Не время для шуток - Елена Усачева

Увидев Маканину, Лера остановилась. Что-то у нее для Гараевой было… Вот черт, за волнениями вчерашнего дня у Олеси все вылетело из головы.

– Привет! – Лера шагнула вперед, оставляя свою подружку за спиной.

От растерянности Олеся сунула руки в карманы. Ах, да! Записка.

– Привет, – заспешила она. – Тебе тут просили передать. – Она выудила на свет сложенный листок.

– Как его зовут? – Гараева холодно смотрела на протянутую записку, но брать не спешила.

Бррр, смотрит, словно из лука стреляет. Ну, как Быковского угораздило в такую влюбиться?

– Давай, бери! – потрясла посланием Маканина – рука на морозе быстро замерзала. – Павел его зовут. Быковский. Там наверняка все написано.

Лера двумя пальцами медленно взяла листок.

В школе прозвенел звонок. Малышню с улицы как ветром сдуло. Аська Репина недовольно переминалась с ноги на ногу. Гараева не торопилась. Она похрустела сложенной бумажкой и не спеша опустила ее в карман.

– А ты Олеся, да? – подняла она на Маканину черные глаза.

Вот ведь дела, она еще и не очень разговорчивая. Повезло Быковскому! Весело им будет вдвоем.

– Олеся, Олеся. – Маканиной захотелось уйти. У нее своих забот было невпроворот, а тут еще эта… Она сделала шаг к лестнице.

– Он какой-то странный, ваш Павел, – остановила ее Лера. – Смотрит, а потом убегает.

– Слушай, – не выдержала Олеся. – Что ты капризничаешь? Тебе все девчонки из нашего класса завидовать будут. Пашка, знаешь, какой классный! И хватит через меня решать свои дела. Разбирайтесь дальше сами! – Она оглянулась. На школьном дворе больше никого не было. – Мне не до тебя сейчас! – Маканина взбежала по ступенькам, махнула на прощание рукой. – Пока!

Не успела она шагнуть за дверь, как от неожиданности вскрикнула.

В холле стоял Быковский.

– Черт! – подпрыгнула Олеся. – Вы меня заикой сделаете!

– Она взяла?

– Просила привет передать. – Маканина попыталась обойти Павла стороной, но он упрямо вставал на ее пути.

– Что сказала?

– Вы мне уже надоели! – закатила глаза Олеся. – Во-первых, урок уже начался, а во-вторых, я вам не почтальон. Иди сюда!

Быковский попытался увернуться, но Маканина была быстрее. Она схватила Павла за руку и потащила на улицу.

– Встречайтесь сами, без меня. Ты что, не можешь к ней подойти и познакомиться? Это просто! Я уже сказала, как тебя зовут. Дальше справишься сам. Пригласи ее в кино или погуляйте вокруг школы…

С каким удовольствием она сейчас давала советы! Оказывается, решать за других – приятнейшее занятие.

– Не пойду! Пусти! – скулил Быковский, цепляясь за дверь. – Не хочу!

Олеся и не думала его слушать. Все пережитое за последние дни вылилось у нее в азарт выталкивания Павла на крыльцо.

– Я не умею! – выл Быковский.

– Научим! – подбадривала его Маканина.

– Помогите! Не надо! – Павел на мгновение застыл, упершись руками и ногами в косяки двери, но Олеся плечом высадила его на улицу. – Я умру! – прошептал он из последних сил.

– Ничего, выживешь!

Маканина быстро оглядела двор. Прошло слишком мало времени, чтобы Лера успела далеко уйти. Если она не вошла в школу, значит, еще должна была быть здесь.

Но ее не было.

– Как заставлять меня записки таскать, ты не умираешь, а как…

Договорить она не успела. От калитки к ним шел Галкин. Шел медленно, ссутулившись. И было в его неспешном движении что-то новое и опасное.

Сначала Олеся обрадовалась, с плеч свалилась давящая тяжесть – все живы и здоровы, ее ни в чем обвинять не будут. Но потом она вгляделась и поняла, что радоваться рано, слишком уж угрожающе выглядел Галкин.

– Пусти, я портфель забыл! – Павел театрально рвал на себя дверь, не замечая, что Маканина его больше не держит.

– Отойди от нее! – издали крикнул Серега.

– От кого? – Быковский оглянулся. – Какая встреча!

Павел сразу стал серьезным.

– Ты че к ней пристаешь? – Серега уже стоял на ступеньках и нехорошо, исподлобья смотрел на одноклассников.

– В смысле? – Быковский сбежал вниз. Олеся машинально пошла следом. – У тебя что, Галкин, сотрясение в мозгах случилось? Когда это рядом с Маканиной нельзя было стоять? Она у нас девушка свободная…

– Я сказал, отойди. – Голос Сереги сорвался на хрип.

– Откуда ты такой красивый выискался? – Павел с усмешкой, в открытую разглядывал Галкина, его грязную куртку, синяк на скуле, безжизненно висевшую руку.

– Тебя забыли спросить! – Галкин попытался отодвинуть Быковского с дороги, но Павел крепко стоял на ногах.

– Что он тебе сделал? – Серега посмотрел на Маканину.

– Ничего, – пискнула Олеся. – Мы так, просто… А ты как? У тебя все нормально?

– Пошли отсюда. – Галкин протянул руку, собираясь вытащить Маканину из-за Быковского.

– Куда? – Олеся увернулась от протянутой руки. – Мы тут в школу идем. А ты не на урок?

– К черту уроки! – выругался Сергей. – Ты что, собираешься и дальше в этом гадюшнике сидеть?

– Эй, ты, полегче! – Павел предостерегающе поднял руку.

– Отвянь! – Серега был настроен решительно.

Быковский побледнел. На мгновение Олесе показалось, что он стал выше и тоньше.

– Сам отвянь! – неожиданно звонко воскликнул Павел. – Топай! Ну! Надоел уже со своими закидонами! Вчера представление устроил! Сегодня! Катись отсюда!

– Ну, все! – Галкин сжал кулаки, наклонил голову и пошел на Быковского.

– Прекратите!

Как же Маканину все это достало! Прошедший месяц, начиная с каникул в Питере, был одним сплошным кошмаром. Вот и сейчас перед ней происходило что-то невозможное.

– Ты что себе позволяешь? – заорала Олеся, наскакивая на Галкина, при этом отталкивая Павла, оказавшегося на ее пути. – Зачем ты сюда пришел? В школу? Вот и топай в свою школу! Кто тебя здесь трогает? Хочешь показать, что ты круче всех? Ни фига ты не круче. Ты уже всех утомил. И меня в первую очередь. Я тебя видеть не могу!

– Дура! – коротко крикнул Серега. – Они же над тобой издеваются. Я защитить тебя хотел!

– Ты бы от себя сначала защитил! – надрывалась Маканина. Ух, какая она сейчас была злая. – Там, где ты, сплошные неприятности! Прекрати ко мне цепляться. Помочь хочешь? Не нужна мне такая помощь. Понял?

– Не нужна, значит, да? – Взгляд Галкина стал тяжелым.

В нем сейчас боролись две силы. Одна толкала вперед, в драку, он всегда был убежден, что только силой можно было доказать свою правоту. Но драка не помогла бы. Он не столько понимал, сколько чувствовал это, глядя на одноклассников – в холодные глаза Павла и испуганные Олеси. Она боялась, но не за него. Боялась самой драки, новых проблем. Это-то его и держало на месте.