Развод. Последняя измена - Айрин Лакс

— Окей, ты не знаешь, что было между парнями?

— Разумеется, я в курсе, — вздыхает. — Вит перебрал и открыто начал мутить с девицей, такой же пьяный Фил, который планировал сам склеить эту чику, заартачился, началась перебранка, в которой парни добрались и до тебя. Фил заявил, что не прочь замутить с тобой и почему ему этим не заняться, если сам Вит занят другими.

После этих слов в моей груди начинает колоть еще сильнее. Я поднимаю руку, прошу Кира сделать паузу.

Все еще слишком больно думать, что Вит изменял мне столько! Я глупо надеялась, может быть, один-два раза, может быть…

— Он постоянно гулял, да?

— Утешит тебя или нет, но тех шлюх он просто пользовал.

— Нет. Не утешит. Разницы никакой.

— Ты в порядке? Я могу продолжить?

Киваю, а у самой голова раскалывается. Видеть Виталика не хочу, боже… Какой блядун!

— Парни закусились тогда настолько, что даже засрали потенциально выгодный контракт о совместном сотрудничестве. Каждый получил свой кусок, но вместе вышло бы жирнее. На Фила пришлось надавить немного подсластить пилюлю, чтобы он не трепал своим языком. А теперь подумай сама, о какой великой любви может идти речь, если Тарасов на несколько лет совсем пропал из радаров, не общался, держался в стороне, а теперь, что? Воспылал неземной любовью? Или якобы любил… Так почему был все эти годы вдалеке и, блять, ни разу тебя ни в чем не поддержал? Мое мнение — там не пахнет ничем, кроме духом соревнования и желания утереть нос Виту. Ай, посмотрите, я отберу у тебя все — победу, контракты и твою женщину.

— Какой ты циничный, Кир! — говорю с досадой, отложив телефон в сторону. — Если Фил льет в уши сироп, то ты льешь деготь.

— Правда вообще редко бывает сладкой, — пожимает плечами. — Мое дело предупредить. Что делать и как поступить в этой ситуации, решай сама. Просто маленькое одолжение, Ин. Малюсенькое… Можешь меня послушать? И на сегодня я от тебя отстану, честное слово.

— Говори, но ничего обещать не могу.

— Если даже решишь замутить что-то с Филом, то дождись финала соревнований, прошу. Вит сейчас нестабилен. Я не знаю, какую херню он может выкинуть. Просто дай ему шанс…

— Я ему не мешаю.

— Но добьешь, если начнешь крутить роман с его главным соперником. Да ладно, ты это понимаешь. Более того, отомстить хочется, да… За ложь, за обман, за измены… Но не стоит. Ты разочаруешься, тебя затронет больше, чем кого-либо.

— Почему же?

— Потому что ты искренняя и все еще настоящая.

— Льстец.

* * *

Не хочу соглашаться с Киром вслух, чтобы он не сиял, как начищенный самовар. Но после откровений Фила у меня внутри тоже осадочек остался. Меня это царапнуло: не дружил столько лет, а тут — нате, мол, в сложный момент я хочу быть рядом…

Меня держал крючок неведения: что же произошло, почему? Теперь незаполненное место перестало быть пустым.

Выйдя из ресторана, я звоню Филу.

— Привееет! Рад тебя слышать, Инесс. Как дела? Может быть, встретимся?

— Может быть, расскажешь, во сколько ты оценил всю нашу дружбу — и с Витом, и со мной.

— Черт, Ин. Все не так, как ты думаешь! Мне пригрозили… Пригрозили вылетом! Или предложили взять плюшку и сидеть молча. Гонки я бросить не мог… Может быть, я не хватаю с неба звезд, как Вит. Но тоже живу этим.

Опять этот Кир прав. Черт бы его побрал…

Мальчики делят куличики, а он спокойно наблюдает и разводит их по разным углам. Возмущает до невольного восхищения. Наверное, он очень любит играть в шахматы.

— Я все понимаю, Фил.

— Инесс, я действительно в тебя был влюблен тогда, и чувства не ослабли. Сейчас у нас есть с тобой шанс…

— Нет, шанса нет, Фил. Я скоро уезжаю, и у меня не будет времени на интрижки. К тому же вы слишком сильно похожи с Витом. Болезнью к гонкам и куражом… Ничего не выйдет.

— Всего один шанс, Инесс. Одно свидание, развяжи мне руки и ты… не пожалеешь ни об одной минуте, что проведешь со мной.

Глава 32

Инесса

Немного подумав, я соглашаюсь на свидание с Филом. Но переношу его на выходные, снова тону в суете будних дней: салон, встреча с адвокатом, которого посоветовала Лена. Мы встречаемся в среду: адвокат оказывается приятной женщиной за сорок, энергичной, располагающей к себе. После встречи с ней я не чувствую тяжести и подавленного настроения, хотя речь идет о разводе.

А в остальном, весь мир будто сошел с ума в желании рассказать, как сильно я ошибаюсь, разводясь с Виталиком. Я требую себя называть его именно так — Виталик — и никак по-другому, не хочу. Пусть не останется ничего «нашего» даже в том, как я называю его по имени.

Больше всех напирает, что я ошибаюсь, как ни странно, младшенький братец.

— Инеска, не думал, что я скажу, но ты, блин, дура! — выдыхает Антоха. — Он же…

Как же меня все это достало.

— Прикрой рот, маленький говнючок! — обрываю его. — А если до сих пор считаешь его святым, то подумай вот о чем. Вит по-крупному вложился в фонд, который и оплатил твое лечение. Думаешь, он делал это от чистого сердца? Да как бы не так! Класть он хотел на тебя, на того пацана и на всех больных ребят, прикованных к постели. Класть на всех, кто живет только надеждой. А вот на что ему не класть — так это на возможность срубить как можно больше баллов популярности и засветиться на благотворительной вечеринке. Видел бы ты эти вечеринки, Тош, там один образ в десятки тысяч раз дороже их благотворительных вложений. Вылечат одного калеку и несут это как флаг. Добродетели! Лицемеры…

Тоха затыкается.

— Ты чего так, Ин? Ты чего… — тушуется Тоха.

— Прости, Тош, но я не просто так развожусь. Причины есть.

— Это точно? То, что ты сказала?

Я перевожу дыхание.

Блин, может быть, зря я брату это наговорила? Он молодой парень, еще не испорченный совсем, Вит — его кумир, а я обличила его мотивы.

— Клянусь, правда. Тош, мир чуточку сложнее, чем ты думаешь. Я понимаю, Вит — твой