Между прошлым и будущим - Кэтрин Джордж

— Доброе утро. Ты сегодня совсем другая, — произнес Ивэн, когда она отворила ему дверь. На плечах у него была легкая твидовая куртка, а на лице — испуганно-ожидающее выражение.

— Я прекрасно выспалась, — бодро ответила Розанна. — Хочешь кофе? Или ты предпочитаешь не оставлять свою машину без присмотра на улице?

— Попала в точку, — улыбнулся он.

Розанна подхватила спортивную сумку и темно-синюю куртку и вышла вместе с Ивэном в яркое октябрьское утро. Ее не покидало ощущение, что в ее жизни произошли огромные перемены.

Укрытая от ветра поднятым верхом «моргана», Розанна насладилась поездкой.

— Салли известно, что ты сегодня приезжаешь? — поинтересовалась она.

Ивэн помотал головой, и губы его сжались.

— Я убедился, что сегодня она убирает в доме, и сказал, что, вероятно, приеду завтра.

Когда они остановились у входа в дом, воспоминания о последнем посещении нахлынули на Розанну, и Ивэн, почувствовав охватившее ее омерзение, крепко сжал ей руку.

Он первым вошел в прихожую и встал, поджидая сбегавшую по лестнице девушку. При виде их Салли остановилась как вкопанная, а ее глаза стали точно блюдца.

— Ну, здравствуй, Салли, — угрожающе произнес Ивэн.

Девушка испуганно ойкнула, метнула взгляд на Розанну и уставилась на Ивэна, как кролик на удава.

— Мистер Фрэзер… я не знала, что вы приедете сегодня. Я… я не успела прибрать.

— Это пустяки. У тебя будет время, пока мы пойдем обедать. А теперь давай-ка поговорим. Топай на кухню.

Девочка с тревогой посмотрела на Розанну, затем пулей промчалась мимо Ивэна, еще раз глянув на его суровое лицо. Пропустив Розанну вперед, он встал в дверях кухни и, устрашающе сведя брови, воззрился на Салли.

— Розанна мне все рассказала. Что ты себе позволяешь? Почему ты солгала?

Салли разразилась бурными рыданиями, по-детски вытирая слезы рукой.

— Я так виновата! Не говорите папе, мистер Фрэзер. Он меня прибьет!

— И правильно сделает. Прекрати, будь любезна, этот рев, — Ивэн схватил кухонное полотенце и протянул его девочке. — А теперь отвечай: с кем ты была и какого черта ты сказала Розанне, будто это я?

— Это был мой друг, — икая, она высморкалась.

— Ему известно, сколько тебе лет? — спросил Ивэн.

— Конечно, известно. Мы учимся в одном классе, — уже вызывающе ответила Салли.

Розанна старалась не встречаться взглядом с Ивэном, чтобы не расхохотаться.

— Понятно, — сурово произнес он. — Однако данное обстоятельство не оправдывает того, что ты затащила какого-то незнакомца в мою постель…

— Он не незнакомец, мистер Фрэзер, он мой друг!

— Мне плевать, кто он. Ты перешла все границы! — рявкнул Ивэн. — Какого черта ты сказала Розанне, будто я с тобой?

Вместо ответа Салли разрыдалась, и тогда Розанна попросила Ивэна оставить их наедине.

— Ну, а теперь, — повелительно проговорила Розанна, — сейчас же прекрати реветь. И умойся.

Салли безропотно повиновалась и принялась так плескаться, что, когда подняла влажное лицо, волосы у нее были совершенно мокрые. Розанна протянула ей полотенце и подождала, пока девочка вытрется.

— Порядок, Салли. Пора признаваться. Зачем ты солгала мне?

— Я ревновала, — с несчастным видом проговорила девушка. — Вы одеваетесь так просто, но зато очень красивая, а я… ну, я…

— Тебе нравится мистер Фрэзер, — ласково промолвила Розанна.

Девушка покраснела до корней волос.

— Не говорите ему, пожалуйста! — взмолилась она. — Ивэн… мистер Фрэзер… теперь уволит меня? А я с таким трудом копила деньги.

— Для чего ты собираешь деньги, Салли?

— Мой класс едет во Францию, и папа сказал, что я смогу поехать, если заработаю хоть немного денег. — Покрасневшие глаза девушки умоляюще засверкали. — Если меня рассчитают, папа не позволит мне поехать во Францию. А Уэйн едет! — всхлипнула она.

Розанна пообещала замолвить перед мистером Фрэзером словечко, но в свою очередь вырвала несколько обещаний у раскаявшейся Салли, которая к тому времени была согласна на все что угодно.

— Что ты ей сказала? — спросил Ивэн.

— Я прочла ей нотацию, хотя не думаю, что от этого будет много прока. Девочка и не подозревала о том, что натворила.

— Я боялся, что потерял тебя навсегда.

— А мне каково было!

— Как же ты могла подумать такое?!

— Все свидетельствовало против тебя. Но давай не будем больше об этом. Во всяком случае, в одном ты можешь быть уверен: когда мы вернемся, твой дом будет блестеть. Сегодня и в предсказуемом будущем. Салли боится, что ты рассчитаешь ее.

— Если Бобу станет известно хоть половина того, что она натворила, он излупит ее ремнем, — мрачно проговорил Ивэн.

— Салли прекрасно понимает это. Отныне она будет как шелковая. Если не вмешается Уэйн.

— Кто это?

— Ее друг. — Розанна хихикнула. — Я дала ей довольно откровенный совет насчет ее отношений с этим предприимчивым Уэйном. Не стану вгонять тебя в краску, сообщая подробности.

— Пока он держится на расстоянии от моей кровати, она может заниматься чем угодно!

После обеда Розанна предложила вернуться домой и посидеть в садике.

— Ты сказала «домой», — заметил Ивэн на обратном пути.

— Просто оборот речи.

— Надеюсь, ты сказала то, что хотела сказать. — Он взял ее ладонь в свою. — Полагаю, настала пора поговорить кое о чем.

— О чем?

— О том, ради чего я приходил к тебе вчера вечером. Не так давно моя матушка потребовала, чтобы я явился к ней. Она желала побеседовать со мной. Так она сказала. От подобного начала меня бросило в дрожь, хотя я и взрослый, здоровый малый.

Розанна заинтригованно посмотрела на него.

— Что же она сказала?

— Она поставила меня в известность, что ей весьма понравились твои родители, обедавшие у нас, и она не может понять, почему я позволяю тебе проскользнуть, так сказать, сквозь пальцы, когда всем очевидно, в том числе и бабушке, что я без ума от тебя.

— Ох!

— Да. Ох. Ну, я сказал ей, что я просил твоей руки и получил отказ. Тогда она осведомилась, каким образом я делал тебе предложение, и указала на допущенную мною ошибку. Я тогда говорил о том, что хочу обладать тобой, и предлагал жить вместе.

— Совершенно верно. А мне претит временное сожительство.

— Наверно, тогда я напутал что-то с синтаксисом. Я хотел сказать, что жизнь коротка и мы не знаем, сколько нам отведено, но что весь срок, какой отпущен, я желал бы провести с тобой. Пока смерть не разлучит нас.