Дитя лагуны - Сонда Тальбот

Мое знакомство с Эриком Торландом состоялось…» — Пальцы Мик прекратили свой полет над клавиатурой. Нет, не состоялось. Слишком уж официальный тон для того, чтобы писать об их знакомстве… Может быть…

«Мое знакомство с Эриком было весьма необычным, я бы сказала, особенным. Вместо радости, гостеприимства и…» — Мик укусила губу и почесала зудевшее запястье. Ну и чего же еще? Нет, похоже, она использует слишком много слов… Что ж, напишем по-другому…

«Вместо радости и гостеприимства, которых я ожидала от жителя благословенной лагуны, я получила ведро холодной воды на голову. Эрик сразу догадался о том…» — Черт, нет. Вначале нужно было написать о том, как она его увидела. Нагой морской бог, выплывший на поверхность океана… Нет, не выйдет. Это статья для серьезного журнала, и вряд ли редактор одобрит «нагого морского бога», чьим прекрасным телом Мик так бесстыдно любовалась… «Откровения» вряд ли это допустят. У каждого журнала есть свои рамки… Хорошо. Сосредоточься, Мик, сосредоточься…

Мик затянулась сигаретой и беспомощно посмотрела на экран монитора, словно белые листы и черные буквы могли ей чем-то помочь. Итак, статья не идет…

И она поняла, почему. «Откровения» были рассчитаны на светских дамочек, которым было бы очень странно читать о ловле рыбы и отсутствии электричества в доме. Они хотели получить карамельку, сладкую конфетку, рассказ о том, что Эрик Торланд — туземный принц, а рыбак только по случайности. О том, что он живет если уж не в роскошном дворце, то хотя бы на вилле. О том, что ходит он вовсе не в пропитанной потом рубашке, а как минимум в футболке от «Версаче», пропитанной ароматом от «Ральф Лаурен»…

Спору нет, Мик и самой нравился «Ральф». Но терпкий запах Эрика нравился ей куда больше. И потом, в его доме не было туалетной воды…

Да бог с ней, с водой… Мик не хотела «причесывать» образ Эрика, а Лаэрт, напротив, хотел получить обворожительного принца. Что же делать? Как угодить ему и написать хорошую, искреннюю статью? Наверное, никак…

Размышления Мик прервал телефонный звонок.

— Алло? — раздраженно отреагировала она.

— Привет, золотце.

— Лэрри?

— А что, ты меня не узнала? Как продвигается работа?

— Нормально, — мрачно солгала Мик. — Хотя… могло быть и лучше, — добавила она. Вот это было куда ближе к истине.

— Ничего, золотце, уверен, у тебя все получится. Главное, помни о тех, для кого ты пишешь…

О, как бы она хотела забыть об этом!

— Да, Лэрри. Я помню.

— У меня для тебя хорошая новость, — весело сообщил ей Лаэрт.

— Какая же? — вяло откликнулась Мик.

— Послезавтра у меня вечеринка. Людей много, и все — известные…

— Ну и?

— Ну и? — разочарованно переспросил Лаэрт. — И это вся благодарность за мое приглашение?

Вот черт! — чуть не вырвалось у Мик. С чего он взял, что она хочет тащиться на эту дурацкую вечеринку?! Да еще и у него дома! Наверняка там будет его жена!

— Спасибо, конечно, — пробормотала Мик, пытаясь найти предлог, чтобы отказаться от этой затеи. — Но там… там будет твоя жена…

— Она тебя не съест. Гостей будет очень много, поэтому Ольга даже не заметит твоего присутствия…

Как и ты… — хотелось закончить Мик, но она смолчала.

— Все равно… Мне самой неловко. Разве тебе не кажется, что это — дурной тон?

— Что именно? — насторожился Лэрри.

— Приглашать любовницу на вечеринку, где будет жена.

— Брось, золотце… Мне необходимо, чтобы ты пришла туда.

— Но зачем? — удивилась Мик.

— Хочу тебя кое с кем познакомить… Если повезет, эти люди помогут мне вырваться из тисков, в которых держит меня мой тесть.

— Неужели? И кто эти люди?

— Узнаешь, когда придешь на вечеринку. Не хочу обсуждать это по телефону. И еще, золотце, постарайся закончить статью поскорее. Она нужна «Откровениям». И не забудь про вечеринку. Договорились?

— Договорились…

Мик вздохнула и положила трубку. И зачем только она ее взяла? Идти на вечеринку у Лаэрта хотелось так же, как умирать. Люди, которые ей совершенно неинтересны, жена Лаэрта, да и сам Лаэрт — довольно скучный и амбициозный тип…

Мик чувствовала, что после возвращения с ее глаз упала пелена. И жить без этой пелены стало намного сложнее. У нее больше не было иллюзий ни насчет Лаэрта, ни насчет этого города, оплетенного сетями асфальтовых и железных дорог, усеянного кольями зданий, заваленного трупами людских грез и миражей… Мик надеялась, что сможет отогреться воспоминаниями об Эрике, но, увы… Эти фрагменты счастья не могли сложиться в полную картину, а потому причиняли боль… И все же, волей-неволей, Мик должна была возвращаться к ним — ведь она писала статью об Эрике. А статья без ее чувств была бы кастрированной, неполноценной… Впрочем, именно такую статью и хотел получить от нее Лаэрт…

Мик прикрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Еще там, в лагуне, она думала о книге, которую ей хочется написать. Ее желание не исчезло, не растворилось в суете городского шума. Она по-прежнему хочет писать об Эрике, о Тихой лагуне, о маленьком оазисе счастья и любви, притаившемся среди океана…

Может быть, ей стоит начать книгу? А статья пусть дожидается того времени, когда у Мик появится настроение. Правда, Лаэрт просил ее поторопиться. Но она постарается не задерживать статью, сдать ее в срок. Что ж, пусть так и будет… Не стоит наступать на горло собственной песне, даже если эта песня — крик отчаяния…

Закрыв документ со статьей, Мик создала новый. Подумав, она написала заголовок: «Дитя лагуны».

«Будь благословенна тихая лагуна, маленький оазис счастья! Если перед смертью я вспомню о чем-то самом важном и самом прекрасном для меня, — это будешь ты…» — Мик не секунду замерла, окинув написанное критическим взглядом. А что?.. Не так уж и плохо…

И ее тонкие пальцы снова взлетели над клавиатурой.

Судя по всему, она, как обычно, опоздает… Мик нервно вонзила ключ в скважину и сделала два оборота.

И зачем она только пообещала Лэрри пойти на этот дурацкий прием?! Начать хотя бы с того, что она никого там не знает. Кроме, разумеется, самого Лаэрта и его жены, которую Мик хотела видеть в последнюю очередь. Обычно осмотрительный Лэрри на этот раз вел себя крайне неосмотрительно: пригласил любовницу на вечеринку, где будет присутствовать жена…

И вообще, Мик заметила, что в последнее время, после ее возвращения, он вел себя как-то странно. Раньше Лэрри не приходило в голову звонить и спрашивать, что она делает в следующий уик-энд, заезжать к ней практически каждый день и предлагать поужинать в ресторане. А теперь… Он словно бы чувствовал, что Мик увлечена другим. И не просто увлечена, а любит другого…