На расстоянии вдоха - Оливия Гейтс

Скарлетт взглянула на него, в ее огромных глазах читались удивление и тревога.

– Поверь, мы хотим видеть членом нашей семьи и Скарлетт, – поспешил добавить Хасимото. – Это то, над чем, мы надеемся, ты подумаешь. Возьми нашу фамилию и породнись с нами.

Райден вздохнул:

– Это очень щедрое предложение, Такэо-сан, но я по-прежнему должен отказаться.

– Почему? – спросила Мегуми, нарушив свое обычное молчание. – Наш брак был бы катастрофой. Но ты должен стать моим братом. И я очень хотела бы, чтобы Скарлетт-сан стала моей сестрой.

– А так как Хасимото-сан согласился отдать мне руку его дочери, – подхватил Хиро, – я стану не только твоим другом, но и братом.

Радуясь за него и Мегуми, Райден снова хлопнул его по спине.

– Ты времени зря не теряешь, верно, Хиро? Одобряю. – Он повернулся к Мегуми, чье лицо окрасилось в нежный розовый цвет. – Для меня вы двое – то, что когда-то было целым и которое потом разделили. Я рад, что вы снова станете единым целым.

– Так ты подумаешь? – спросила Мегуми, умоляюще глядя на него. – Не отказывайся.

Райден обратился к Хасимото:

– Я не забыл, что вы говорили о Скарлетт. Она была и остается самым необыкновенным и героическим человеком, которого я знал. Я не только перед ней благоговею, но уважаю и восхищаюсь. Я постараюсь быть достойным ее и, уж точно, не позволю, чтобы ее терпели как неизбежное зло только потому, что ваша семья нуждается во мне.

Скарлетт взяла его за руку:

– Господин Хасимото находился под сильным давлением, не говоря уже о предрассудках.

Такэо ухватился за спасательный круг, брошенный ему.

– Это правда, и теперь я сожалею о своих мыслях и словах. Вы, Скарлетт-сан, угрожали интересам моей семьи. Сможете ли вы принять мои извинения и заверения в том, что мое мнение было вызвано невежественностью и эгоизмом и я от него раз и навсегда отказался?

– Конечно, принимаю, мистер Хасимото, – с жаром проговорила Скарлетт. Райден попытался запротестовать. Она обняла его, вкладывая в свой взгляд всю любовь. – Прошлое осталось в прошлом. Давайте помнить только хорошее и смотреть вперед, в прекрасное будущее.

Скарлетт притянула его голову к себе и прильнула к нему в страстном поцелуе.

– Нам обоим нужна семья, которая заменила бы нам утраченную. Наш ребенок и другие дети, которые у нас будут, обрадуются большой семье.

Райден был не в состоянии ждать. Он подхватил Скарлетт на руки и направился в спальню.

Услышав ее протестующий крик, он остановился и оглянулся. Смущенные гости встали.

Райден насмешливо приподнял бровь.

– Извините. Вы ждали от меня ответа? Давайте я вас просвещу. Я исполнитель воли Скарлетт. Она хочет, чтобы мы стали семьей, значит, мы ею станем.

Лица гостей расплылись в улыбках.

Райден отпустил Скарлетт, чтобы сжать в объятиях людей, которые станут их семьей.

Вслед за этим последовали благодарности. Все были возбуждены, особенно женщины, которые пришли в восторг оттого, что станут подругами. Когда с этой частью было покончено, Райден снова подхватил Скарлетт на руки.

В этот раз гости вняли намеку и начали кланяться. Скарлетт потребовала, чтобы они задержались, потому что она еще не предложила им выпить. Но в этот раз Райден был непреклонен, и троица поспешила к выходу.

Райден окликнул их:

– Я рад, что мы станем семьей. Но помните, это только потому, что так захотела Скарлетт. Вы ей обязаны.

Они согласились с этим. И Райден наконец сумел добраться до спальни.

Уложив Скарлетт на кровать, он снял одежду сначала с себя, затем с нее и заключил ее в объятия.

– Я собирался отказаться, – сказал Райден, целуя Скарлетт.

– Но ты этого не сделал, и теперь у тебя есть все, о чем ты мечтал и чего ты заслуживаешь. И мне не придется винить себя в том, что я заставила тебя отказаться от таких важных вещей.

– Они будут важными только потому, что я разделю их с тобой. Но если бы не твое великодушие, я не принял бы предложение Хасимото. Поэтому они тебе обязаны. А я обязан тебе своим счастьем, своей жизнью.

Скарлетт притянула Райдена к себе:

– Это я обязана тебе своим счастьем.

И она подарила ему не только свое тело, но и душу. Райден почувствовал, что он обрел дом. Навсегда.