Василиса едет в Москву - Ярослава Лазарева

Июнь в Москве выдался очень знойным. Василиса привыкла на базе постоянно купаться в жару, и сейчас ее безумно раздражало, что она проводит такие ясные солнечные деньки в цехе. Хорошо, что в квартире Севы был установлен кондиционер. После смены она спешила туда, долго стояла под холодным душем, а затем валялась в кровати в коротком сарафане на голое тело, наслаждаясь прохладным воздухом. Сева старался не смотреть на нее в эти моменты. Но его голова, словно заведенная, постоянно отворачивалась от монитора, взгляд скользил по линиям ее тела, по вздымающейся груди, по приоткрытым губам. Часто он не выдерживал и ложился рядом, начиная целовать девушку. Он быстро распалялся, Василиса не уступала, и, как правило, это заканчивалось бурной ссорой. А потом Сева долго не мог настроиться на рабочий лад.

Как-то они уснули вечером возле работающего телевизора. Василиса жутко устала после смены, Сева только что сдал первый экзамен и тоже чувствовал себя полностью вымотанным. Их разбудил чей-то тихий смех. Сева сразу проснулся и сел. Василиса не шелохнулась, только открыла глаза. Возле кровати стоял Тео и насмешливо смотрел на них.

– Ну-ну, детки! – сказал он. – Вижу, как мой сынок готовится к экзаменам!

– А что? – агрессивно поинтересовался Сева и встал. – Я сегодня первый уже сдал и на «отлично», между прочим!

– Молодец! – похвалил Тео.

– А ты, папа, мог бы и звонить, а не входить вот так без предупреждения в квартиру. Все-таки я уже не один живу! – сурово проговорил Сева.

– Извини, я не прав, – согласился Тео. – Лис, вставай и приходи на кухню. Мне тебе кое-что отдать нужно.

Василиса кивнула. Когда ребята появились на кухне, Тео уже сварил кофе и сидел за столом. На краю лежал конверт.

– Это тебе просил Олег передать, – сказал он. – Знаешь, он уезжал в Милан на пять дней по работе, вот вчера вернулся. Сказал, что твой телефон отключен.

– Да, я сейчас всегда его отключаю, когда спать ложусь, – пояснила Василиса и взяла конверт. – А то вечно то кто-нибудь ошибается номером, то еще что-нибудь. Выспаться не дают. А мне рано вставать вообще-то. Я ж все еще на заводе тружусь.

– Понятно, – равнодушно ответил Тео и начал пить кофе.

Василиса открыла конверт и достала деньги.

– Как ты понимаешь, это за работу, – пояснил Тео. – В рублях, конечно.

Она улыбнулась, кивнула и вышла из кухни. Сева хотел пойти следом, но потом опустился на стул напротив отца.

– У тебя это что, так серьезно? – поинтересовался Тео. – А нужна ли тебе эта девочка из провинции? Смотрю, вместе уже живете.

– Люблю я ее, – хмуро ответил Сева.

– Поучать я тебя не собираюсь, все равно это бесполезно! – сказал Тео. – Но смотри, потом не жалуйся!

– Это ты о чем? – усмехаясь, спросил Сева.

– Юная прелестная провинциалка, – задумчиво проговорил Тео. – Насмотрелся я на таких. Хоть и выглядят все поначалу невинными овечками, но таким палец в рот не клади. Уж можешь мне поверить! Акулы!

– Василиса – исключение, – ответил Сева и вздернул подбородок. – Она – ангел!

– И женишься на этом ангеле? – уточнил Тео.

– Собираюсь!

– Хорошо, что хоть у тетки она прописана, – добавил он.

– Знаешь, не все такие меркантильные! – с запалом проговорил Сева. – Так что ты со своими рассуждениями о прописках, провинциалках-хищницах и тому подобном тут не в тему! Василиса точно не такая! Она – особенная девушка! Ее все это мало интересует.

– Ладно, в конце концов, боль всегда полезна мужчинам, – произнес Тео странную фразу и встал. – В общем, я пошел. Дела у меня еще. Я на минутку заехал, посмотреть, чего и как. Ну и Василисе деньги завез.

– Давай, пока! – равнодушно сказал Сева.

Когда Тео ушел, он отправился в комнату и застал подругу за тем, что она сидела возле своей раскрытой дорожной сумки и старательно засовывала конверт под картонку на дне.

– Что ты делаешь? – изумился Сева.

– Деньги прячу, – ответила она. – Там такая сумма! Для меня это настоящее богатство! Я в жизни таких деньжищ в руках не держала! Даже и не знаю, как сейчас спать смогу. А вдруг их у меня украдут?

– Кто? – расхохотался Сева.

– Да хоть бы и ты! – хмуро ответила она, закрыла сумку и попыталась засунуть ее под кровать. – Ты ведь сам-то не работаешь! На папенькины деньги проживаешь, ну и стипендия еще какая-то. Но это все мелочь!

Василиса вновь вытащила сумку, открыла шкаф, достала с нижней полки коробки с обувью и устроила сумку там. Затем заставила ее коробками. Сева молча наблюдал за ней. Его лицо стало грустным.

– Разве тебе недостаточно тех денег, что я даю? – тихо спросил он, когда она закрыла шкаф и села на кровать.

– Так то на хозяйство! – ответила Василиса и хмуро глянула на него. – Знаешь, миленький, не понять тебе всего! На эту сумму, не поверишь, но я могу землю в нашей деревне купить, понимаешь? И начать дом строить. А жилье – это все! Свой угол всегда нужен!

– Так у тебя же, ты говорила, дед с бабкой там остались и у них дом. Наверняка, после их смерти он тебе достанется.

– Достанется точно! – ответила она и села на кровать. – Они уже и завещание написали, когда в здравом уме были… ну в смысле трезвые. Батюшка наш, отец Николай позаботился, заставил их на меня все оформить, дай бог ему здоровьица! Печется он обо мне, во всем помогает. Так что наследство у меня будет законное.

– Ну вот! А я о чем! Дом в деревне! – улыбнулся Сева.

– Ты бы видел этот дом! – хмуро ответила она. – Пятистенок – развалюшка с дырявой крышей! Правда, земли там много, почти тридцать соток, только бурьяном все заросло.

Василиса замолчала и ссутулилась. Ее лицо приняло задумчивое печальное выражение. Она будто смотрела внутрь себя и видела там только безрадостные картины.

– Знаешь, я тебя действительно не могу понять, – после длительного молчания сказал Сева. – Я ведь хочу жениться на тебе! Мы же сколько раз говорили об этом, строили планы, как заживем одной большой семьей, с детьми здесь в Москве. И зачем думать о каком-то доме в деревне?

– Да кто вас, парней, разберет, – тихо проговорила она. – Сегодня ты хочешь жениться, а завтра мы поругаемся и выгонишь меня вон, в чем была. Так ведь?

Сева улыбнулся, отрицательно покачал головой, обнял ее и начал целовать. Василиса ответила, но потом вдруг отстранилась и сказала, что сумка очень ненадежно спрятана и что она должна подумать, куда ей лучше убрать конверт с деньгами.