Будешь моей - Арина Громова

Я сразу же сделала вид, что сплю, поэтому лежу тихо-тихо и стараюсь не шевелиться. Чтобы не выдать себя. Чтобы он не понял, что спокойствие мое напускное. На самом деле сердце колотится так сильно, что вот-вот и выскочит из груди.

Ну зачем я позволила ему себя поцеловать! А впрочем… он мой будущий муж. Даже если брак не совсем настоящий…

— Я знаю, что ты тоже не спишь, — неожиданно произносит он.

— Спала, пока ты не разбудил, — отвечаю слишком уж поспешно, для человека, который "только что проснулся".

— Кровать здесь дико неудобная.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Нормально.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— То есть тебе от жизни не нужно самое лучшее?

— Как и всем, — дергаю плечом.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я не вижу, что он делает, но слышу, как меняет положение тела. Он определенно подвинулся ближе. Специально или нет, но факт остается фактом.

Я по-прежнему не боюсь, что он сделает мне что-то плохое, не знаю, откуда такая железная уверенность, но она есть. Но просто осознавать, что он так близко, да еще этот чертов поцелуй!

Хотя какой же он чертов… это был самый лучший поцелуй в моей жизни. Конечно, опыта у меня кот наплакал, но я уверена, что даже будь у меня сотня парней в прошлом, Юнусов был бы вне конкуренции.

Я злюсь на себя. Злюсь на него. На ситуацию.

Почему к такой практически безупречной внешности приложен такой несносный характер?

Для баланса?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Не нужно мне было с ним никуда ехать. Заселяться в этот номер. Ложиться в одну постель. Все это неизбежно, шаг за шагом, толкает меня в пропасть.

— Ты любила его? — снова спрашивает он, и этот вопрос застает врасплох.

Оборачиваюсь: Юнусов лежит на боку, подперев голову согутой в локте рукой и смотрит прямо на меня.

— Ты это о ком?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Ну, этот твой… — брезгливо кивает куда-то в сторону. — Сахарок.

— Ты о Роме? — не могу сдержать улыбку. — Почему сахарок?

— Потому что слащавый придурок. Как ты вообще могла выбрать этого идиота? Там же на лице все написано.

— Ну, справедливости ради, на твоем тоже много нелестного можно прочитать.

— Ну так что там с высокими чувствами?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Нет, — решаю не врать. Не хочу. Да и не не имеет смысла. — А ты? Зачем тебе Милана, если как ты сам сказал, она тебе не очень-то дорога. Ты же попросту тратишь свое время.

— Ну, раньше мне все равно больше не на кого было его тратить.

— Раньше? — цепляюсь. Мне кажется это важным.

— Да, раньше, — не сводя с меня глаз отвечает он. Слишком темно, но я вижу как они блестят и хочется верить, что причиной этого являюсь именно я. — Раньше вообще многое было иначе.

— Например?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Например я думал, что на дух тебя не выношу.

— И что же изменилось?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Оказалось, что это не так. Выношу. Не совсем, конечно, но бывало и хуже.

— Юнусов, ты идиот, — достаю ладонь из-под одеяла и пихаю его в плечо. Он валится на спину и, взмахнув по инерции рукой, сбивает с тумбочки настольную лампу.

В ночной тишине грохот кажется просто оглушающим.

— Ну вот опять. С тобой постоянно происходят какие-то катастрофы.

— Я же не виновата, что у тебя грация мамонта!

— У вас там все хорошо? — раздается стук в дверь.

Я сажусь и, сдерживая смех, закрываю рот рукой. Юнусов сползает на пол и поднимет несчастный светильник.

— А у вас принято бродить ночами по коридорам и подслушивать?

— Я слежу за порядком.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Тогда мойте лучше полы. У вас пыль под кроватью.

Я показываю ему жестом "замолчи" и просто не могу не расхохотаться. Это нервное, не иначе.

Когда она уходит, я продолжаю хихикать, настроения спать и так не было, а теперь тем более испарилось.

— И что смешного? — водрузив несчастную лампу на место, спрашивает Юнусов.

— Не ожидала, что ты умеешь шутить.

— Я не шутил.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Но получилось смешно.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— То есть я клоун, по-твоему? — толкает меня на кровать и нависает сверху.

Все это происходит в игривой форме — кажется, кто-то тоже окончательно разгулялся — но все равно ужасно волнительно.

Его руки находятся по обе стороны от моей головы, и лицо непозволительно близко от моего…

— По-моему, ты меня сейчас раздавишь. Это будет худшая смена бедной админши.

Я стараюсь неловко шутить, но его улыбка наоборот сходит на нет. Он серьезен. Он сосредоточен.

И он слишком горяч, чтобы быть правдой.

— Ратмир, не надо… — вяло протестую скорее для порядка. А на самом деле мысленно подгоняю момент, когда его губы снова коснуться моих.

И они касаются, бессовестно жадно. И я в очередной раз за эту длинную ночь нарушаю все данные себе обещания.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Часть 40

Утро выдалось волшебным. Радовало все — прекрасная погода, птичьи трели за окном, настроение.

От вчерашней непогоды не осталось и следа, лишь почти подсохшие лужи напоминали о том, какой был ливень.

Впрочем, ну как утро… уже день, потому что проспала я все, что можно. Проснулась почти в обед — немыслимо!

Быстро натянув на себя выстиранные и высохшие за ночь вещи, и затолкав завтрак, который уже обед, в крошечном придорожном кафе при мотеле, я села в уже починенную машину. Ее пригнали утром из ближайшего сервиса, разумеется, за дополнительную плату. Парень той девушки, которой ночью Юнусов дал свой номер.

Он не обманул.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

С Ратмиром мы практически не виделись вплоть до этого момента: сначала я отсыпалась, потом бегала на завтрак, а он в это время крутился на улице с парнем из автомастерской. И когда настал момент остаться наедине, я испытала ужасную неловкость. Было стыдно смотреть ему в глаза, ведь теперь нас связывало нечто такое, о чем я даже не могла помыслить еще вчера.

Отец узнает — точно убьет.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Ну ты и спишь, — произнес Ратмир, выруливая со стоянки.

Солнечные лучи уже нагрели салон. Стоит такая жара, что я снимаю кофту и остаюсь в одной футболке.

— Потому что всю ночь не спала.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

После этих слов ощущаю, как стремительно краснеют щеки.

Высунув руку из открытого окна, пытаюсь поймать нагретый ветер. Что угодно, лишь бы не смотреть на него. И теперь совсем не потому, что он мне не приятен.

— А мне показалось, что ты спала лишь бы подольше меня избегать.

— С чего ты взял, что я тебя избегаю?

— Ну, наверное, ты думаешь, что после того, что между нами произошло этой ночью,