и игре на понижении валюты. Она тайком улыбается, глядя, какие серьезные лица у этих «бизнесменов», которые, похоже, никогда не смогут сколотить состояние, о котором так мечтают. А вот зашла занятная парочка: она – толстушка, розовощекая, смешливая, с большой грудью и лишними килограммами, а он – высокий, худой, симпатичный. Глядя, как официант несет ей молочный коктейль, десерт со взбитыми сливками и грушевый пирог, окружающие улыбаются. Ну а ей все равно, ведь ее молодой человек смотрит на нее с нежностью, почти с обожанием, мнет ее руку в своей, что-то рассказывает, пока она лопает свой десерт. И оба счастливы. И на них приятно смотреть.

Улыбаясь своим мыслям, Лина отвернулась к окну и вздрогнула, едва не выронив чашку из рук и расплескав кофе на столе. Мимо нее, разговаривая по мобильному, шел брюнет. Лина спешно оставила на столе деньги, не став дожидаться сдачи с крупной купюры, и выскочила из кафе. Но мужчины уже нигде не было. Она бросилась в одну сторону, потом в другую, решив, что брюнет ей и вовсе померещился, как вдруг разглядела его вдалеке переходящим улицу. И, под вой клаксонов перебежав дорогу в неположенном месте, догнала его, едва не подвернув ногу на шпильках. Она не собиралась подходить к нему и напрашиваться на свидание или прогулку, просто хотела получше узнать его. Просто смотреть на него, любуясь им и не веря, что вот он, мужчина твоей мечты, можешь протянуть руку и потрогать. Впрочем, она и сама толком не знала, зачем побежала за ним. Он шел, продолжая говорить по телефону, и Лина едва поспевала за ним, любуясь его самоуверенной походкой, кричавшей всем: «Посмотрите, как я хорош!»

Он остановился у входа в клуб, где собрались люди. Все были одеты так, словно собирались на вечеринку, и недалеко от них крутились репортеры с фотоаппаратами, которые они держали все время наготове. Прищурившись, Лина прочитала на афише, что сегодня вечером в этом клубе какая-то вечеринка или конкурс, но не разобрала, что именно, и, увидев, как брюнет входит внутрь, решила не отставать. Поздравив себя, что надела беспроигрышное платье, в котором можно и кофе пить в кафе, и танцевать в клубе, Лина на ходу обновила на губах помаду и, улыбнувшись широкоплечим охранникам, уверенно вошла внутрь, хотя понятия не имела, что ее ждет внутри.

– Ваш пригласительный? – спросили ее на входе.

– Он у моего спутника, я возьму у него… сейчас-сейчас… – буркнула Лина и, опустив голову, поспешила смешаться с публикой.

В огромном зале горел приглушенный свет, прожекторы окрашивали помещение то в синий, то в фиолетовый, и лица людей тоже становились то синими, то фиолетовыми. Гости сидели за столиками, расставленными вокруг сцены, или бродили с бокалами по залу, и фотографы, ослепляя вспышками, фотографировали пришедших.

– Вы гостья или участница? – подошла к ней девушка в белом платье. – У вас есть пригласительный?

– Участница, – брякнула Лина первое, что пришло в голову.

– Тогда вам нельзя здесь быть! – воскликнула девушка. – Отправляйтесь за кулисы, все уже давно там.

Лина еще больше растерялась, но, боясь, что ее выставят, не решилась признаться. Она послушно отправилась туда, куда ей указала девушка в белом, решив, что сбежит по пути. Но та пошла за ней следом и, чуть подтолкнув в спину, указала на дверь с табличкой «Служебный вход». Лина вошла внутрь, оказавшись в каком-то длинном коридоре, с тусклой лампочкой и потертыми стенами, и, озираясь, побрела куда глаза глядят.

– Участница? – спросила ее женщина, вынырнувшая из-за угла.

– Да, участница, – вздохнула Лина.

– Ну так поспеши в гримерку, скоро начало.

«В какую гримерку? Какое начало?» – спрашивала она про себя.

– Участница или нет? – увидев ее растерянность, опять спросили ее.

Лина терялась в догадках.

– Да, – уже настороженно ответила она.

– Я провожу, – вызвалась женщина.

Она привела ее в помещение, в котором уже находилось двадцать девушек. Все они были в разных платьях, кто-то в длинных, вечерних нарядах, кто-то в вызывающих мини-юбках и топах, больше напоминавших верх от бикини. У всех были разные прически, у одних – распущенные волосы, у других – накрученные букли. Зачем здесь все эти девушки, такие разные, Лина не могла понять. Многие напевали что-то себе под нос, кто-то пританцовывал, как будто репетировал выступление, кто-то подкрашивал губы или пудрился.

– Какой номер? – спросила Лину женщина, ходившая среди девушек с большим блокнотом, в котором делала какие-то пометки.

– Не знаю… – пролепетала Лина.

– Как не знаю?! – всплеснула женщина. – Скоро уже начало, а она свой номер не знает.

Никто из девушек даже не посмотрел в сторону Лины, все были заняты собой.

– Будешь последней! – отрезала женщина. – Поняла?

И протянула ей табличку с номером «20».

– Хорошо, – закивала Лина, гадая, что ей теперь делать – просто извиниться, объяснить ошибку и уйти или остаться, узнав, что же здесь происходит.

Наткнувшись на дверь с указателем «Выход на сцену», она решилась выглянуть в зал, посмотреть, там ли брюнет, да и что вообще происходит. Она просунула голову в дверную щель, увидев, что брюнет сидит прямо перед сценой, за столиком с табличкой «Жюри». Таких табличек она насчитала еще семь. За другими столиками находились какие-то мужчины и женщины, которые, скучая, пили вино, то и дело поглядывая на часы.

– Уйди оттуда! – крикнула ей женщина с блокнотом. – Ты, похоже, не успокоишься, пока тебя не выгонят отсюда.