Беременна от Братвы - Мари Фокс

— Не могу поверить, что это действительно ты, — говорит он, подходя ближе. Его глаза ищут мои, и я вижу в них эмоции, тоску и беспокойство. — Я приехал сюда, когда узнал, что ты в Тоскане. Я должен был тебя увидеть.

Я не могу найти слов, чтобы ответить. В моей груди стеснение, водоворот эмоций, которые я не знаю, как обработать. Лео протягивает руку, берет меня за руку, и я позволяю ему это сделать, тепло его прикосновения одновременно успокаивает и тревожит.

— Я знаю, что ты теперь замужем, — тихо говорит он, его голос наполнен смесью грусти и решимости. — Я должен спросить тебя... ты счастлива?

Вопрос повисает в воздухе между нами, и на мгновение я не знаю, как ответить. Счастлива ли я? Правда в том, что я больше не знаю. Счастье ощущается как чуждое понятие, что-то далекое и недостижимое в мире, в котором я теперь живу.

— Лео... — начинаю я, но он перебивает меня, крепче сжимая мою руку.

— Тебе не обязательно оставаться с ним, Сара, — настаивает он, его голос умоляющий. — Я могу помочь тебе. Мы можем убежать от всего этого, начать все сначала в каком-то новом месте. Ты не принадлежишь этой жизни.

Он подходит ближе, его глаза ищут в моих глазах хоть какой-то знак согласия. Было время, когда я любила его, когда он был всем для меня. Он был моим первым поцелуем, моей первой любовью, человеком, с которым я думала, что проведу свою жизнь. Это было до того, как заболел мой брат, до мафии, до Ивана.

Сейчас? Теперь я не могу представить свою жизнь без Ивана, как бы темна и извращена ни была эта реальность. Мысль о побеге с Лео, о побеге в жизнь, наполненную светом и любовью, соблазнительна. Но это больше не моя жизнь. Я изменилась, и я знаю, что не могу вернуться назад.

— Я не могу, Лео, — говорю я, и мой голос полон сожаления. — Теперь это моя жизнь.

— Тебе не место в темноте, — настаивает он, его голос слегка прерывается. — Ты заслуживаешь лучшего, чем это.

Я качаю головой, отдергивая свою руку от его. — Может быть, — признаюсь я, мое сердце сжимается, когда я вижу боль в его глазах. — Я принадлежу Ивану. Я не могу его оставить.

Лео отступает назад, на его лице отражается боль. — Почему, Сара, почему он?

Я колеблюсь, подбирая нужные слова. — Потому что я сделала свой выбор, — наконец говорю я. — Как бы мне этого ни хотелось, я не могу его изменить. Вот кто я сейчас. Я не представляю жизни без него.

Лео смотрит на меня, на его лице смесь недоверия и грусти. — Я не знаю, смогу ли я тебя отпустить.

Глава 17 - Иван

Встреча с итальянцами закончилась быстрее, чем я ожидал, и, когда я ехал обратно по узким улочкам Флоренции, мои мысли вернулись к Саре. Я не могу не усмехнуться, вспоминая ее раньше, как она выглядела такой раздраженной из-за того, что ей пришлось идти одной, ну, не одной с Артемом, что для нее, вероятно, еще хуже. Огонь в ее глазах, дерзость в ее голосе... она всегда пытается надавить на мои кнопки, но я знаю, что она просто пытается выкроить немного независимости в этой жизни, в которую я ее втянул.

Мысль о ней вызывает легкую улыбку на моих губах, но когда я приближаюсь к галерее Уффици, мое настроение меняется. Улицы вокруг галереи полны суеты, но я нахожу место и паркуюсь, чувствуя странное притяжение к ней. Чем ближе я подхожу, тем больше я чувствую потребность увидеть ее, напомнить ей, и себе, о том, что между нами.

Артем ждет снаружи, как обычно, вечно бдительная тень. Он выпрямляется, увидев меня, кивает в знак признания. — Она внутри, мистер Шаров, — говорит он профессиональным тоном.

Я киваю в ответ, проходя мимо него в галерею. Прохладный воздух и тихая атмосфера галереи резко контрастируют с жарой и шумом снаружи. Я начинаю поиски, пробираясь по коридорам и поглядывая на произведения искусства, хотя ни одно из них не привлекает моего внимания. Я сосредоточен исключительно на поиске Сары, моей маленькой дерзкой жены, которая, вероятно, дуется из-за того, что ее оставили одну.

Когда я наконец замечаю ее, моя кровь стынет в жилах. Она не одна. Она стоит с мужчиной, их разговор слишком интимный для меня. То, как они смотрят друг на друга... как будто у них общая история, что-то глубокое, что-то личное. Моя челюсть сжимается, когда я наблюдаю за ними издалека, мои руки сжимаются в кулаки.

И вдруг мужчина обнимает ее.

Красный. Все, что я вижу, красный. Мое зрение сужается, когда ярость заполняет мои вены. Не думая, я марширую к ним, мой шаг длинный и целеустремленный. В ушах звенит, звук моей собственной ярости заглушает все остальное. Как он посмел прикоснуться к ней? Как она посмела позволить ему?

Я настигаю их за считанные секунды. Не говоря ни слова, я хватаю мужчину за воротник и оттаскиваю его от нее, отбрасывая его в сторону с силой, которая заставляет его споткнуться. Прежде чем он успевает отреагировать, мой кулак врезается в его челюсть, и приятный хруст костей, встречающихся с костями, отдается в моих костяшках.

Сара задыхается, бросаясь между нами, ее руки упираются мне в грудь в тщетной попытке удержать меня. — Иван, остановись! — умоляет она, ее голос высокий от паники. — Пожалуйста, не делай этого!

Ее слова едва заметны. Все, о чем я могу думать, это взгляд на ее лицо, когда она была с ним, как она, казалось, знала его, заботилась о нем. Это предательство, к которому я не был готов, рана моей гордости и мои претензии к ней, которые я не оставлю без внимания.

— Кто это, черт возьми? — рычу я, не сводя глаз с мужчины, который теперь схватился за челюсть, пытаясь встать.

Прежде чем Сара успевает ответить, мужчина, Лео, как я думаю, она его назвала, плюет кровью на пол и смотрит на меня, его неповиновение ясно, несмотря на боль. — Ее сердце мое, — говорит он, слова невнятны, но все еще разрезают воздух, как нож.

Его дерзость вызывает во мне новую волну ярости. Я бросаюсь вперед, готовый вбить его