Моя летняя зима - Анна Баскова

Вот подмывало же меня, сбегать проверить: чью обувь Чакки под кроватью грызет? Мои сандалии сгрыз мелкий пакостник! Сто пятьдесят евро сожрал!

Ну это выяснилось позже, а пока: Люда удалилась на балкон, разговаривала там по телефону, Макс спорил с Марго:

— Мама, я сам разберусь с Гончаровым. Я взрослый человек, у меня достаточно возможностей, для того, чтобы прищемить ему хвост. Я настаиваю: не нужно вам вмешиваться. — пояснял не терпящим возражений тоном.

Марго и не возражала. Стояла молча напротив окна, сама себе статуей. Судя по выражению лица, аргументы сына ей были как говорится — до лампочки. "Выслушать выслушаю, а поступлю так, как сочту нужным." — отчетливо читалось в устремленном на стену взгляде Сергеевны.

А как только Максим высказался, Марго вышла из образа статуи, присела на подлокотник кресла и как ни в чем ни бывало поинтересовалась:

— Сынок, о чем ты хотел со мной серьезно поговорить? Я вся во внимании.

Макс закатил глаза к потолку, потом покосился на отпрыска Антоху, усевшегося напротив меня за овальным столом и задумчиво домучивавшего стакан фруктового сока, далее перевел взгляд на маму — Сергеевну.

— Непременно поговорим. Позже.

Отпрыск Антоха возмущенно хмыкнул, стакан поставил на стол

— Как вы взрослые все усложнять любите, вечно у вас секреты. Нет бы со мной посоветоваться, я может дельное что подскажу. У меня хорошо развито логическое мышление!

Антоха повозмущался, убедился, что на возмущение его никто не покупается, секреты вываливать не спешат, вытер салфеткой губу, и уткнулся в айфон.

А я в это время завтракала. Обугленной по краям, пересоленой яичницей глазуньей, с кусочками скорлупы. Закусывала свежим томатом, багетом заедала, чтоб пересол меньше чувствовался. Похрустывала скорлупой. Добровольно. Макс старался, готовил для меня, хоть и получилось у него не очень, я всё равно получаю от завтрака удовольствие.

Последний кусочек яичницы отправляется в рот. Оборачиваюсь к Максу, с намерением поблагодарить за завтрак и замираю сжав в руке вилку. В голове понеслись мысли:

Наше сотрудничество скоро закончится. Вернемся в Москву, разбежимся в разные стороны. Как не внушала себе, что нельзя этого делась, успела привязаться к Максу Зиме. Успела. Вряд ли мы продолжим общение по возвращению, как там Макс говорил по телефону своему знакомому? У нас с ним разные систему координат. Я скучать буду. Жаль, что осталось всего несколько дней. Даже вещи по Франции разбросанные так не жаль. Куртку — дубленку и ботинки. И сандалии на пляже оставленные. Интересно, Чакки доел чью-то обувь? Может уже следующую пару жрет?

— Таисия? Все хорошо? — выдергивает из задумчивости Макс.

— Все чудесно. Спасибо за завтрак. Мне понравилось. — пропищала не своим голосом.

Что это со мной?

Отрок Антон отлип от экрана айфона, взглянул на меня, следом на Максима. И фыркнув выдал:

— Ну все. Облом. Влюбились. Вчера не влюбленные были, а сегодня влюбились. Эх! Так и останется Димка со своей богомолихой.

Представляете, я смутилась. После слов вихрастого отпрыска.

И в этот момент в кухоньку забежал пёсик Чакки. С подошвой в зубах. Со смутно знакомой такой, подошвой…. От сандалии. Моей мать его сандалии! Меня очередная утрата постигла, а он хвостом размахивает! Подошвой в коленку мне тычет! Сто пятьдесят евро сожрал!

— Ты зачем это сделал? — строго спрашиваю у песика, протягивая руку к подошве.

Чакки отскакивает, не прекращая махать хвостом.

— Все позавтракали? Тогда по коням! Марго, продиктуй адрес, я нашим сброшу. Тайка! С собачкой потом поиграешь, некогда нам! Машка с Генкой из Ниццы едут, я их сразу в Сен Тропе перенаправила, чтоб с детьми в Антиб не таскались. — Деятельная Людочка вернулась с балкона и тут же принялась подгонять.

Я даже спрашивать не стала, кто такие Машка с Генкой. Если Люда уже лыжи навострила, проще быстро собраться и отчалить. Сунула тарелки и стаканы в посудомоечную машинку, пошла искать в коробках подходящие к моему гардеробу босоножки. Спустя немного времени, мы покинули отель в спешке.

Отпрыск с песиком запрыгнул на заднее сидение Мерседеса Макса, Людочка с Марго загрузились в красное БМВ с откидным верхом, тронулись в сторону Сен Тропе.

Пес вел себя на удивление — идеально, всю дорогу сидел и смотрел в боковое окошко. Зато Антон, говорил не умолкая, обо всем подряд: о глобальном потеплении, перспективах освоения человечеством космического пространства, вредной Аньке из своего класса, о том, что его отругали за то, что средство для чистки Чакки применил к живому человеку — невесте своего брата. И еще о куче всего сразу. За час с небольшим, проведенный в пути, мозги мои сплющились и расплющились раз эдак десять.

С облегчением вздохнула, когда миновав очередную оливковую рощу, автомобиль повернул направо и минут через пять, притормозил напротив кованых ворот.

За воротами белел большой дом, окруженный цветущим садом, перед домом виднелся бассейн в форме огромной капли, справа от бассейна зона отдыха с креслами и лежаками под белыми полотняными зонтами.