Сердца пятерых - Арлин Джеймс

— И это сработало, — осторожно сказала Мэтти.

— Что мне оставалось делать, кроме того, чтобы пытаться наладить семейную жизнь? Я убеждал себя, что она, может быть, и не воплощение моей мечты, но все не так уж плохо. Она была всегда… очень сексуальной. Я считал, что это что-то значит. Что, возможно, в этом отношении она лучше других женщин. Но главное — дети. Трое детей — это огромная ответственность.

— Четверо — еще большая.

— Кэнди Сью родилась незапланированно, — ответил ей Оррен. — Грейс была в ярости, когда узнала, что снова беременна. Она хотела сделать аборт, но я не желал и слышать об этом. И тогда она возненавидела меня. А вскоре подыскала мне замену.

— Так что ты обрел свободу, — подытожила Мэтти. — Ты, должно быть, очень боялся повторить ошибку.

— И сейчас боюсь, — согласился он. На ее лице тут же появилось испуганное и неуверенное выражение. — Я говорю не о том, о чем ты подумала, — поспешно сказал он. — Я нисколько не сомневаюсь в своих чувствах к тебе или в твоих чувствах ко мне.

— Тогда это в с… — она сглотнула, — в физическом отношении?

— Что? В каком физическом отношении? — Тут он понял. Секс! — О! — Он засмеялся. — Ни в коем случае! Я хочу сказать… Мэтти, меня влечет к тебе так, как ни к одной женщине. Эта сторона меня совершенно не беспокоит. Мне только казалось, что я люблю Грейс. Но тебя я люблю по-настоящему. Я знаю это. Ты такая, о какой я всегда мечтал…

Наверное, он нашел правильные слова, потому что она снова прижалась к нему. У него забилось сердце, и он решил, что им обоим надо почувствовать то, что их ждет в будущем. Он наклонил голову и поцеловал ее. Этого оказалось недостаточно. Он прижался к ней, чтобы она почувствовала, как он жаждет ее, и стал ласкать языком маленькую впадинку под ее ухом. Мэтти отреагировала таким восклицанием, что он почувствовал нестерпимое желание. Он скользнул губами по ее шее, его рука инстинктивно потянулась к ее груди, и Мэтти подалась ему навстречу.

— Оррен! — Она подняла его голову, ища его губы. Он сильнее сжал рукой ее грудь, но не слишком сильно, изумляясь тому, какое у нее крепкое тело. Она простонала, когда он снова страстно поцеловал ее. Оррен был настолько захвачен желанием, что не следил за дверью и не заметил, что она открылась.

— Мэтти!

— Папа!

Оррен, моргая, посмотрел на высокого, крепкого черноволосого мужчину со свирепым взглядом и подумал, что более неблагоприятного момента для знакомства с Эвансом Кинкейдом придумать было невозможно.

— Мистер Кинкейд, это совсем не то, что вы могли подумать.

— Не то, что я мог подумать? — скептически повторил Кинкейд. — Даже ваши дети в курсе того, что здесь происходит!

— Нет, сэр. То есть они могут быть… Я хочу сказать, что они знают, как я отношусь к Мэтти. Они, возможно, понимают, что я хочу…

— Соблазнить мою дочь? — таким же скептическим тоном сказал Кинкейд.

— Папа!

Эванс Кинкейд схватил дочь за руку.

— Ты пойдешь со мной, милочка!

— Не пойду!

— Последний раз, вернувшись домой отсюда, она плакала, — обвинил Оррена Кинкейд. — Я сказал, что ей не следует возвращаться в этот дом, но она утверждала, что нужна детям. Я сказал ей, что она должна уйти в ту же минуту, как вы появитесь в дверях. Она обещала быть дома к семи часам. Я знал, что что-то не так, уже через минуту после этого срока! А теперь моя дочь поедет домой! — Он потащил Мэтти из комнаты в коридор.

— Сэр, если бы вы выслушали… — начал Оррен, идя следом.

— Достаточно того, что я видел!

— Папа, прекрати! — Мэтти вырвалась.

Оррен бросил взгляд на детей, прижавшихся друг к другу. Как он объяснит все это им? Но он не мог позволить себе роскошь думать об этой проблеме в данную минуту.

— Сэр, пожалуйста, позвольте мне все вам объяснить. Я люблю Мэтти и…

— Это не любовь! — воскликнул Кинкейд, показывая рукой на спальню.

— Мэтти любит меня, — упрямо продолжал Оррен.

— Это правда, папа, — подтвердила Мэтти. — Я люблю его!

— И мы собираемся пожениться! — сказали они в один голос.

Эванс Кинкейд взглянул на Оррена и поджал губы.

— Только через мой труп! — заключил он и с этими словами вышел из дома.

Оррен охнул.

— Черт! Мэтти, я очень сожалею. Ни за что на свете я не позволил бы такому случиться.

— Это не имеет значения.

— Не имеет значения? Дорогая, это же твой отец! Это, безусловно, имеет значение. Мы должны поехать к нему, все объяснить.

— Это не поможет, Оррен. Я знаю его лучше, чем ты.

— Мэтти, я не могу это так оставить. Я не смогу спокойно жить, зная, что вбил клин между тобой и твоим отцом.

— Мне надо сделать пару телефонных звонков, — решительно сказала Мэтти и направилась в кухню.

— Кому ты звонишь? — Оррен последовал за ней.

— Священнику, — сказала она, ища номер в телефонном справочнике. — Его зовут его преподобие Болтон Чарлз. Это пастор нашей церкви.

— Ты считаешь, что он может помочь?

Она сняла телефонную трубку.

— О да!

— По телефону?..

Мэтти улыбнулась.

— Нам же надо найти кого-то, кто сможет побыть с детьми, — мягко пояснила она. — Думаю, что предстоящий разговор только для взрослых. — Она начала набирать номер.

Оррен кивнул и глубоко вздохнул.

— Я же говорил своей дочери, что ты умница.

— Нашей дочери, — поправила Мэтти.

Он целовал ее, когда Болтон Чарлз снял трубку.