Женские шуточки - Энн Вулф

Такая перспектива пришлась Китти по душе. Судя по восторженному лицу девочки и блеску в ее глазах, она уже представляла себя на сцене, в нарядном платье, декламирующую какой-нибудь «взрослый» стих.

Осталось только подписать «Неаспоримый даговор» у самого Джеймса Ричтона. Лиси поправила заголовок, и честная троица направилась в кабинет «юриста».

Открыв дверь, Джеймс не без удивления обнаружил на пороге Лиси и детей.

– Снова проблемы? – удрученно оглядел он своих отпрысков. – Вы опять донимали Лиз?

– Нет, что вы, Джеймс, – поспешила возразить Лиси. – Они ведут себя как взрослые люди. Мы тут составили кое-какую бумагу и просим вас как главу семьи прочитать и подписать ее.

Лиси протянула ему «Неоспоримый договор».

Правая бровь, утопавшая под длинной челкой, поползла вверх.

– Что это? – испуганно спросил он у Лиси.

– Ничего страшного. Прочитайте и все поймете.

Джеймс уселся за стол и, судорожно вцепившись в бумажку руками, принялся читать. Вопреки его опасениям, все действительно было не так страшно. Лиси, хотя он уже не просил ее об этом, пыталась наладить отношения с детьми. И делала это на редкость дипломатично, чего Джеймс от нее совершенно не ожидал. Не раздумывая, он поставил под «Договором» свою размашистую подпись.

– Дети, – торжественно изрек Джеймс. – Договор, а тем более подписанный договор, – серьезная вещь. Нарушение его влечет за собой немало проблем. Я надеюсь, вы пошли на этот шаг сознательно, как по-настоящему взрослые люди. Я горжусь вами.

– Спасибо, папа, – Китти сделала ударение на последнем слоге (так как считала французский язык очень изящным) и присела перед отцом в глубоком реверансе. – Мы постараемся оправдать твое доверие.

– Очень постараемся, па, – добавил Брэд.

Лиси победоносно улыбнулась. Джеймс улыбнулся ей в ответ. Она заметила, что в его взгляде сквозит восхищение. Значит, ей все-таки удалось поразить его. Сейчас его лицо казалось ей почти симпатичным, и все же этому немолодому уже мужчине следовало лучше следить за собой. Стричься хотя бы изредка, носить более современные костюмы, иногда наведываться к маникюрше. Если бы он был ее мужчиной, Лиси непременно им занялась бы. Видимо, его женщина не уделяла ему никакого внимания. А зря – при большом желании его можно было превратить в красавца… Интересно, какой была его жена? Судя по тому, что говорили Вики и Элен, редкая красавица и не менее редкая стерва…

Лиси хотела было уйти, но, взглянув на детей, она почувствовала, что те еще не вполне удовлетворены. Им хотелось какого-то поощрения за то, что они впервые в жизни сделали серьезный взрослый шаг. И это поощрение им хотелось получить от отца. Лиси подумала, что в ее силах помочь Китти и Брэду. К тому же ей самой хотелось небольшого праздника.

– Послушайте, Джеймс… – начала она. – Вы, конечно, рассердитесь, что мы отрываем вас от работы, но, мне кажется, такое дело нужно отметить. Подозреваю, Китти и Брэд с удовольствием сходили бы в кафе и поели мороженого. Как вы считаете, мисс Китти? – повернулась Лиси к девочке.

У Китти снова заблестели глаза, а на лице Брэда заиграла улыбка. Лиси заметила, что мальчик редко улыбается. Оранжевый цвет, который он так любил носить, совершенно не сочетался с его серьезным, вечно чем-то озабоченным лицом.

Джеймс хотел было сказать о недочитанной работе Стива Моргана, которая лежала у него на столе, но, увидев лица детей, понял, что работу придется отложить.

– Конечно, идем, – ответил он Лиси.

Она обрадовалась не меньше детей, и от ее улыбки у Джеймса внутри словно зазвенели маленькие колокольчики. Он вдруг увидел, что на улице светит яркое весеннее солнце, услышал, что за окном поют птицы, и впервые за несколько лет обрадовался наступлению весны.

– Конечно, – повторил он, – подождите меня, я только переоденусь.

– И я! – в один голос воскликнули Китти и Лиси.

Все засмеялись. И Джеймс почувствовал себя почти счастливым.

Китти – маленькая модница – придя в кафе, первым делом побежала в дамскую комнату «припудрить носик», что означало покрутиться в новом розовом платьице перед зеркалом. Платьице было и вправду миленькое – атласное, обшитое пайетками, с маленькими розочками, разбросанными по пышной юбке. А ее брат взял на себя ответственность разыскать запропавшего официанта и сделать заказ, против чего Джеймс, жаждавший остаться с Лиси наедине, не возражал.

– Как вам удалось так преобразить моих детей? – задал он вопрос, который не давал ему покоя уже целый час.

Лиси кокетливо пожала худенькими плечами. Свитер с широким горлом моментально съехал с левого плеча, обнажив тонкую светящуюся кожу. Джеймс тут же залюбовался ею, а Лиси подумала о том, что она, оказывается, кокетка.

– Даже не знаю, – улыбнулась она Джеймсу, изо всех сил пытавшемуся отвести глаза от ее плечика. – Просто я подумала… они так хотят казаться взрослыми… и надо им в этом помочь. Хотя… на самом деле, Джеймс, они просто хотели внимания… Вначале я подумала, что у них его слишком много, а потом поняла, что его, наоборот, мало.

– Да будет вам, Лиз, – усомнился Джеймс. – Конечно, я не могу просиживать в их комнате часами, но Элен и Вики…

– Элен и Вики, – оборвала его Лиси, – вы уж извините меня, Джеймс… Они просто балуют детей. Исполнение капризов и внимание – совершенно разные вещи. Ни Элен, ни Вики, ни вы сами – никто не пытался вникнуть в их проблемы и истинные желания. А они есть…

– И какие же?

– Очень простые. Они хотят проводить больше времени с вами, Джеймс. А вы, насколько я могу судить, вечно заняты. Вас либо нет, либо вы сидите со своими бумажками… Кстати, кем вы работаете? – поинтересовалась Лиси.

– Я – энтомолог, – стараясь не глядеть в голубые глаза Лиси, ответил Джеймс.

В некоторые моменты ему казалось, что никакого розыгрыша не было. Что Лиси и вправду няня его детей, потерявшая память. Эта спасительная «вторая реальность», по всей видимости, помогала ему справиться с угрызениями совести. Но когда ее туман рассеивался, Джеймс понимал, что все это не так, что Лиси – обманутая им женщина и что разоблачение рано или поздно наступит. И вот тогда становилось невозможным глядеть в эти чистые аквамариновые глаза и лгать… Интересно, Лиси чувствует, что он врет? Или она думает, что попросту смущает его своими взглядами?

– Энтомолог… – задумчиво произнесла Лиси. – Кажется, я слышала об этой профессии. – Джеймс замер и даже почувствовал, как тело его наливается свинцовым холодом разоблачения. – Но совершенно не помню, что…

– Специалист по бабочкам, – облегченно выдохнул Джеймс.

– Как это мило, наверное, заниматься бабочками… Они такие красивые…

– Как вы, – вылетело у Джеймса.

– Вы считаете? – кокетливо улыбнулась Лиси.

– Я уверен, – пробормотал Джеймс и увидел своего спасителя Брэда, который чуть ли не за руку вел с собой официанта.