Будь моей - Адалин Черно

Лера

Две недели пролетают незаметно. Через несколько дней нам предстоит вернуться. В какой-то момент думаю, что совсем этого не хочу. Мне нравится здесь. В тишине, в покое, среди родной речи и с людьми, которым я нужна. Настя едва ли не ежедневно приезжает, Богдан после той ночи каждый день ночует с нами и непременно в моей кровати. Вначале, конечно, я сбегаю к нему в постель, а затем мы перемещаемся ко мне.

Он даже с детьми стал помогать. По ночам, когда Артур просыпается и требует грудь, он сам встает и приносит его мне, а затем ждет, когда я докормлю сына и возвращает его в кроватку. Я высыпаюсь, а утром чувствую вину, но стоит мне взглянуть на отдохнувшее лицо Богдана, как она улетучивается.

— Как тебе удается так выглядеть? — протянула в одно утро.

— Я просто раньше спал по четыре часа, а здесь почти семь. Иду на повышение.

К хорошему быстро привыкаешь, верно? Я, кажется, привыкла слишком сильно. Не хочу никуда уезжать, но билеты уже куплены.

Да и Оля меня ждет. Звонила уже раз пять, спрашивала, не передумала ли я возвращаться. Ей, вроде как, скучно одной.

Я говорила, что не передумала, а у самой кошки на душе скребут. Не хочу никуда, нам так хорошо с Богданом, страшно это разрушить, очень страшно. Вдруг, когда я вернусь, он снова с этой своей Элей сойдется. Оценит ее достоинства и… всё.

Глупые мысли, но особенно сильно заботит то, что внутренне я уже приняла решение вернуться. Сейчас все мысли крутятся вокруг того, что я полечу только чтобы вещи собрать и попрощаться с Олей. Я действительно собираюсь вернуться сюда навсегда? Даже не верится.

Вечером Богдан возвращается пораньше, привозит шикарный букет лилий. Ими итак завален весь дом, а он все продолжает опустошать цветочные магазины.

— Привет, — целует меня в щеку. — Как вы тут?

— В порядке. Няня вот только ушла.

В последнее время мы сильно уменьшили охрану и отпустили Олега. На последнем настояла я. Его присутствие меня нервировало. Мне казалось, он спит и видит, как отправить меня туда, откуда я приехала. И освободить место своей сестре. Это, скорее всего, моя выдумка, но я никак не могла избавиться от этих мыслей.

— Я хотел поговорить.

Богдан уводит меня на кухню, спрашивает, хочу ли я чай, но я отказываюсь. Он наливает себе эспрессо, осушает его несколькими глотками.

— Я хотел предложить тебе работу здесь. Знаю, что ты не собираешься оставаться.

— С чего ты это взял? — перебиваю его на полуслове.

— Видел билет у тебя в комнате. На послезавтра.

— Я купила его сразу же по прилету. Не оставила себе путей для отступления, но сейчас я не хочу уезжать.

— Черт, а я пару дней пытаюсь уговорить себя дать тебе свободу и спокойно уехать.

Я улыбаюсь. Богдан меня удивляет, но пожалуй, в лучшую сторону. В нем куда больше уверенности, чем год назад. Сейчас, когда он мне уступает, он себя ломает, а тогда делал это потому что сильно любил. Боялся потерять, остаться без меня и не делал ничего, что хоть как-то бы повлияло на наши отношения. Он просто… плыл по течению и не боролся за нас. Этот Богдан нравится мне куда больше. Возможно потому что рядом с ним у меня больше не возникает желания сунуться на рожон. Сейчас я спокойна, защищена, я знаю, что он в силах сделать куда больше меня.

— Игоря сегодня задержали, — сообщает он после паузы. — Нам удалось перетянуть канат доверия.

— Ох…

Неожиданная информация заставляет меня открыть от удивления рот. Игорь в тюрьме. Он больше не сможет мне навредить, не подойдет в кафе, чтобы поговорить или подсыпать угроз.

— Я в общем-то… о чем говорить хотел. Дома тебе явно скучно, — он улыбается, видимо, вспоминая мое нытье несколько дней назад.