Лживые слезы любовницы - Руби Райт

Он и меня звал с собой, но я, конечно же, отказалась. Мне хотелось, правда, очень хотелось. Только как бы это все выглядело?

Среди участников этого сабантуя есть мои студенты, а это значит, поползли бы слухи, чего мне совсем не хочется в нынешнем положении.

С ректором я, мягко сказать, теперь в контрах. Да и Мещеряков, как выразился Макс, не захочет быть связан со скандальной историей. Хотя мне он показался отличным мужиком, без предрассудков и ложных предубеждений. Я не так часто с ним виделась и вижусь, но он создает впечатление толкового бизнесмена, который разбирается в сотрудниках. Да и я его не подводила и не планирую. Мне нравится управлять кафе во всех отношениях: платят хорошо, общаюсь с разными людьми. Кто еще может похвастаться такой должностью в свои не полные двадцать пять?

И вот сегодня мы встретились вновь.

— Добрый день, Екатерина Андреевна, — говорит Мещеряков и проходит в мой кабинет.

— Здравствуйте, Евгений Борисович. Проходите. Кофе? — стараюсь я быть любезной.

— Нет, спасибо. — Присаживается бизнесмен в кресло напротив меня. — Я только что пообедал.

— Как вам кафе? Вы же не были на открытии?

— Мне и не нужно быть. Я получаю отчеты. Ну и теперь я сам убедился, что вы справляетесь со своими обязанностями. Меня радует то, что вы сократили сроки открытия и все успели. Нравится прибыль, которую мы получаем. Да мне все нравится, — воодушевленно говорит бизнесмен, а я улыбалась от услышанного. Приятно знать, что твоей работой довольны. И не кто-то там, а сам Мещеряков. Он известная личность. Крутой предприниматель со смелыми решениями. Он завязан во многих отраслях и часто пробует новое. И надо же, у него все получается, а ему чуть больше сорока. Видимо, бизнес у него в крови.

— Я рада это слышать.

— Только одно мне не нравится. — Делает паузу бизнесмен, и я слегка напрягаюсь. — Буду с вами откровенен, Екатерина Андреевна, я взял вас на работу, только потому что мой крестник, Максим, за вас поручился. Он парень взбалмошный, но когда дело касается серьезных вещей, может собраться. Он так мне вас расхваливал, что у меня и выбора не осталось.

— Макс хороший, он мой лучший друг, — говорю, а в голове перебираю моменты, когда Сережа мне тыкал, что это его заслуга и что это он устроил для меня шикарное местечко.

А оказалось…

— Но сегодня мне настойчиво рекомендовали пересмотреть решение о вашем назначении. — Мещеряков замолкает, и я перестаю улыбаться. Сережа выполняет свое обещание, он решил лишить меня всего.

Но получится ли?

— Я ожидала чего-то подобного, Евгений Борисович. И если у вас связаны руки…

— Что? — усмехается Мещеряков. — Связаны руки? Не смешите меня, Екатерина Андреевна. На мой бизнес могут влиять только я и курс доллара, но уж точно не посторонние. Мне просто интересно, что вы такого сделали Ливанову, что он лично, унижаясь передо мной, просил вас уволить?

— Отказала.

— Смело. Мне такое по душе. Буду знать, что приглашать вас на ужин бессмысленно, — произносит будто с подтекстом. Кажется, что он хочет услышать в ответ: «А вы попробуйте» или что-то в этом роде. И, может быть, полгода назад я бы так и сказала, но не теперь.

— Вы правы, бессмысленно. У меня есть молодой человек.

— Да и я женат. — Мило улыбается бизнесмен и меняет тему. — Вам нравится тут работать? — спрашивает серьезно и наблюдает за моей реакцией.

— Не совсем понимаю ваш вопрос, но да. Очень нравится.

— Через три месяца я открываю отель в Черногории. Небольшой. Это первый мой подобный проект, но на нем я останавливаться не планирую. Так вот, мне нужен директор ресторана там, на месте. Штат сотрудников уже набран, все молодые ребята. Такие как вы, шустрые, дерзкие, активные. Одно ваше слово, и должность ваша…

Глава 41

Мещеряков закончил, а я смотрю на него и молчу. В голове сразу столько мыслей, идей…

Я могу бросить жизнь тут и начать там, с чистого листа и без влияния Сережи. Могу расслабиться и просто работать. Новая страна, новые люди…

— Мне нужно подумать. Или ответ сейчас нужен? — спрашиваю с небывалой надеждой. Такой, как Мещеряков, ждать не станет. Он человек действия. Если не здесь и сейчас, тогда и разговаривать бессмысленно. Но мне он дает отсрочку.

— Две недели вам хватит? — Все еще пристально смотрит, и от его взгляда мне немного не по себе. Я сейчас решаю кардинально изменить свою жизнь.

— Вполне.

— Вот и отлично. — Встает с места Мещеряков. — Все расходы на переезд я беру на себя, не переживайте. С документами тоже помогут юристы моей компании. В общем, всю эту волокиту решим, можете даже о ней не думать.

— Я вас поняла.

— Тогда жду вашего звонка. Сообщите о любом вашем решении.

— Хорошо. Спасибо за предложение.

— Не за что. Умеете вы выбирать друзей, Екатерина Андреевна, — последнее, что сказал Евгений Борисович, и вышел из кабинета.

А я же вновь плюхнулась на стул, сложила руки под подбородком и легла на стол.

Порой Макс перегибает палку и лезет не в свое дело, но я знаю, что он не со зла. Он хочет как лучше для меня.

А может, он прав? Может, мне и впрямь стоит принять предложение бизнесмена и свалить нахер из этого города, из страны? Забыть все, вычеркнуть из своей жизни обоих Ливановых и начать жить иначе.

А смогу ли?

* * *

Если раньше я грезила одиночеством, то сейчас мне хреново от тишины, что душит меня в моей же квартире.

Полвечера я размышляла над предложением Мещерякова. Порывалась позвонить Максу, но в итоге так и не позвонила. Еще не время. Сейчас я могу наговорить ему лишнего, а мне совсем не хочется ссориться с единственным другом.

Я знаю о желании Макса уехать из столицы, он говорит об этом с тех пор, как мы институт закончили. Но не уезжает. И сейчас он выбил место для меня в Черногории, и я на сто процентов уверена, что он тоже хочет махнуть туда. Если я соглашусь. Но не будет ли это намеком на то, что я готова дать шанс его чувствам? Ведь это не так. Да и он хорош. Не выглядит это предложение, как благотворительность. Макс просто хочет