Охотник за приданым - Конни Мейсон

Встреча с Лили сразила его наповал. Бедняга Клэй, всегда такой живой и общительный, в ее присутствии становился косноязычным, краснел без малейшего повода и вообще вел себя как влюбленный мальчишка. Джеф даже сообщил Саре под большим секретом, что его друг почти перестал появляться в конторе, заперся дома и днями корпел над сочинением выспренних од, воспевавших янтарные глаза, волосы цвета зари и бархатную кожу. Свои вирши он, разумеется, никому не показывал. Стеснялся.

Давно зная Мэта, одного из своих лучших клиентов, юноша страшно мучился. Он искренне восхищался силой и смелостью отважного капитана Хоука, но абсолютно не понимал, как тот может пренебрегать таким сокровищем, как прекрасная Лили. Само собой напрашивалось лишь одно объяснение: связь с Клариссой Хартли. Но если Мэт по-прежнему предпочитает ласки любовницы семейной постели, то, быть может, это поможет ему, Клэю Уинслоу, добиться взаимности?

Он стал появляться в Хоуксхевене все чаще и чаще и в конце концов стал почти членом семьи. Лили считала Клэя хорошим другом и радовалась его визитам, видя в них лишь возможность весело провести время, а не угрозу своему браку. Впрочем, о каком браке могла идти речь?

Мэт совершенно забросил ее, и ей порой казалось, что, даже если бы она позволила себе забыться и, скажем, завести любовника, ему было бы на это наплевать.

18 июня 1812 года война между Англией и Америкой была объявлена.

Вечером того же дня Клэй, по обыкновению, явился к ужину, и разговор, разумеется, зашел о войне и о том, чем она грозит жителям Бостона. Лили знала, что Мэт скоро должен был отправиться в плавание, и это, как ни странно, тревожило ее.

Когда Клэй предложил прогуляться по саду. Лили Охотно согласилась. Оживленно болтая, они дошли до той точки холма, откуда открывалась великолепная панорама раскинувшегося внизу города и порта. Рука Клэя как бы невзначай легла ей на плечи, но она не придала этому значения.

— Здесь так красиво! — вздохнула Лили, любуясь игрой лунного света на водах гавани.

— Что мне эта красота, когда рядом ты, — негромко заметил Клэй и, внезапно решившись, добавил; — Я люблю тебя, Лили.

Девушка и опомниться не успела, как оказалась в его объятиях. Губы Клэя покрывали ее лицо страстными поцелуями. На какое-то мгновение она позволила себе расслабиться. Мэт так давно не прикасался к ней, что от напора Клэя у нее захватило дух. Впрочем, минута ослепления быстро миновала, и она мягко, но решительно отстранилась.

— Прекрати, пожалуйста, Клэй. Я замужняя женщина. Найди себе свободную, которая сможет достойно ответить на твою любовь.

— Мне не нужны другие женщины. Лили, мне нужна только ты. Я полюбил тебя сразу, как увидел, и с тех пор не знаю покоя.

— Тебе не пристало говорить такие слова, а мне — слушать. Поверь, я очень хорошо к тебе отношусь, как к другу, но это еще ни о чем не говорит. Я жена Мэта.

— Господи! — вспылил Клэй. — Ну что тебя удерживает рядом с таким подлецом? Ведь всем и каждому известно, что у него любовница! Неужели тебе все равно?

Лицо Лили посерело; она до крови прикусила губу и резко отвернулась, чтобы скрыть подкатившие к глазам слезы.

Не ожидавший такой реакции Клэй поспешил немного сгладить свои резкие слова:

— Прости меня. Лили, все это звучит довольно жестоко. Я скорее умру, чем дам обидеть тебя, но объясни мне, почему ты продолжаешь жить с человеком, который так тобой пренебрегает?

Что могла ответить Лили? Она и сама еще не разобралась в своем отношении к Мэту. Какие чувства он вызывал в ней? Конечно же, ненависть. Впрочем, нет. Если быть до конца честной перед собой, то это не ненависть, а.., что-то другое. Она никак не могла подобрать нужное слово. Но в одном девушка была уверена: это не безразличие. Мэт пробудил в ней слишком много противоречивых эмоций, чтобы оставить ее равнодушной. Она вздрогнула, вспомнив, как он вынудил ее просить о любви, как изнывало в его руках ее тело… Будь он проклят!

— Браки заключаются на небесах, — чужим голосом ответила Лили, не желая вдаваться в подробности.

— Что за глупости! — возмутился Клэй, — Сейчас, слава богу, не Средневековье. Добиться развода не так уж и сложно. Не забывай, я все-таки юрист.

— Это не выход, — покачала головой девушка. — По крайней мере, пока.

— Я буду ждать, Лили. Столько, сколько потребуется.

И я с уважением отнесусь к любому твоему решению, каким бы оно ни было, хотя и хочу тебя до умопомрачения.

Желание, подобно голодному волку, грызет меня изнутри!

Его откровенность заставила девушку покраснеть.

— Пожалуйста, Клэй, замолчи, я не желаю это слышать.

— Я не вижу ничего оскорбительного для женщины в том, что ей признаются в любви. А я люблю тебя, Лили, люблю больше жизни.

Внезапно руки Клэя вновь сомкнулись вокруг талии девушки, а губы прильнули к ее устам. Но на этот раз поцелуй был таким ласковым и легким, словно дуновение теплого ветерка.

Они и не подозревали, что за ними из густой тени деревьев наблюдают два горящих яростью глаза. Мгновение спустя темная фигура быстро пересекла залитую лунным светом дорожку сада и скрылась в доме.

Лили не ответила на поцелуй, и Клэю стало стыдно. Он с убийственной ясностью понял, что толкает ее на один из самых тяжких грехов перед богом и людьми — на измену.

Какими бы благими ни были его цели, для достижения их он выбрал недостойное средство.

— Прости, Лили, — смущенно пробормотал он, — не понимаю, что это на меня нашло. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы не сомневаться: ты просто не способна предать мужа, как бы плохо он с тобой ни обращался. Еще раз прости… Но запомни: если когда-нибудь я буду тебе нужен — только позови.

Глаза девушки наполнились слезами. Почему они не встретились раньше, когда ее насильно выдавали замуж?

Безошибочная женская интуиция подсказывала ей, что жизнь с Клэем могла бы быть веселой и приятной. Пусть в нем нет огня и сексуальной привлекательности Мэта, зато он очень хороший человек. Поздно. Слишком поздно.

Каким-то непостижимым образом Мэт умудрился отравить ей интерес к другим мужчинам. Все они по сравнению с ним выглядели довольно бледно… Вот именно, по сравнению! Теперь, вне зависимости от того, как сложится ее дальнейшая судьба, она обречена — вольно или невольно — сравнивать всех своих новых знакомых с Мэтом.

Господи, как же она ненавидела его за это!