Три приятеля - Д. Артемьев

– Не то слово, – ответил Леня.

– А ты хоть знаешь, сколько он получает?

– Все я знаю, – недовольно ответил Леня, – но как нам ему регулярно подкидывать, не знаю. Чтобы не обидеть, чтобы жена не пилила. Она на это дело мастер.

– А я придумал, – гордо прогудел Стас, – и ждал момента, чтобы об этом с тобой поговорить. Смотри. Надо договориться с Илгой, чтобы она начала приглашать Мишку на консультации. В Данию и сюда. И оплачивать, понял?

– О Боже. Стас, скажи, недоумки всегда крупные? Но, но, не дерись, не маши лапами. Ишь, сжал кулачонки! Пойми, по-настоящему на Западе нужны лишь единичные врачи из России.

– Ну, это я понимаю.

– Мишка, я думаю, здесь ни на хер никому не нужен. А если мы с тобой оплатим ему хоть одну консультацию, пусть даже через Илгу, то он все прекрасно поймет. В таком случае лучше просто дать ему денег.

– И что? Они с женой их истратят. Его дура сменит диван на что-нибудь кожаное, итальянское, с позолотой, и все – денег нет.

– Это ты напрасно. Она не дура. И Мишка тоже не дурак. Просто они такие люди. Они всегда бедные, им всегда не хватает. У меня очень незначительные потребности, у тебя – чуть больше, поскольку ты тратишься еще и на бензин. Это оттого, что нам не надо заботиться о быте. Как тебе это объяснить? Мы потенциально можем много, как, например, любой горожанин может хоть каждый день ходить в театр. Это вызывает зависть у сельского жителя. Вполне, может быть, обоснованную. Но правда заключается в том, что мы в театр ходим крайне редко.

– Да понял я. Ты, конечно, как всегда, прав. Но что же нам делать с Мишкой?

– Есть два способа, – ответил Леня. – Первый – это заставить его работать на себя. Частная практика и тому подобное. Но он очень советский, не получится. Я пробовал с ним говорить и понял, что нужного типа предприимчивости у него нет. Второй способ более перспективен. Однако он нуждается в тщательном анализе и в твоей помощи, точнее, в твоих связях.

– Говори, – заинтересовался Стас.

– Я имею в виду двигать его по служебной лестнице. Вначале сделать из него зама главврача, потом пусть защитит докторскую, потом протолкнуть его на главного. Если не здесь, то в какой-нибудь другой больнице. Есть и несколько иная разновидность карьеры. Всунуть его в медицинские начальники. Лучше всего директором департамента, на худой конец – его замом. В городе или области. Он войдет в номенклатуру. И пост главного у него в руках.

– Да, Леня, – загудел Стас прямо в ухо, – эта штука у тебя работает.

Он хотел ткнуть пальцем в Ленину голову, но тот ловко уклонился и заорал приглушенным голосом:

– Опять руки распускаешь! Можешь высказать свое восхищение вербально, то есть простыми русским словами.

– Могу. Ты самая умная, самая находчивая жопа!

– Мда. Напрасно я все-таки призывал тебя пользоваться речью, – с горечью произнес Леня, – нет, напрасно.

– Мы сделаем это так. – Стас просто не обратил внимания на Ленино выступление. – Мы устроим баньку с вице-губернатором или с самим. А может, отдельно с мэром. Я подумаю. И притащим Мишку. Для начала ничего говорить не будем. Мишка сам наврет с три короба. Да и у каждого в семье кто-нибудь да болеет. Это тоже надо учесть. Таким макаром мы введем доктора в этот бомонд.

– Нормально, – оценил Леня.

– И еще. – Стас был полон энтузиазма. – Введем его в какую-нибудь медицинскую комиссию по линии законодательного собрания. Там есть пара говнюков, обязанных мне, как… ну, не знаю как.

– Толково излагаешь, – похвалил Леня.

– Да иди ты. И будет наш Мишка крутиться и попадаться на глаза. А там подскажем, кому нужно.

– Крутиться – это хорошо. Только бы нам его жена башку не открутила.

– ?..

– Выпивать будет.

– Не без этого. А что, так он трезвый ходит, а?

– Пожалуй, нет. Тут ты прав.

Заговорило бортовое радио. Самолет пошел на снижение.