Развод. Уходи навсегда - Лана Полякова

Сложно определиться.

И они с Яром в результате склонялись к Пироговской школе. Или к лицею в Хамовниках. И вовсю готовились к поступлению.

В целом примерно район будущего проживания мы определили и пришло время искать риелтора.

Я случайным образом обратилась в агентство недвижимости.

Очередной раз провожая Данилку, заглянула в офис, что располагался рядом.

Излишне разговорчивая женщина с удовольствием обещала найти нам подходящий вариант. Тем более что выкупать квартиру мы будем сразу без ипотек и прочих сложностей.

А когда в первый раз встретились с ней вместе с Ярославом, то женщина начала, отчего-то нахваливать дома за городом для нас.

И привела в пример своего недавнего клиента, который купил домик для своей невесты в Новой Москве. Ведь бедная женщина так страдала от нападков бывшей жены. Безжалостная и жадная бывшая отобрала у несчастной квартиру, вынудила переехать к жениху, и бедняжке приходилось ютиться в обычной трёшке здесь рядом на углу Мосфильмовской. Вдвоём с женихом.

Мы переглянулись с Ярославом и отказались от услуг этого болтливого риелтора. Не стоило искать услуг рядом с квартирой Владислава.

– Жадная бывшая? – фыркнула я, выходя на улицу.

– Безжалостная женщина! – Ярослав обнял меня, и притянув к себе, наконец-то поцеловал.

Нежно. Прижался губами вначале к одному краю моего рта, затем к другому. Потом ласково обхватил мою нижнюю губу и тихонько лизнул.

И отстранился!

Потянулась за ним следом, чуть ли не рыча, а этот искуситель чмокнул меня в нос!

Ох!

Время летело неумолимо, и вот я уже начальник отдела!

Этим вечером мы с Ярославом решили вдвоём поужинать. Отметить моё повышение.

В ресторане. Помпезном.

Среди фарфора и хрусталя, отражающего свет многочисленных ламп.

Душа требовала праздника и торжественности. Хотелось именно классического торжественного ужина в обстановке.

Я выгуливала новое платье, что мы с Маринкой в припадке расслабляющего шопинга купили недавно.

Мне платьишко безумно нравилось. Тёмно-сливовый шёлк. Изумительный материал и сложный цвет. Зато простой приталенный крой, демонстрирующий фигуру. Ласково струящийся по талии и подчёркивающий бёдра шёлк обнимал при каждом шаге мои колени.

Я в нём нравилась сама себе. Я чувствовала себя красавицей с искусно уложенными в низкий узел волосами и сияющими глазами.

Поймав наше с Яром отражение в зеркале, когда мы поднимались по лестнице, я остановилась, ошеломлённая.

Мы вместе такие красивые!

Негромко наигрывал что-то знакомое пианист. Через несколько тактов к нему присоединились две виолончели и ещё чуть позднее заплакали скрипки, нежно вплетая свою мелодию.

Мы сделали заказ, и официант разливал нам выбранное вино, обернув бутылку салфеткой.

Как-то по-особенному настроен свет в этом зале. Когда льётся в бокал вино, хрусталь начинает играть гранями. Красиво.

Ярослав чуть-чуть улыбался, глядя на меня, и поглаживал ножку бокала большим пальцем.

Чувствую, готовит мне сюрприз!

Мы были так увлечены друг другом, что не замечали никого вокруг.

А зря!

– Празднуеш-ш-ш-шь? – прошипел рядом знакомый голос.

Тридцать девятая глава

Всё настроение, желание торжества и предчувствие праздника осыпалось с меня осколками. Тоненькими иголочками стеклянного крошева оседая в горле при вдохе. Стало холодно. Будто не в тёплом зале, а на морозном ветру нахожусь.

– Добрый вечер, Владислав! – повернула голову и посмотрела на бывшего мужа.

Да. Жизнь проехалась по нему изрядно. Лицо землистого цвета, глаза лихорадочно блестят. Да и под глазами мешки. И весь какой-то несвежий.

Что, кипенно-белые сорочки теперь не в чести? Разонравились?

– Издеваешься? Какой добрый? – Влад отодвинул стул и присел к нам без разрешения, поставив локти на стол, и закрыл лицо ладонями.

– Из-за тебя Иришка потеряла наших детей. – проскрежетал он сдавленно сломанным голосом.

– Влад! Окстись! При чём здесь я? Не сходи с ума! – возмутилась я.

Что за чушь? В чём ещё он меня обвинит?

– Ты пожадничала с квартирой, и это подкосило, стало ударом для и без того слабой Иришки. – глухо в ладони проговорил мой бывший муж.

– Так ты же купил ей домик, разве это не утешило твой нежный цветочек? – не сдержалась, вставая.

Хватит с меня. Слушать бред, что висит ломтями на ушах этого сумасшедшего, я не намерена. Эти домыслы не касаются меня.

– Откуда ты знаешь про дом? – тут же подозрительно зыркнул на меня Владислав, вставая из-за стола и перегораживая нам с Яром путь.

Ярослав напрягся. Я положила ладонь на его предплечье и успокаивающе сжала пальцы.

– Ирина Андреевна в больнице сейчас? При таком сроке выкидыш опасен. Торопился бы ты к ней лучше. – проговорила я, глядя на набычившегося бывшего и не желая конфликта.

– Ирочка дома, зачем ей в больницу? Она меня гонит уже давно и видеть не может! Даже обнять не даёт! – поднял на меня больные красные глаза бывший муж и припечатал, – всё из-за тебя!

– Влад! Ты с врачами говорил? Или только со слов своей орхидеи? Если у неё выкидыш двойни на таком большом сроке, то она может умереть от потери крови! Вызывай скорую, а не жуй сопли по ресторанам! Ты меня удивляешь! И дай пройти! – повысила я голос, – ты ещё драку в ресторане устрой!

Шагнула навстречу побелевшему бывшему мужу, и он отступил от меня шаг назад, глядя куда-то над моей головой.

– Кстати, а была ли беременность, Славик? – ухмыльнулась я, проходя мимо.

Честно признаться, Владислав отступил не от меня, а от Яра, но могу же я принять это на свой счёт!

Я неслась к выходу как ракета. Как очень-очень злая ракета. Приняв от Ярослава верхнюю одежду, я выскочила на улицу и хлебнула прохладного весеннего воздуха.

Внутри всё клокотало и дрожало.

Что за идиотизм, и как долго он будет продолжаться? Как можно быть таким дураком? Меня распирало в стороны. Я и злилась на Влада и, к моему изумлению, мне было стыдно. Стыдно, что была замужем за ним? Или что Владислав довёл себя до такого?

– Я не понимаю! За что он так ненавидит меня? – не выдержала я и высказалась, взмахнув руками.

Ярослав взял меня под руку и провёл к автомобилю. Помог сесть, достал с заднего сиденья плед и укрыл мне колени. Захлопнул двери и, обойдя перед капотом машину, сел на водительское сиденье. Включил подогрев сидений.

– За то, что он поступает с тобой как подлец. И за свою подлость он ненавидит тебя, – только после всех манипуляций ответил он мне.

– Зачем нужно было делать это так отвратительно? Что я ему сделала? – уже тише спросила я, кутаясь в куртку.

Хотелось тепла.

– Ты не стала просить