Ливень судьбы - Елена Архипова

– Игорь, где Вы сейчас?

– Вот только к городу подъезжаю.

– И куда, если не секрет, Вы направляетесь?

– В офис. Господин адвокат, может, объясните уже, что происходит? – вопросы адвоката звучали странно.

– Игорь, припаркуйте машину, нам надо поговорить.

Просьба адвоката тоже прозвучала странно: телефон у меня стоял на громкой связи и вождению не мешал. Но я выполнил его просьбу и остановился на обочине. Такой человек не будет просто так просить, верно?

– Хорошо, я припарковался. Говорите!

– Игорь, Вы знаете Борисова Николая Николаевича?

– Нет. А должен?

– А вот он, похоже, Вас знает! И даже очень настойчиво ищет с Вами встречи.

– А кто такой этот Борисов и чем занимается? Может, по бизнесу мы с ним пересекались. Хотя, нет, имя мне совсем не знакомо.

– Ну, да, бизнес у Вас с ним вряд ли общий! – рассмеялся адвокат, – а занимается наш уважаемый господин Борисов тем, что возглавляет в Думе комиссию по борьбе с порно индустрией.

– Рад за него! Я здесь причем?

– Игорь, я сейчас задам Вам странный вопрос…

– Ну, у нас с Вами весь разговор странный, – ввернул я, – но задавайте!

– Вы сами тот фильм с Вашей женой в главной роли внимательно смотрели?

– Не было желания, знаете ли! Но, да, просмотрел, удостоверился, что она там узнаваема.

– Я понимаю! – согласился Кузнецов, – но я поясню. Игорь, помните там, в комнате, кроме той троицы на кровати и оператора, был ещё один персонаж на стуле, в первом ряду, так сказать, сидел.

– Да, был там ещё один. Я еще решил, что это их режиссер. Ну, или не знаю уж, как там у них принято!

– Так вот тот мужик на стуле в первом ряду и есть наш уважаемый борец с порно индустрией! – огорошил меня адвокат, – и мне кажется, я знаю, зачем он Вас разыскивает! Не сам, конечно, люди его. Экий скандаль, однако, приключился!! Главный борец с порнографией и сам же её снимает! Ну, или не он снимает, а для него снимают – это уже не важно.

– Вот же тварь!

– Это да! – согласился со мной адвокат, – Игорь, Вы дочь увезли из города?

– Да.

– Хорошо! Не говорите никому, куда Вы её увезли! – голос адвоката стал серьезным, – и мой Вам совет, обратитесь за помощью к своему другу Геннадию. Боюсь, что Вам нужна охрана.

– Вы думаете?

– Уверен! Хотя, если Вы отдадите господину Борисову флэшку с этой записью, может, всё ещё и обойдется, – закончил неожиданно Кузнецов.

– Ага! И наш борец с порнографией продолжит получать зарплату на занимаемом им высоком посту, рапортовать о сделанной работе, а по вечерам продолжать снимать кино? Нет уж!

– Я так и думал! Вот поэтому Вам, Игорь, и нужна охрана! И прямо сейчас езжайте к своему другу Геннадию. У Вашей квартиры и Вашего офиса Вас ждут люди господина Борисова. У Вас есть возможность там не появляться какое-то время?

– Что?

– Игорь, Вы же понимаете, что быстро такие дела не делаются. Просто так в полицию с таким компроматом на лицо неприкосновенное не придешь! Во-первых, надо знать к кому идти, а во-вторых, надо и самому подстраховаться. Вы теперь господину Борисову как заноза в одном месте!

В словах адвоката был резон, поэтому я сделал, как он просил, сразу, не заезжая к себе в офис, поехал к Генычу.

Надо отдать должное другу, он понял всё и сразу и поддержал адвоката словами:

– А давай-ка, Гарик, мы с тобой съездим на историческую Родину, а?

– Не понял? Ты мне предлагаешь всё бросить и свалить в Калининград?

– Гарик, ты же у нас мужик умный… был до женитьбы, во всяком случае! Как думаешь, этот господин Борисов хочет потерять удобное и мягкое кресло в Думе? И не просто кресла лишиться, а ещё и поменять его на нары? Я лично очень сомневаюсь, что хочет! А ты? – я только мотнул головой, и Геныч продолжил:

– Вот и не тормози, друг! Звони секретарше или кому там тебе надо позвонить, предупреди, что несколько дней тебя не будет_ И поехали-ка мы с тобой на машине!

В этот момент мне и позвонила Маша:

– Игорь, Варвара умерла на операционном столе!

Геныч слышал наш с ней разговор, а потому, стоило мне положить трубку, скомандовал:

– Поехали! Ты, вроде как, поддержать своих приедешь, можно даже будет им не объяснять истинной причины твоего приезда, не пугать стариков!

– Ты ещё моего отца в глаза так назови! – усмехнулся я.

– Я разве похож на самоубийцу? – услышал я от Геныча, – да и потом, субординацию никто не отменял!

Поразмыслив, я понял страшную вещь: а дела то оставить и доверить дом Марии с его обитателями мне и некому! Друзей то у меня и не осталось, кроме Геныча.

Ходить в гости с Женькой – было то ещё испытание! Из того, что обычно ставят на стол гостеприимные хозяйки, она ничего не ела. Пила только воду. Могла ещё жевать зеленый салат. Разговоры-воспоминания о нашей службе она не поддерживала, о детях тоже не могла ничего рассказать или вспомнить. Да и это ещё полбеды, как говорят. Беда была в том, что она начинала доказывать всем, что они неправильно питаются. И что есть плоть живых существ, именно так она и говорила “ПЛОТЬ” – это всё равно, что есть себе подобных, то есть заниматься каннибализмом! Апофеозом этих речей стало её выступление на нашей последней встрече выпускников военного училища, куда я имел неосторожность её привести. Женька начала в подробностях рассказывать, как убивают животных на скотобойнях, и что они, животные, при этом думают. Финалом её выступления было:

– Вот эти куски мяса, что лежат в ваших тарелках – это когда-то были живые существа. И они перед смертью были напуганы до ужаса, от чего в кровь, а через неё и в мышцы, произошел выброс их ужаса, который вы сейчас все едите! Не удивляйтесь потом, что у вас через какое-то время разовьется рак! Эти животные прокляли вас! Приятного всем аппетита! – и с невозмутимым видом, на глазах у всех, и не глядя ни на кого конкретно, положив себе на тарелку очередную порцию зеленого салата, начала его жевать. За столом наступила гробовая тишина. Мне пришлось встать, извиниться и увести Женьку с того вечера. С тех пор мы перестали, а точнее, я перестал встречаться со своими сослуживцами.

Как я докатился до такой жизни? Я не мог ответить на этот вопрос. Кажется, сейчас таких, как я, принято называть подкаблучниками. Но разве уважать свою жену, мать своего ребенка и пытаться сохранить свою семью – это значит быть подкаблучником?

И тут претендент на замену меня и в офисе, и в деревне Ромашкино нашелся сам. Мне позвонил Петр:

– Игорь, привет! Не отвлекаю?

– Нет! Наоборот, очень даже вовремя! – усмехнулся я, услышав Петра, – как тебе жизнь в деревне?