Измена. (не)любимая для дракона - Линкси Браун

Я только лишь произношу сиплым голосом, ощущая, как саднит горло:

- Я не делала этого.

Прислуга суетится, кто-то едет за главным целителем императора, а я смотрю лишь в изумрудные глаза моего Истинного и понимаю, как все скверно выглядит сейчас.

- На нем твои отпечатки, твои руки в крови, Амора, - зло рычит Рэйд, маяча за спиной лорда Лэнгранда. - На рукояти кинжала твои отпечатки, дорогая Амора. Посмотри, на твоих руках ее кровь!

Затем он бросает гневный взгляд в сторону Тарэля. На удивление, мой новоиспеченный Истинный совершенно невозмутим и спокоен. Собран, сдержан, так, словно не происходит сейчас нечто ужасное. Но я чувствую, что Тарэль что-то обдумывает.

- А ты что стоишь? - рычит Рэйд. - Глава Ведомства обязан отреагировать на покушение на супругу Советника императора!

- Я не делала этого, - мой голос дрожит, мне в этом доме так не хватает воздуха.

Где-то фоном плачет малышка, зовёт меня, а я даже пошевелиться не могу от того, в каком я сейчас шатком положении нахожусь. И физически и морально...

- Идём, Амора, - протягивает руку Тарэль, абсолютно спокойно. Его голос звучит ласково, тепло, уверенно и непоколебимо.

- Что, будешь выгораживать свою Истинную? - Рэйд проговаривает слово "истинная" с таким отвращением и ненавистью, словно выплёвывает омерзительную сороконожку, а не слово. Затем мгновенно преграждает нам путь к выходу из детской.

Прислуга суетится возле Иллианы, пытаясь привести ту в чувство и оказать первую помощь до прихода целителя.

- Мои люди этим займутся, - с прохладой в голосе отвечает невозмутимый Тарэль, - хотя здесь и так всё очевидно. Амора, мы уходим.

Прежде, чем я успеваю к малышке, Тарэль левитацией заставляет люльку следовать за ним. Два моих чемодана и сумка с вещами дочери остаются, я невербальной магией привязываю к себе и, хватаюсь за ладонь Тарэля.

- Лорд Арраксаский, - с нажимом проговаривает Тарэль и Рэйду ничего не остаётся, как стиснув челюсти, сойти с пути Главы Ведомства. - Ах, да, чуть не забыл. Клятва.

Рэйд сжимает челюсти до ходящих желваков, до скрипа зубов. Его янтарные глаза пылают злостью от полного бессилия. Он знает, что он не может больше манипулировать клятвой.

- Руку, - цедит сквозь зубы Рэйд, впиваясь в меня тажелвм взглядом и протягивает свою ладонью вверх.

Я осторожно вкладываю пальцы, но мужчина больно сжимает. Я не показываю того, что мне это доставляет дискомфорт. В конце концов, сейчас он снимет с меня свой "ошейник".

- Я расторгаю нашу помолвку, Клятва аннулирована.

Стоит ему произнести эти слова, как наши сцепленные руки окутывает зеленоватая дымка. Затем слышится лёгкий треск и дымка оседает на пол болотно-зеленым пеплом.

- Благодарю, лорд Арраксаский, - не скрывая облегчения, произношу я.

Он ещё несколько секунд сжимает мои пальцы.

- Мое терпение закончилось секундой назад, - предупреждает Тарэль, и Рэйд вынужденно отпускает меня.

Как только мы выходим за пределы детской, я наконец-то чувствую себя свободной. Но моё освобождение омрачает произошедшее с Иллианой.

- Я испачкала тебя кровью, - шепчу я тихо, обращая внимание, что Тарэль, взяв меня за руку, действительно испачкался.

- Кровью меньше, кровью больше, сейчас это не важно, - задумчиво отвечает мужчина, спокойно ведя нас к выходу из дома Рэйда.

Я не представляю, что теперь со всем этим делать. Зачем Иллиана это сделала? Выживет ли она? Всё скверно... Очень скверно выглядит. Словно я пыталась убить девушку в приступе ревности. Хуже того, что теперь в этом ещё и Тарэль замешан. Как это отразится на нем? А на мне?! Меня же теперь... Страшно подумать, что меня разлучат с моей доченькой, упрятав в темницы, как подозреваемую!

Всё происходящее словно в тумане. Не замечаю, как мы уже садимся в экипаж, а я баюкаю Ариадну на руках.

- Я не делала этого, - в который раз, как заведённая, говорю я, прижимая малышку и покачиваясь. - Я не причиняла ей вреда. Я не делала этого.

Теперь ощущаю, как меня трясет. Тело бьёт крупная дрожь, малышка начинает плакать, а Тарэль спокойно забирает кроху к меня из рук, успокаивает мгновенно и кладет в люльку.

- Я знаю, - Тарэль слишком спокоен и задумчив, - это сделала Иллиана самостоятельно. Банальный план, чтобы скрыть ее невозможность родить наследника дракону.

- Как ты это понял? - я хватаюсь за его догадку о действиях Истинной Рэйда.

Тарэль молчит и смотрит в окно на особняк Арраксаского, когда мы отьезжаем от него. Мой Истинный не торопится с ответом. Явно что-то обдумывает.

- Всё это скверно так. Что теперь скажут люди? - ещё одно клеймо на мне я не в состоянии пережить. - Что они скажут тебе? Твоя Истинная и замешана в таком деле. Зачем это Иллиане, я не понимаю?

Я обхватываю себя за плечи, пачкая свое платье чужой кровью. Дракон переводит тяжёлый взгляд изумрудных глаз на меня. Сейчас они кажутся дикими, звериными. И, на удивление, меня это не пугает, а напротив - успокаивает. Я знаю, что я под защитой дракона.

- Лично тебе ничего не будет грозить. Я не допущу этого. Я убью каждого, кто рискнет тебе навредить. А насчёт Иллианы... - мужчина делает паузу. - После выздоровления она заявит, что из-за покушения на нее пострадали внутренние органы, целители подтвердят, она сообщит Рэйду, что не сможет теперь иметь детей. Всё просто и предсказуемо.

- Но... Этого не может быть, - я распрямляю плечи и убираю от них руки, начиная рассматривать кровь на пальцах. - Природа не наделяет Истинностью ту женщину, которая не сможет дать потомство своему Истинному.

- Верно, - усмехается невесело мужчина и больше не смотрит на меня, отвернувшись к окну. - Природа не может.

Затем, щелчком пальцев, Тарэль магией очищает мои руки, смывая с них чужую кровь, не забывает и очистить свои. И что-то в словах дракона мне кажется странным...

- Она - не настоящая Истинная? - догадка пронзает разум.

Я округляю глаза и смотрю на Тарэля, словно у него есть ответы на все вопросы мира.

- Настоящая, - после паузы, отвечает дракон.

- Я не понимаю... Как такое возможно? Неужели природа ошиблась? Или богиня?

Я по-прежнему перебираю в голове варианты. Она настоящая, пришла на свадьбу, зная точно где и кто ее Истинный. Но, почему именно на свадьбу? Она должна была давно знать, кто он. Метка проявляется постепенно.

Тарэль молчит. А я выдвигаю