Тише, ты - моя - Алена Худова

— Не надо! — взмолилась я. — Я не выношу щекотку!

— Придется постараться для меня, — хитро ответил он. — Иначе весь рабочий день просидишь у меня в кабинете на полу, на коленях и обнаженная. Ясно?

— Нет! — выкрикнула я, но так и не открыла глаза.

Страм перехватил мои запястья и снова провел зубчиками по моей возбуждённой груди.

Я закусила губу и вцепилась пальцами в пижамные брюки мужчины.

Очередное наказание? За что?

Но мужчина целенаправленно изводил меня, нарочно проводя острыми зубчиками по чувствительной коже, чуть накалывая грудь и вжимая вершинки внутрь.

Я задыхалась от ненавистной мне щекотки. Меня словно с головы до ног пронзали эти зубчики, не давая полноценно вздохнуть. Но вот ужас: чем больше я терпела, тем сильнее промокали мои трусики. Буквально через минуту такой пытки, я вновь готова была разрыдаться. И я снова была близка к тому животному страху, когда не знаешь, до каких пределов может дойти Александр.

— Я вижу, как тебе страшно, — проговорил мужчина, вновь возвращаясь губами к моей измученной груди. — И ты не перестанешь меня бояться, пока не усвоишь: я не причиню тебе зла. Никогда, маленькая. Но пока ты это не усвоила, мне придется тебя намеренно доводить.

Зачем же вообще доводить?!

Я не понимала этого. Но уже благодарно таяла под ласковыми поцелуями. Сейчас на меня нахлынула лёгкая эйфория после пережитой пытки и поэтому поцелуи воспринимались особенно волшебно.

Но мое счастье длилось не долго. Мобильный Страма зазвонил, и курьер сообщил, что привез заказ.

— Ляг на кровать, сними трусики и жди меня, — приказал Страм и спустил меня со своих колен.

Я покорно поплелась в указанном направлении. В конце концов мне действительно надо пройти этот курс.

Устроившись на мягком покрывале, я спустила трусики и принялась ждать. Почему-то теперь пытка вилкой не показалась мне страшной, после испытанной эйфории. Или...

Стоп!

Страм намерено готовил меня к уколам? Он понял, что я испугалась? Хотя я никак этого не показала. А что, если и другие вещи во мне он видит насквозь? И как сильно "насквозь" он меня видит?

Лёжа на кровати и ожидая Страма с голой попой, я чувствовала себя глупее некуда. Хотелось немедленно прикрыться. И, поерзав немного на мягком покрывале, я схватила его за один конец и накрыла ягодицы.

Стало намного легче и спокойнее.

— Я не разрешал укрываться, — строго произнес мужчина, когда вошёл в спальню с пакетом ампул и шприцов.

Меня внутренне передёрнуло от вида этого пакета, и я на долю секунды жалостливо посмотрела на Александра. Но тут же спохватилась и перевела взгляд на покрывало.

Мне не нужна его жалость!

Тогда я откинула уголок покрывала и полностью распласталась на кровати, спрятав лицо в сложенных руках.

Послышались звуки подготовки: шуршание пакета, разлом ампулы и распаковка шприца.

Затем мужчина мягко огладил мои ягодицы.

— Не бойся, маленькая, — ласково проговорил он. — Я не сделаю больно.

На этих словах он прикоснулся губами к ягодице, а я выпучила глаза от неожиданности, но не подняла голову.

Затем началась стандартная процедура. Страм обработал кожу спиртом и практически безболезненно проколол меня.

Надо же! У него действительно лёгкая рука!

Через несколько секунд процедура повторилась на второй ягодице, и я отметила про себя, что пытка с вилкой и то была страшнее и неприятнее.

Мне повезло с таким "медбратом".

— Не больно? — мужчина склонился над моим ухом, запустив пятерню в мои спутанные рубиновые волосы.

— Нет, — смущённо улыбнулась я. — Спасибо, Господин Страм.

Дальше день пошел по логичному плану. Страм вновь помог мне одеться в привычную уже блузку и юбку. Но в этот раз он надел на меня большие антибликовые очки. А затем мы поехали в офис.

Хоть мой босс и предупредил, что с этого момента я буду работать только на него, но все же он понимал, что главный бухгалтер без меня не закончит ту самую книгу в Excel, поэтому дал мне время все доделать.

Наконец в четыре часа, когда Страм лично проверил мою работу, он сообщил, что я могу уйти пораньше.

— Поговори с Селиной как ты хотела, а потом я заберу тебя домой, — сказал он, с аппетитом рассматривая мой внешний вид. — Бергман не поделится ею с тобой вечером, поэтому я отвезу тебя сейчас.

Я радостно поблагодарила мужчину, невинно поцеловав его в небритую щеку.

Через двадцать минут я уже была в шикарном особняке Бергмана, где меня дружелюбно встретила Селина.

Я заметила, что она почему-то жутко волновалась. Пыталась накормить меня всем, чем только могла, постоянно спрашивала не нужно ли мне чего и раза четыре предложила выпить кофе.

— Селин, — я схватила ее за руку, когда она в очередной раз подорвалась с дивана в ее комнате и собралась что-то принести, — ты чего? Я приехала к тебе, потому что мне нужна помощь. Совет. А ты так волнуешься, что мне уже и неудобно о чем-то спрашивать.

— Прости, — виновато улыбнулась Селина. — Просто ко мне совсем никто не приходит, и я уже разучилась принимать гостей.

— Тебе одиноко? — я сочувственно сдвинула брови.

Лучше всего начать разговор — это проявить заботу и внимание к своему собеседнику.

— Вовсе нет, — она вновь устроилась на диванчике возле меня. — Я и сама не привыкла к общению. Мне хорошо с мужем и с самой собой. Просто... Ты ведь девушка Господина Страма. Мне бы очень хотелось, чтобы тебе понравилось у меня.

Я снова почувствовала неприятный укол в сердце.

Селина хочет понравится своим гостеприимством мне или Страму?!

И в этот раз мне стало совсем неприятно.

— Извини, Селин, я пойду, — я решительно встала с дивана. Сегодня я была сама не своя и никак не могла сосредоточиться на чем-то. Говорить в таком состоянии бесполезно. Да и с чего вообще я решила, что могу довериться Селине? — Не обижайся, пожалуйста. Просто... Что-то у меня не контачит внутри.

Девушка внимательно посмотрела на меня, и когда я уже развернулась и направилась к двери, она задержала меня вопросом.

— Ты никогда не была сабочкой? До Господина Страма?

— Нет, — с долей досады ответила я.

Почему даже имя Страма так неприятно слышать из уст другой девушки?!

— Понимаю, что сейчас творится тогда в твоей голове, —